Когда наконец выбрались из перелеска, у многих невольно вырвался вздох изумления, и я их прекрасно понимал. Перед нами до самого горизонта расстилалась бескрайняя равнина, вся покрытая живым колышущимся ковром из тысяч, а может, и десятков тысяч бизонов. Стадо текло, постоянно перемещаясь, словно единый организм, чтобы не выедать траву до самых корней. Зрелище, от которого захватывало дух.

Но я не позволил долго любоваться открыточными видами, мы здесь не на экскурсии.

— Разводим костры! Мясники, кожевники, готовьте рабочие места! Стрелки — за мной, формируем линию огня!

Кору предложила гениально простой план: вместо того, чтобы гоняться за всем стадом, распугивая его и отгоняя на десятки километров, её загонщики на рапторах начнут отсекать небольшие группы и гнать их прямо на нас. Чистый эффективный конвейер смерти.

Глядя на это живое движущееся море, я невольно вспомнил старые вестерны и уроки истории из прошлой, земной жизни, как «цивилизованные» первопроходцы миллионами истребляли огромные стада в американских прериях просто так, ради развлечения, стреляя из окон поездов. Они оставляли целые туши гнить под солнцем, вырезая только языки, деликатес, видите ли. Варварство, прикрытое лицемерной идеей «покорения природы», трагедия, которую здесь, в новом мире, я не собирался повторять.

— Слушать мою команду! — рявкнул так, чтобы слышали все стрелки. — С каждой туши берём всё, что можно использовать: жилы, рога, копыта, кости. Всё пойдёт в дело! То, что вокруг полно дичи, не повод для расточительства. Мы не дикари, мы выживаем и ценим каждую жизнь, которую вынуждены забрать.

Реакция оказалась разной: кто-то решительно кивнул, кто-то молча пожал плечами, но в глазах у всех увидел понимание. Здесь, на границе диких земель, мои слова имели вес.

Оглушительный грохот копыт возвестил о начале охоты. Кору, Владис, Илин, Юлиан и Самира на своих ящерах уже гнали к нам первую партию голов в тридцать.

— Приготовиться! — крикнул я, активируя Быстрый выстрел, и пять стрел сами легли в руку, готовые сорваться с тетивы. Рядом лучники тоже натягивали луки, маги готовили заклинания, их руки светились от накопленной силы.

Моя стрела с глухим стуком вошла в шею вожака стада, и он рухнул на землю. Рядом просвистели стрелы Лили, её Четверной выстрел скосил ещё четырёх быков. Бизоны были невысокого уровня, даже наши новички валили их с одного-двух точных выстрелов.

С группой из тридцати животных мы разделались быстрее, чем успел моргнуть. Так, план придётся корректировать прямо на ходу.

— Стоп охота! — крикнул я. — Все, у кого есть навыки разделки и свежевания, за мной! Лили, ты тоже!

Я и сам не ожидал, насколько быстро пойдёт работа; системные навыки творили настоящие чудеса. Там, где на Земле опытной команде потребовались бы часы, мы справились за минуты. Разделка тридцати массивных туш заняла немногим больше времени, чем охота на них. Пока мясники солили и начинали вялить мясо на уже пылающих кострах, мы двигались к следующему «полю», оставив кожевников разбираться со шкурами.

Кору и остальные работали без устали, как хорошо отлаженный механизм, подгоняя всё новые и новые партии, а мы встречали их градом стрел. Конвейер заработал на полную мощность.

К полудню я понял, что слегка недооценил эффективность нашего отряда. Горы разделанного мяса, как сырого, так и уже вяленого на походных кострах, росли с какой-то абсурдной скоростью, стопки аккуратно снятых шкур уже достигали мне до пояса. Мы загрузили всех вьючных животных, все сани, все рюкзаки и, казалось, этому не будет конца.

Я был чертовски рад, что настоял на том, чтобы взять с собой всех свободных людей в качестве носильщиков, а когда наконец подбили итоги, цифры поразили воображение. Больше сорока пяти тонн мяса, около пятисот пятидесяти превосходных шкур, и это не считая бесчисленных груд жил, рогов, копыт и костей, которые тоже пойдут в дело на клей, рукояти для ножей и наваристый бульон.

