Он-то что тут делает?

Алёна поздоровалась первой — коротким, сдержанным кивком. Смотрела куда-то в сторону с независимым видом. Мне показалось, что даже нарочито независимым. В её глазах мелькнуло что-то непонятное — то ли тревога, то ли почтение, то ли страх… А может, и всё сразу.

Герман ответил ей таким же кивком — словно старой, не очень близкой знакомой.

— Привет, — произнёс он, переводя взгляд на меня. — Гляжу, мероприятие увенчалось успехом? — он махнул головой в сторону уже изрядно прореженного товара.

— Да. Всё прошло просто отлично.

— Вижу, вы подружились? — он улыбнулся, смерив взглядом Алёну.

— Просто разговариваем, — пожал плечами я.

— Ну да, ну да, — протянул Герман и, бросив короткий взгляд на Алёну, спросил: — Алёна?

— Да? — девушка вздрогнула от звука его голоса.

— Спокойно, ты чего? — Герман даже удивился такой реакции. — Слышала, что кое-кто считает тебя «бе-е-е-зумно красивой»? — Герман кривлялся, передразнивая.

Я впервые видел его таким… Развязным, что ли…

Повисла пауза. Я обернулся на Алёну. Девушка то ли не услышала, то ли не поняла, что имел в виду Герман. А может, просто сделала вид.

Тем не менее мне показалось, что щёки её слегка порозовели, а глаза на мгновение опустились в землю.

Чёрт. Вот же старый интриган. Я вздохнул. Герман, довольно хмыкнув, присел на ближайший ящик и скрестил руки на груди. Вид у него был — как у кота, объевшегося сметаны.

— Пожалуй, остальные товары я продам потом, — пробормотал я. — На первое время ресурсов мне хватит… Цены уже и так совсем уж неприличные. На следующем аукционе продам подороже.

Я развернулся и направился к порталу. За спиной послышались быстрые шаги.

— Я с тобой! — Алёна догнала меня и, не дожидаясь ответа, шагнула в портал следом.

Я бросил взгляд напоследок. Герман остался на аукционной площадке, глядя нам вслед и ухмыляясь.

Алёна шагнула в портал следом за мной и замерла на месте. Я обернулся, ожидая увидеть на её лице отвращение или страх — всё-таки это не горные пики, а мрачное подземелье, полное нежити, разделочные цеха, хруст камней под колёсами Костяных Тягачей. Но вместо этого она медленно оглядывалась по сторонам, и в её глазах разгорался какой-то странный, почти детский восторг.

— Это… невероятно, — прошептала она.

Я проследил за её взглядом. Она словно не замечала мерзкие кровавые разделочные. Она не видела пыльные шахты, в которых без устали махали кирками рудокопы. Не обращала внимания на заросшие паутиной склепы, в которых жили боевые миньоны. Всё это она пропускала мимо своих глаз, как что-то не заслуживающее внимания.

Зато она видела башни — высокие, устремлённые в темноту, с яркими пульсирующими кристаллами на вершинах. Смотрела на сводчатые потолки, которые освещались вмонтированными в них сияющими холодным, голубым светом светильниками. На ров Душ, мерцающий и переливающийся призрачным светом. На стройные ряды стражей, отсалютовавших ей клинками и замерших в почётном карауле.

— У тебя тут… так тихо, — произнесла она. — И так… упорядоченно. Всё на своих местах. Каждый элемент как шестерёнка. Как в отлаженном часовом механизме.

Она шагнула вперёд, провела рукой по базальтовой стене, отделанной рунной гравировкой. Я молча шёл рядом, не решаясь нарушить тишину. Мы миновали библиотеку, где скелеты-учёные склонились над фолиантами, и Алёна заглянула внутрь.

— Они… они исследуют? Сами? — спросила она шёпотом.

— Да. У них своя жизнь. Я только направляю.

Она покачала головой, словно не веря своим глазам, и двинулась дальше. Мы поднялись на стену.

Она подошла к самому краю и замерла, опершись на зубец. Я остановился сразу за Алёной, глядя через её плечо. Перед нами открылся вид на внутренний двор Некрополиса — чёткие линии улиц, выверенные контуры построек, мерцающие кристаллы, освещающие тёмные переходы. Всё выглядело чётким и упорядоченным. Без бессмысленной суеты. Мрачный, холодный, мёртвый, образцовый порядок.

