— Может, «змейка»? Застежка «вжик»? Мэтр Андер, но ведь это просто потрясающе! Просто вжик! — и уже одета.

— Именно! — горячо подхватил мэтр. — Вы представляете, какой у этого изобретения бешеный коммерческий потенциал⁈ Ведь теперь сшитое по фигуре платье сможет позволить себе не только аристократка, раз женщина наконец получит возможность одеваться без посторонней помощи, но при этом избавится от уродливых шнуровок, бесконечных пуговиц, поясов и складок лишней ткани! А сколько времени, прежде бездарно уходящего на одевание, она сэкономит! Боги, вы только представьте, какой это обширный рынок, и какое состояние можно на нём сколо…

Тут Андер резко осёкся.

— То есть, как я уже сказал, финансовая сторона меня совершенно не заботит. Я всего лишь ратую за прогресс. Во всех сферах жизни.

— Конечно, конечно, — успокоила его Ами, зачерпывая клубничный джем из розетки. Блинчики у Гренадины вышли что надо — тонкие, кружевные. — Это моя забота, чтоб вы творили беззаботно. Всем этим пошлым и низким теперь есть, кому озаботиться, озаняньчиться и притревожиться.

Увы, заболтать Андера не удалось: мэтр бдительности не терял и ловко перехватил и ложку, и розетку.

— Вы правы, и так вкусно, — со вздохом согласилась Ами. — Ах, до чего же Гренадина непонятливая! Кстати, я сначала зашла в вашу мастерскую забрать коробку со вчерашними эклерами… Чтобы выбросить, разумеется! Засохли ведь наверняка. И вот какое дело: их там уже не оказалось…

— Выбросил сам, — быстро сказал Андер. — Или не помню. Я творил, мне было не до этого.

— Но сама-то коробка осталась в мастерской. Пустая. То есть, вы точно не относили её вместе с содержимым на кухню…

— Значит, мыши сожрали. Да, именно! Ночью я совершенно точно снова слышал мышиную возню и шорохи под полом. Наверняка это их зубов дело. А ведь я вам говорил!

— Вот же твари какие, — сочувственно кивнула Ами. — Как не лопнули-то — целых четыре эклера умять… Да ещё умудрились открыть и закрыть её — нет бы просто картон прогрызть…

— Боги, мисс Тэм, вас что, более ничто другое не заботит⁈ — вдруг рассердился модистер. — Вообще-то вам лучше бы подумать о работе!

— Что ж, рабочий день уже начался, и я в полном вашем распоряжении, мэтр. Почту за честь сопровождать на прогулке такого видного джентльмена!

✂

Модель «Туманный бриз», с вариациями. Рекомендовано к пошиву в размере «трепетная газель».

Утренний Бриар приветствовал их тем, чем и был — сонной, сбитой с толку собственным спокойствием, провинцией. Город не лез в глаза, а подставлялся боком: непарадными улочками, где мостовая уступала место утоптанной земле, запахом жареной рыбы и свежих булочек, перемешанным с солёным дыханием моря. Дома, будто уставшие стоять ровно на каменистой почве, кренились под тяжестью вековых черепичных крыш и разросшихся виноградных лоз. Всюду цвели гортензии — нахальные, пышные, не знавшие секатора.

Это был город, где время текло не по стрелкам часов, а по тени от фонарного столба и крику чаек. Где главным событием утра была не биржевая сводка, а спор двух хозяек из-за кота, утащившего селёдку. Что уж было говорить о местной моде, застрявшей где-то на перепутье между сельской простотой и устаревшими столичными гравюрами.

В общем, денёк и правда был чудесный.

Пока Дирк размышлял, уместно ли будет предложить мисс Тэм локоть, та уже сама прильнула к его боку и подцепила под руку. Вообще-то узкая ладошка очень ладно легла на его предплечье и дискомфорта не вызывала — вся такая изящная и аккуратная, словно необычный аксессуар. Носить такую, наверное, не менее приятно, чем дорогие часы или ручку трости.

