Недавно я всё то же рассказывал тому пареньку, так что воспоминания свежие.

— Слушай внимательно, — ответил я. — Начинать лучше с чередования, минута бега, а потом две минуты ходьбы быстрым шагом. И так минут двадцать-тридцать, не больше. Организм будет постепенно привыкать к нагрузке.

— Так это же несерьёзно, — скривился он. — Шагом любой может сколько угодно пройти!

— Зато травм не будет, — отрезал я. — Не спорь. Через неделю постепенно начнёшь увеличивать время бега и сокращать время шага. И постепенно перейдёшь к обычному бегу. Прибавляй нагрузку не более чем на десять процентов в неделю.

Тоха слушал уже внимательнее.

— Второе, — продолжил я. — Бегай медленно. Так, чтобы во время бега ты мог разговаривать. Если задыхаешься, то сбавляй темп.

— А дышать как, носом или ртом? — уточнил он.

— Как удобно, — ответил я. — Можно даже одновременно носом и ртом. Главное не задерживай дыхание, частая ошибка.

— Понял. Дальше?

— Третье это обувь, — сказал я. — Кроссовки это очень важно, они должны быть с хорошей амортизацией и тебе по размеру. Не кеды ни в коем случае. На обуви в беге вообще нельзя экономить.

— Хм, надо будет купить, — кивнул Тоха.

— Четвёртое это разминка и заминка, — продолжил я. — Перед бегом пять минут потрать на разминку суставов, махи, шаг. После бега тоже пару минут просто пройдись, и сделай лёгкую растяжку. Так на следующее утро ноги болеть не будут.

— А бегать каждый день?

— Ни в коем случае, — покачал я головой. — На старте надо бегать три раза в неделю, через день. Между тренировками мышцам и связкам нужен отдых, именно в дни отдыха организм и становится крепче.

— Логично, — признал Тоха.

— И последнее, — сказал я. — Слушай своё тело. Если появляется сильная боль, значит что-то не так.

— А если колет в боку? — вспомнил он.

— Значит, бежал слишком резко или плотно поел перед тренировкой, — сказал я. — Тут нужно сбавить темп, дышать глубже и ровнее. За час до тренировки не ешь. Пить воду можно.

Тоха слушал и кивал.

— То есть спешить не надо, — подытожил он.

— Именно, — кивнул я. — Не гонись за результатом. Твоя задача не рекорды ставить, а через месяц спокойно бежать рядом с Анжеликой.

— Спасибо, Сань, — просиял Тоха. — А то я бы точно себе что-нибудь потянул в первый же день.

— Вот-вот, — усмехнулся я.

Тоха, довольный, ушёл. А я поспешил в свою лавку.

На прилавке в «Шёпоте Полыни» стояла большая коробка с новой партией трав.

— Пробная партия от саратовского конкурента пришла! — радостно доложила мне Варя. — Мы всё проверили. Родиола свежая, лимонник отборный. И цены действительно ниже рыночных. Я, честно говоря, удивлена. Можно продолжать сотрудничество.

Я осмотрел товар. Открыл пару пакетов, растёр в пальцах, понюхал. Качество и правда было отличное.

— Хорошо, — кивнул я. — Заказываем следующую партию, уже побольше. Но всё равно проверяем каждую поставку. В бизнесе нет места доверию, как я тебя уже учил. Возможно, они просто хотят, чтобы мы расслабились, и начнут поставлять травы хуже качеством. А мы будем к этому готовы.

— Запомнила, — улыбнулась Варя. — Всё сделаем в лучшем виде!

Тут звякнул колокольчик, и в лавку зашёл Енот.

— Варвара, привет! — сказал он. — Я тут мимо шёл. Думаю, дай зайду.

— Ты уже который раз «мимо ходишь», — улыбнулась Варя. — Хотя живёшь вообще в другом городе, и в Аткарске временно.

— Вообще-то я хотел спросить, — Женя почесал затылок. — В субботу эта ваша ярмарка… Можно я приду? Не как участник, просто как гость. Погуляем после?

Варя быстро глянула на меня. Я спокойно кивнул.

— Конечно, — сказала Варя. — Потом и погулять сможем! Геннадий меня подменит на кассе, тем более ещё новая помощница есть.

— Отлично! — просиял Женя. — Тогда до субботы!

И вышел.