— Знаешь, — Алёна обернулась ко мне, и в её глазах блестели искорки, — я думала, тут будет… ну, не знаю. Думала, что тут всё будет намного хуже и страшнее. — она замялась на мгновение, а затем продолжила, жестикулируя. — Я ждала груды костей, вонь, грязь. Пыточные… Как в тех подземельях, куда я заходила раньше. А тут у тебя тут своя красота. Необычная, но она есть. Я чувствую её. Хотя это не так просто понять.

Она улыбнулась — тепло и искренне, — и в этот момент я понял, что не зря позвал её.

Минуты пролетели как секунды, и Алёне настало время уходить. Она шагнула ближе, и я почувствовал, как воздух между нами стал плотнее — словно сам мир затаил дыхание. Она приникла ко мне и легко, едва ощутимо, коснулась моих губ своими. Поцелуй.

Алёна ушла.

Я замер. Призрачное тело, которое я давно перестал ощущать как что-то материальное, вдруг наполнилось теплом. Живым, настоящим, обжигающим теплом, которое разлилось от губ к груди, к тому месту, где когда-то билось сердце. Я чувствовал её дыхание, её запах — лёгкий, как горный ветер, — её ладонь, что легла на моё плечо. На мгновение я забыл, кто я. Забыл, что я — мёртвый, оцифрованный, запертый в цифровом аду. Я был просто мужчиной. А она — просто девушкой. И это было… прекрасно.

А потом холодная волна разума накрыла меня.

Я — полководец смерти. Я — Хранитель Некрополиса, владыка Мёртвой Пади. Я уничтожил сотни игроков, сжёг факторию, разграбил имперский склад. Я веду войну против целого мира. И что я сейчас делаю? Таю, как пятнадцатилетний пацан, от одного прикосновения?

Да, Алёна красивая девушка. Пусть она ИскИн, пусть я не совсем человек. Меня ничего не пугает, мне нравится быть с ней, нравится её голос, её смех, её глаза, в которых пляшут искорки. Но есть одно «но». Её реакция на Германа. Её страх перед ним. То, как она вздрагивает при звуке его имени. Что их связывает? Почему она так себя ведёт? Герман — не тот, кому можно доверять, он ведёт свою игру. Я до сих пор не понимаю, зачем он мне помогает.

Я не могу себе позволить быть слабым. Не могу позволить уязвимость. Не сейчас. Не тогда, когда на кону всё, что я построил. Я слишком далеко зашёл, чтобы потерять голову из-за пары красивых глаз. В следующий раз, когда мы встретимся, я подниму этот разговор. Я спрошу её прямо: что связывает тебя с Германом? И если она не ответит честно — нам не по пути. Как бы ни было больно это признавать.

Я сжал призрачные пальцы в кулак и смотрел на угасающее зеркало портала, в котором несколько мгновений назад исчезла Алёна.

Следующий день.

Нападений не было, стройка в подземелье шла полным ходом. Первые вложения шли в экономику — развитие шахт, библиотек, лабораторий, — и только потом в оборону и боевых юнитов. Ресурсов на всё не хватало, поэтому всё шло постепенно и последовательно.

У Алтаря внешних земель я улучшил мобов, проживающих на территории Мёртвой Пади. Локация расширилась ещё сильнее с ростом уровня подземелья, существа, проживающие на ней, тоже усилились. Кроме того, я дополнительно прокачал их, усилив атаку, защиту и скорость — благо для меня сейчас эти апгрейды были просто мелочью на фоне того, сколько стоили постройки или же найм юнитов.

В Мёртвой Пади теперь проживали новые существа. Локация увеличилась настолько, что внутри неё сформировались разные биомы.

Волки по-прежнему держались по краям, вокруг подземелья, в лесистой части — мёртвом, искорёженном лесу, где чёрные стволы деревьев и серая трава создавали идеальные условия для засад. Там они охотились стаями, патрулируя границы.

Глубже, в низинах, где мёртвая земля превратилась в вязкое, чавкающее под ногами болото, обитали Туманные Утопленники — тридцать пятый уровень. Медлительные, но невероятно живучие существа, поднимающиеся из трясины, чтобы схватить жертву и утащить её на дно. Их тела были покрыты слоем гниющей плоти и водорослей, защищающей практически от любых ударов. Вокруг болот постоянно клубился густой, холодный туман, скрывающий приближение утопленников.