— Maman готова принять тебя обратно на любых условиях. И даже сделать партнёром… Ну, когда ты войдёшь в нашу семью, — стрельнула она глазками. — Ты же не можешь оставаться в этом жалком Бриаре! Ты слишком талантлив, ярок, твой гений нужен в столице! Не всё ж этим провинциальным клушам блистать в твоих нарядах на первых полосах…

Сибилла осеклась.

— Ах, вот в чём дело, — усмехнулся Дирк. — Точно, ведь тот заезжий граф как раз на той неделе увёз мисс Лебран в столицу, чтобы поддержать её проект в министерстве торговли и водного сообщения, а её саму — представить в качестве невесты своим друзьям и партнёрам. И что же, платье «Девятый вал» имело успех? — живо заинтересовался он. — Такое чернильно-фиолетовое, расшитое бисером… Боги, у меня было всего полтора дня на эту модель, еле успели к её отъезду…

— Об этом наряде трубили во всех светских газетах четыре дня подряд, — с неохотой признала Сибилла. — Дирк, дорогой, давай уже смотреть правде в глаза. В столице тебе понадобится поддержка. А модный дом Кавендиш — это, сам знаешь, лучшие работники, эксклюзивные ткани, наработанная десятилетиями репутация и половина столичной знати в клиентах. Ты создашь собственную коллекцию, maman готова поддержать даже самые смелые твои идеи… Я ведь всегда говорила ей, что нужно шагать в ногу со временем!

Дирк скептически оглядел саму Сибиллу — «в ногу со временем»? С этим «центаурусом» позади, как метко окрестила мисс Тэм турнюры? Правда, где она могла узнать о мифических полулюдях-полуконях, для Дирка до сих пор оставалось загадкой. Не у безвременно почившей же графини Вилларю, в существовании которой Дирк сомневался с самого начала.

— Подумай, — мягко сказала Сибилла. — Право же, ну что тебя здесь ждёт? Я видела этих твоих «клиенток» в гостиной. Лавочницы да местная знать мелкого помола. А в столице перед тобой будут открыты все двери… Забудем же эти мелкие недоразумения и обиды.

Дирк уже остыл, да ещё известие о столичном триумфе мисс Лебран грело сердце. Разумеется, если уж он в провинции за месяц произвёл фурор, то что его ждёт в Ансьенвилле… Общество созрело. Оно жаждет перемен. Дирк просто был первым, кто это понял. Ещё полгода назад его идеи казались слишком смелыми, даже порой абсурдными, но сейчас, когда мир так стремительно меняется…

— Я остановилась в гостинице «Грандорф». Милый, давай поужинаем вечером и всё обсудим. — Сибилла подошла к открытому окну, многозначительно огладила отполированное плечо Элизабет, как бы невзначай трепетно поведя своим. — Здесь, кстати, есть приличные рестораны?

— А то, дамочка! — охотно откликнулись из окна напротив. — Ежели несварением маетесь али живот пучит, так наш гороховый супчик — самое то!

— Я всё слышала! — взбудораженная Петра на лету врезалась в Ами. — Эта… Эта… Моего Диркочку, моего Диркусика! Мою прелесть собирается увести эта блондинистая стерва!

Да Ами-то и сама слышала всё от первого до последнего слова. Что, подслушивала под дверью? Да за кого вы её принимаете! А вот полить цветы под распахнутым окном давно надо было. А то и сорняки подёргать. Не модистеру же этим заниматься.

Но преданность феечки Ами оценила: прикинувшись розовой тряпочкой, та едва не выдала своё присутствие, трепеща от возмущения. И главное — поспешила донести обо всём Ами.

— Проследи за ней, — скупо кивнула Ами, как только мисс Кавендиш покинула дом.

А сама поспешила в гостиную к сплетничающим в ожидании клиенткам. Повод-то был ого-го! Главное, теперь проконтролировать слухи и направить их в нужное русло, чтобы известие о «невесте» правильно сказалось на популярности модного дома Андера. Да-да, теперь только так — «модный дом Андера»! С лёгкой подачи помощницы, разумеется.