Я усмехнулся, и мы с Варей пошли проводить инвентаризацию на складе. Геннадий поставил за прилавок Катю, а сам отвлёкся на товар на полках.

И за прилавком начала разворачиваться трагедия.

Катя стояла со справочником трав в руках, а перед ней была пожилая покупательница, которая явно теряла терпение.

— Мне сбор от давления, — повторила женщина. — Что тут непонятного?

Катя засуетилась, полезла в справочник.

— Вы вообще тут работаете? — раздражённо спросила женщина. — Или просто так стоите? В прошлый раз другая девушка меня быстро обслужила, а вы копаетесь!

Катя побледнела. Варя дёрнулась было к прилавку, но я мягко придержал её за локоть. Если сейчас вмешаться, Катя навсегда запомнит, что её спасли. А если справится, то запомнит, что справилась.

Катя закрыла справочник. Глубоко вдохнула.

— Извините за задержку, — спокойно сказала она. — Вам нужен сбор от давления. У нас есть два варианта. С пустырником и боярышником — это лёгкий. И с сушеницей, он более сильный. Какой вам посоветовали в прошлый раз?

Женщина заметно смягчилась.

— С боярышником, кажется.

Катя достала нужную банку, пробила чек, аккуратно упаковала.

— Вот, пожалуйста. Заваривать по одной чайной ложке на стакан, два раза в день. Курс три недели. И лучше в первой половине дня, к вечеру он может немного расслаблять.

— Спасибо, милая, — совсем другим тоном сказала женщина. — А вы, оказывается, разбираетесь. Это я сгоряча, вы уж простите старуху.

И довольная вышла из магазина. Я подошёл к прилавку.

— Ты справилась, — сказал я. — И это очень хороший результат.

Катя шумно выдохнула. Руки у неё ещё подрагивали, но глаза светились.

— Я думала, она сейчас уйдёт и пожалуется, — призналась она. — Но вы же говорили не бояться. Тем более те записи, которые мне Варя давала для изучения, я уже несколько раз перечитала!

Она, оказывается, ещё и дома конспекты перечитывает. Хорошая смена растёт у Вари. В этот раз мы взяли действительно толковую сотрудницу.

Вечером я закрыл лавку и отправился домой. По дороге ещё раз прокручивал в голове все свои дела, ставя мысленные галочки.

Дома Лиля рассказывала про приют. Толя после нашего разговора стал образцом деликатности. Мы поужинали, потом сели за просмотр фильма.

Утро в пятницу началось с обычного приёма. Первичные приёмы, диспансерное наблюдение, ОРВИ, давление…

И таким приём был ровно до того момента, пока ко мне не зашёл мужчина лет сорока. В тёмной куртке, несмотря на жаркий июль. В кепке, надвинутой почти на глаза.

Он вошёл, плотно закрыл за собой дверь и остался стоять у порога. Талона у него, судя по всему, не было. И в регистратуру он, похоже, не обращался.

— Проходите, присаживайтесь, — сказал я. — Что вас беспокоит?

Он не сел. Подошёл ближе, оглянулся на дверь. Потом медленно снял кепку.

— Доктор, — тихо сказал он. — Мне сказали, вы можете всё.

— Ну, «всё» — это преувеличение, — ответил я. — Но постараюсь помочь. Что случилось?

Мужчина наклонился через стол.

— Мне нужно, чтобы вы поменяли мне лицо.

Ёлки-иголки…

Нет, ну я ко всему уже привык… Но к такому привыкнуть невозможно.

Может, послышалось?

— Мне нужно, чтобы вы поменяли мне лицо, — повторил мужчина.

Нет, не послышалось. Ёлки-иголки, вот это заявочка. И главное, сказал он это так серьёзно, что было понятно, он не шутит и не бредит. Он действительно за этим пришёл.

— Поменять лицо, — повторил я. — Хорошо, рассказывайте по порядку.

— Что рассказывать? — ощутимо напрягся он.

— С чего у вас в принципе возникло такое желание, — ответил я. — Да вы присаживайтесь, в кабинете никто вас не тронет.

Он потоптался, но всё-таки сел на стул. Лицо у него было самое обычное, в пластической операции он явно не нуждался.

Дисморфофобия? Да нет, не похоже. Ни навязчивого разглядывания себя, ни попыток спрятать какую-то «уродливую» деталь. Обычный уставший человек, который, судя по кругам под глазами, давно нормально не спал.