Поэтому избавился он от неё даже с некоторым сожалением — всё же это их первый совместный выход, и пересуды Дирку ни к чему. Гувернёр в детстве усердно втолковывал юному баронету, с кем и как приличествует ходить, а с кем и на одной стороне улицы стоять не стоит. Ведь скомпрометировать себя молодому джентльмену проще простого, а исправлять после репутацию — никакой жизни не хватит.

Мисс Тэм не была ему ни супругой, ни официальной невестой, ни родственницей, ни дамой почтенного возраста, чтобы позволять ей такие вольности. С другой стороны, заставлять её идти позади, как простую прислугу, тоже нельзя. В прошлом она, может, и была камеристкой, но сейчас — личный помощник, муза и модель. К тому же как он сможет оценить реакцию горожан на новое платье? Этак и шею можно свернуть, если постоянно оглядываться.

Так что Дирк решил, что идти они с мисс Тэм будут наравне (но он всё равно постарается опережать её на четверть шага) и на таком расстоянии, чтобы даже случайно не соприкоснуться. Да, так будет приличнее всего.

— У нас, кстати, новые соседи, — поделилась свежими сплетнями мисс Тэм.

Вот уж от чего Дирк попросил бы его избавить! Будто мало ему было пустословной болтовни в салоне мадам Кавендиш. Но та уже дружелюбно помахала смутно знакомым бандитским рожам и совершенно точно знакомым грязным башмакам.

— Господин Потрошила, господин Мясник, господин Булочка… булочник! Доброго вам утречка! Клиентов побольше! М-мм, у вас сегодня жареный супчик?..

Один громила принюхался к явному запаху палёного и выдал крепкую затрещину другому.

— Эт' чо за варево? — взревел он. — Жарево ведь уже! Ты сам-то это хрючево жрать будешь, а? А нам-то ещё людей кормить!

— Да мне-то почём знать, как похлёбку варить! — жалобно взвыл подручный. — Что нашлось, то и закинул на жарёху. Ну ладно, воды малость забыл добавить…

— А маму родную не забыл⁈ От же ж феечьи жопки, мамку-то, по ходу, я и сам забыл… И вам, значится, утречка, госпожа Амариллис! На обед, значит, захаживайте! У нас вкусно да недорого!

— Уж не обессудьте, дорогие соседи, да наша кухарка чересчур ревнива! — охотно откликнулась мисс Тэм.

— Дак чо ж не понять… Доброго денёчка, стал-быть!

— Стал-быть, и вам!

Дирк с каменным лицом выслушал эту «великосветскую» соседскую беседу, а когда они отошли на безопасное расстояние, всё же не преминул заметить:

— Мисс Тэм, не сочтите за грубость. Но впредь я попрошу вас по возможности молчать на людях. Видите ли, я уже послал в местный магистрат записку о прибытии и намерен в ближайшее время свести близкое знакомство с местным дворянством. Ну, уж какое тут найдётся. А вы с этими вашими просторечными «утречка», «стал-быть» и прочими словесными вывертами никак не поспособствуете удачному дебюту. Я понимаю — и, заметьте, нисколько не осуждаю! — что в силу простого происхождения и соответствующего воспитания вам сложно поддерживать беседу с аристократами на должном уровне. Пусть мне самому все эти сословия глубоко безразличны, как я уже говорил вам, но для других это до сих пор порой единственный смысл жизни… Хотя местная знать, как я слышал, довольно простых нравов, что для провинции не удивительно. Но даже в первой половине дня я не исключаю возможность повстречать на улицах приличных людей, так что мне бы всё равно не хотелось, чтобы ваша излишняя простота бросала тень и на моё… мою…

— Да, мэтр Андер, — послушно сказала газель. — Не извольте беспокоиться. Я умею молчать в приличном обществе, а если ситуация и вынудит поддержать разговор, то я наизусть выучила пять универсальных фраз из Кодекса Благочестия, чтобы свернуть его самым естественным образом, не обидев собеседника.

— Благодарю, мисс Тэм, — облегчённо выдохнул Дирк. — Пожалуй, мне следует написать благодарственное письмо графине Вилларю, вашей прежней работодательнице. Служба у неё многому вас научила.