Быстро перещёлкивая в уме варианты, Ами решила, что правильнее всего будет сделать упор на «столичности» неожиданной гостьи. Вы же понимаете, дамы, насколько мэтр был востребован в Ансьенвилле, раз клиентки гоняются за ним по всей стране? И сами слышали: на что только не идут, лишь бы попасть к нему вне очереди. «Невеста» — подумать только! Вот уж до чего неоригинально — ведь это уже пятая «невеста» за месяц. Ах, бедный мэтр, его это наверняка так утомило…

Да, пожалуй, так будет убедительнее всего. Ведь нет большего разочарования для восхищённых дам, чем узнать, что неприступное сердце кумира уже занято. Они ведь через одну лелеют в душе тайную надежду, что уверенные руки модистера дрогнут, подгоняя платье, именно на их формах. А вот о возможном отъезде модистера им и вовсе знать не стоит.

…Нет, подумать только! «Невеста», вот же глупость какая несусветная! Ами даже не заметила, что сердится не столько из-за репутации модистера в глазах преданных клиенток, а по причине собственных, не вполне ясных для неё самой, чувств.

Ну уж нет! Если Андер и вернётся в столицу, то никак не с этой капризной куклой. И не сейчас, а не раньше, чем через два месяца. Не выдумывать же Тэм новую легенду, когда всё так удачно складывается? Нет, нет, дорогой модистер, планы Куницы вы не нарушите. Да, да, речь только о расчётливо выстроенных планах, которым она неуклонно следует, а эмоции вовсе ни при чём! И ничего Ами не ревнует — пф-ф, выдумали тоже!

Андер тщеславен и падок на лесть, и потому может повестись на уговоры этой Кавендиш? О, да Ами просто искупает его в лести здесь, в Бриаре! Но прежде Куница устранит заезжую дамочку, что грозит сбить модистера с пути истинного.

Его гостиная и так уже место притяжения, не хуже столичных светских салонов. Причём хозяин здесь — он. В отличие от. И вот забавно: гостиная Андера уравнивала в статусе лавочниц и леди, чопорных старушек и юных хохотушек — так что все они мирно пили чай и сближались даже против воли. Женскую натуру-то не обманешь. Как тут смолчать и не обсудить животрепещущую тему да хоть бы и с дочерью рыбака! А таких тем неизменно было две: имбирное печенье Гренадины и гений модистера. Возмутительно холостого притом!

О причинах бегства баронета из столицы Ами и прежде догадывалась: либо задетая гордость и крепкая обида, либо страх. Оказалось — и то, и другое. Что ж, нелишним будет напомнить об этом Андеру, если он всё же соблазнится на посулы Кавендиш.

Взбудораженных новостями дамочек к вечеру пришлось едва ли не метлой выгонять, тогда же пожаловал мальчик-рассыльный из «Грандорфа» с запиской, а вслед за ним тяжело влетела запыхавшаяся «бабочка».

От ужина Андер отказался, получив приглашение во «Вкус моря» от белокурой куклы, после переоделся и был таков. Ами со злорадным удовлетворением отметила, что сборы модистера в ресторан заняли не больше пятнадцати минут. И это притом, что перед воскресными прогулками с помощницей (конечно же, он «выгуливал» очередное платье в рекламных целях, а не саму Ами) он только на подбор галстука тратил не менее получаса!

— Стервозина зашла на почту, где написала и отправила письмо, потом вернулась в гостиницу и два часа отмокала в ванне, чтоб у неё жабры отросли! — отчиталась Петра. — Мы её сразу прикончим, или пусть помучается перед смертью?

И правда, давно Ами не заходила за открытками с видами Бриара. А ведь у какой-то из её тётушек завтра день рождения. Ах, добрый мистер Шевре, как же замечательно, что мисс Тэм вас ещё застала! Госпожа Гренадина просила отнести вам пирог, а Ами бы заодно… Да, да, она прекрасно понимает, что почтамт работает до восьми, но буквально ещё одну минуточку! А вы пока собирайтесь не спеша, Ами вам совершенно не помешает… Что говорите, письма первого класса должны быть на вокзале уже через двадцать минут? Так Ами мигом их и доставит, куда вам с вашим ревматизмом-то бегать, только уж примите открытку: как раз тоже срочная, для любимой тётушки денег не жалко…

На то, чтобы вскрыть в подворотне металлический ящик с нехитрым кодовым замком, у Куницы ушло не больше минуты. Ещё через пятнадцать проводник у почтового вагона принял ежевечерний груз, посетовав, что мистер Шевре совсем себя не бережёт, и проверил сургучную печать с гербом на целостность. Ещё через три минуты открытка «тётушке» с видами Бриара отправилась вечерним поездом в Ансьенвилль, а письмо мисс Кавендиш немногим ранее отправилось к Кунице в карман.