— Правильно полагаете, господин генерал-майор, есаулу Кустову палец в рот не клади. Золотишко там моют человек от силы двадцать, а сотни полторы только тем и заняты, что сохраняют работу артели в тайне. Местность бородачи изучили, большинство из них бывалые следопыты таёжники, вычислят и уконтропупят вражеских разведчиков.
— Простите, что сделают? Ах, понятно.
— Продолжайте, Сергей Вениаминович.
— Отряды САСШ по последним сведениям начали наступление на Веракрус, не исключаю, на день сегодняшний город уже взят. В Мексиканском заливе флот САСШ контролирует побережье, но, похоже, вглубь территории десанты не продвигаются. Наши агенты сообщают, что разгром морских десантов под Монтереем калифорнийским и победа под Санта-Барбарой восприняты в Мехико с воодушевлением и несмотря на попытки объявить Россию таким же врагом как и САСШ, есть в правительстве Мексиканской республики и люди, понимающие важность налаживания добрососедских отношений с нами.
— Ого, несмотря на отъём большей половины Верхней Калифорнии?
— Да. Верхнюю Калифорнию Мексика теряет всё равно, России ли она отойдёт или САСШ. Но с появлением на политическом поле континента Российской империи здравомыслящие политики не могли не посчитать, что дружба с Россией стратегически выгоднее, ведь все свои дальнейшие действия САСШ вынуждены осуществлять, учитывая и российские интересы.
— Дружить против общего врага? Хм, определённый резон в этом есть. Двое слабейших, чтобы выжить объединяются против сильнейшей стороны. Что ж, я бы не возражал против такого союза с Мексикой. Только в руководстве республики как я понимаю, преобладают либо продажные политики, загодя скупленные североамериканцами, либо обыкновенные дураки, дальше своего носа не видящие. С такими трудно будет договориться. А Россия здесь и сейчас однозначно уступает армии САСШ. Элементарно задавят числом. Увы…
— Не всё так печально, ваше высочество. Если считать всех мужчин потенциальными бойцами, то в Калифорнии мы получаем три с половиной тысячи штыков.
— Ружей. Тогда уж ружей, господин генерал-майор. Здесь война иная, маневренная, никто в поле чистое выходить не будет и погибать подобно резервным полкам на поле Бородинском, героически и бесполезно истаявшим без всякой пользы под вражеским огнём, не станет. И от вас, господа, настоятельно требую вбивать и вбивать в головы обер-офицеров простую истину — людей необходимо всемерно беречь! Никаких героических атак на пушки и засевшего в укрытии врага! Разве что в самом крайнем случае, когда нельзя иначе, когда только мгновенный натиск решит исход боя. А всех романтиков, мечтающих упасть картинно под картечью на ромашковом поле, в чинах не повышать, чтоб кретины выше ротного уровня не произрастали.
— Ваше высочество, так эти ваши требования всему калифорнийскому корпусу известны.
— То так, но, Сергей Вениаминович, с новичками особо займитесь, прошу вас. Тем более новая партия вот-вот прибудет.
— И тогда, с пополнением, русских, как вы говорите «ружей» в Калифорнии будет пусть немногим, но более пяти тысяч! Нет, не нападут на нас североамериканцы в этом году. Им ещё с Мексикой покончить надо, столицу взять, что не так то просто. А наша Тихоокеанская эскадра может изрядно потрепать американскую, а через мыс Горн перебрасывать подкрепления они опять таки не будут, не покончив с сопротивлением мексиканцев.
— Ладно, год отсиделись, подумаем, как выиграть ещё год.
— Не соглашусь, ваше высочество, про «отсиделись». За время с момента высадки проведена огромная работа. Форт Росс превратился в настоящую крепость. Поверьте, я знаю что говорю, знаком с составом армии САСШ, с вооружением, тактикой, принципами обучения офицеров. Если американцы дерзнут напасть, то понесут такие потери…
Образцов разволновался, начал сыпать фамилиями американских политиков, приводить в пример особенности законодательства в отдельных штатах, перечислять количество пароходов на Миссисипи и Миссури и их вместимость. Похоже, генерал провёл немало времени в Америке, потому и выбран императором на роль советчика при Константине. Такой генерал-губернатор для Русской Калифорнии и Аляски и нужен.