Сорок пять тонн! Подумать только! Звучало внушительно, но холодные расчёты мигом остудили восторг от умопомрачительного количества добычи. В Озёрном и Теране сейчас почти две с половиной тысячи душ, и каждый день прибывают новые. Даже если брать по полкило мяса на человека в день, уйдёт тонна с четвертью ежедневно, так что этих сорока пяти тонн хватит от силы на месяц, и то если поток беженцев вдруг иссякнет, в чём я сильно сомневался.

Но всё же это было великолепное, оглушительное начало. Мы создали прецедент и показали в первую очередь самим себе, что можем сами себя обеспечить. А стадо… Пять с половиной сотен голов для него — укус комара, мы едва ли оставили на его численности заметную отметину. Поголовье быстро восстановится, и мы сможем возвращаться сюда по мере необходимости.

Потратив ещё несколько часов, чтобы завялить мясо с последней забитой партии, мы, пока Кору открывала портал домой, загрузили остатки, свежее мясо и необработанные шкуры.

Обратный путь прошёл почти без приключений, портал выплюнул нас в уже знакомом лесу. Пришлось, конечно, прибить пару-тройку хищников, которые сбежались на запах свежей крови, пока ожидали стабилизации прохода для второго прыжка, но для моего отряда это стало уже привычной рутиной.

Когда огромный караван, гружёный доверху, ввалился в ворота Озёрного, нас встретили как героев, криками, аплодисментами. Казалось, весь город высыпал на улицу. В морозном воздухе тут же аппетитно запахло жареным мясом, кто-то притащил свежий кусок к ближайшему костру. Начался импровизированный праздник. Люди постарше и посерьёзнее немедленно принялись за работу, разворачивая коптильни и помогая разделывать остатки сырых туш.

К тому времени, как пришло время ложиться спать, все вымотались до предела. Тяжёлый труд и последовавший за ним праздник сделали своё дело: люди буквально валились с ног от усталости, но на их лицах сияли довольные улыбки.

Сразу изменилось настроение в посёлке. Даже самые отъявленные скептики, ещё утром сетовавшие на опасность жизни на границе с пустошью, теперь воочию увидели её неоспоримые преимущества в лице неиссякаемого источника ресурсов, который мы теперь контролировали. В их глазах появился азарт первооткрывателей.

После шумного застолья я уложил детей спать. Проверил каждого, поправил одеяла, поцеловал в тёплые макушки. Такие тихие мирные мгновения были для меня самой большой наградой, всё, что делал, только ради их безопасности, их сытого будущего.

А потом меня ждала ночь, бурная, полная нежности и смеха. Я заснул, держа в объятиях Ирен, её тихое мирное сопение успокаивало лучше любой медитации. Могучая Кору прижималась к моей спине, тяжёлая рука орчанки по-хозяйски лежала у меня на боку, будто она боясь, что я исчезну. Зара, неугомонная даже во сне, умудрилась как-то устроиться поперёк, закинув на меня ногу. Мой личный, тёплый, дышащий дом, и я не променяю его ни на что на свете!

Уже проваливаясь в сон, я прокручивал в голове планы. Завтра снова в дорогу. Мы с Кору и парой проверенных разведчиков оседлаем рапторов и рванём в Тверд, а оттуда в Терану. Нашему Проходчику нужно освоиться с местностью, увидеть всё своими глазами, чтобы надёжно привязать свои порталы к ключевым точкам. На быстрых ящерах это займёт всего несколько дней, а обратно… Обратно с её помощью мы вернёмся за считанные часы. Три, может, четыре прыжка, если решим заскочить в Тверд, чтобы закупить металл и стройматериалы.

А мы, чёрт возьми, решим!

С момента моего появления на Валиноре события и так неслись с бешеной скоростью, но теперь, с порталами Кору, грозили перейти на сверхзвуковую.

Хаос? Да, но управляемый и тщательно распланированный, что мне чертовски нравилось. С этой мыслью я и уснул, с трудом сдерживая довольную усмешку.

Новая Терана росла на глазах, и это зрелище грело душу похлеще любого эликсира. Когда мы с Кору и отрядом старателей поднялись на вершину последнего холма, город встретил нас густым деловитым гулом большой стройки. Этот звук, размытый расстоянием, дарил обещание дома и безопасности.