Что ж, ждём-пождём очередное подкрепление, Владивосток сейчас превратился в перевалочную базу, подошли «амурские батальоны», старообрядцев за тыщу скопилось, по большей части бабы и ребятня, к отцам семейств поспешающие. Гражданских я велел перевозить на лучших судах, даже в ущерб переброске солдат. Чтоб гарантия, чтоб не потопли — не отмолю иначе…
А брат Саша таки набрал переселенцев, помимо потока казаков на Амур и старообрядцев в Калифорнию, аж две с половиной тыщи человек решились перебраться на жительство из Московской губернии к океану, землю пахать у славного города Владивостока! Народ был разношерстный — и крестьянская нищета, спасённая цесаревичем от голодной смерти, и сироты, которых община передавала царёву сыну для устройства судьбинушки их горькой. Но сотни две нашлось и ухарей-коробейников. Решились амбициозные приказчики попытать счастья за океаном или же торговать с азиатами, базируясь на Владивосток. Тем более каждый переселенец мужского пола получал на время путешествия коня и телегу, плюс подарок от великого князя Константина, называемый в народе «справа поселенца». В комплект входили две чугунные плиты, с вьюшками, дверцами и даже совком и кочергой! А также четыре топора разных размеров, плюс два колуна, пила двуручная, два молотка, пять лопат, пять же вил, столько же граблей и тяпок, набор из трёх разноразмерных чугунков и трёх котелков, несколько ножей (кажется от пяти до семи, почему то новоприбывшие по-разному считали) и прочая нужная в хозяйстве мелочёвка. Брат писал, что многие крестьяне то и стронулись с места, став обладателями сих сокровищ и пожалев с ними расставаться. Одна боевая бабёнка, зайдя в переселенческую контору, что в Китай-городе, как схватила чугунки с витрины, так и не отдавала, пока муж не плюнул и не согласился ехать за тридевять земель. Александр посчитал сие за занятный анекдот о мужике подкаблучнике, на что я с горечью ответствовал наследнику престола, — не в мужике и бабе тех дело, а в нужде беспросветной российского крестьянства. Что порадовало — под крепкой охраной в счёт моего сибирского золота, на Дальний Восток «поехали» несколько десятков сундуков с серебряными монетами. Разменных денег нам ой как не хватает и на Амуре и здесь, в Калифорнии. В принципе, серебро добывать тут можно, но отвлекаться от поиска и спешной добычи самого лёгкого, «верхового» золота — непозволительная роскошь, потому подождёт серебро калифорнийское, подождёт.
Полковник Румянцев отписался из Владивостока о значительно обустроенном тракте до станицы Константиновской, Хабаровска нашей реальности. Из донесения полковника выходило, что подсыпка дорожного полотна идёт с весны и по осень непрестанно, зимой же «каторжные хунхузы» заготавливали лес и устраивали мосты. Многие из них умерли или были застрелены при попытке сбежать. Чёрт, почувствовал себя немножко, самую малость эффективным менеджером Лаврентием Павловичем.
С другой стороны — никто китаёзам липовых дел не шил, разбойничать не принуждал, сами свою судьбу выбрали. Кстати, уголь в станице Воскресенской добывался, но без азарта, при отсутствии парового флота хороший уголёк, близкий по характеристикам к английскому кардифу понадобится лет эдак через десять, не раньше. Похоже, кержаки всё правильно посчитали и лучших тружеников погнали сюда, золотишко добывать, а сучанские копи пока разрабатывают чисто для блезиру, чтоб великий князь не осерчал да не отдал угольную концессию кому другому.
Ага, найди поди в Приморье иные какие общины да сообщества. Казаки? Так те прекрасно себя чувствуют, охраняя границу с Китаем, мой орёл Прохор Поскрёбышев снова отличился, передав в «каторжные роты» в 1846 году за сотню хунхузов. Не зря офицерские погоны получил! Из «Особого дальневосточного обоза» большую часть народа я планировал расселить в Приморье, но «живчиков» из числа коробейников, есть мысль сорганизовать в товарищество, а то и несколько, передать им пяток, а можно и больше конфискованных у браконьеров кораблей, как пай великого князя. II пускай набирают команды, ведут торговлю, Японию пощупают за вымя. Как только разрулю с САСШ, сразу же двину во Владик. Надо ответственно подойти к налаживанию добрососедских отношений и с Китаем и с Японией. У Поднебесной впереди десятилетие кровопролитнейшей гражданской войны, а как иначе можно назвать восстание тайпинов? И надо быть настороже, — чем чёрт не шутит, возьмут да сдуру в этой реальности как попрут на север…