В итоге я выкрутил заразность на семь — пусть болезнь цепляется к каждому, кто окажется рядом с заражённым. Но за это пришлось заплатить: летальность упала до нуля, в симптомы я вложил всего два пункта. Ещё четыре пункта ушли в устойчивость к лечению. Не хватало, что какой-нибудь целитель одним заклинанием вылечил весь гарнизон. Ещё по одному пункту в «Инкубационный период» и «Скорость мутаций».
Нажал кнопку «Исследовать болезнь».
Чумной Мастер вздрогнул, словно очнулся от сна. Впервые за всё время взглянул на меня. Если я правильно истолковал оскал его пожелтевших от химикатов зубов, улыбнулся. Затем начал двигаться.
Мне казалось, что он вообще ничего не делал по правилам. Он двигался вокруг стола и, словно умалишённый, смешивал всё подряд. Брал банку с одной полки, плескал из неё в колбу с другой, доливал что-то из флакона третьей, бросал щепотку серого порошка из четвёртой, потом зачем-то сливал всё это в чан и, помешав костяной рукой, отошёл, что-то бормоча себе под череп.
Никакой системы. Никакого порядка. Он просто брал ингредиенты, от одного взгляда на которые мутило, — куски гниющей плоти, тёмную слизь, какие-то кристаллы, пульсирующие багровым, порошки, от которых шёл пар, — и смешивал их в случайном порядке. Кипятил, сливал, добавлял реактивы, снова кипятил. Иногда что-то взрывалось, и тогда он просто отходил на шаг и ждал, пока осядет дым, а потом возвращался к работе. Я не стал его останавливать. У гениев свои методы.
И ведь сработало.
Спустя несколько часов перед глазами возникло системное сообщение.
'В Чумном Чертоге создана новая болезнь!
Подробнее…'
«Трясучка»
Тип: Болезнь.
Класс: Бактерия.
Статус: Готов к применению.
Средства доставки: птицы, летучие мыши, звери, насекомые, заражённая еда, вода, ткани.
Описание: Лёгкая кишечная инфекция, названная так за характерный тремор, который начинается у заражённого через несколько часов после попадания патогена в организм. Возбудитель был выведен Чумным Мастером случайно — в ходе одного из его безумных экспериментов, когда он смешал содержимое трёх разных банок, добавил в чан с бактериальным бульоном щепотку серого порошка и забыл про него на сутки. То, что получилось, сначала вызвало у него приступ беззвучного хохота, а потом было аккуратно разлито по пробиркам.
Симптомы: чихание, обильное слюноотделение, урчание в животе, диарея, лёгкий тремор конечностей. Симптомы проявляются через 24 часа после заражения. Пик приходится на первую неделю, затем болезнь идёт на спад. Полное выздоровление наступает через пятнадцать дней после появления первых симптомов.
Заразность: Средняя. Передаётся воздушно-капельным путём, через биологические жидкости, через воду и пищу.
Инкубационный период: 24 часа.
Летальность: Нет.
Устойчивость к лечению: Средняя. Обычные заклинания исцеления помогают лишь временно — снимают симптомы на 20–30 минут, после чего они возвращаются. Заклинания выше тридцатого уровня, зелья и противовирусные препараты выше сорокового уровня излечивают болезнь окончательно, формируя устойчивый иммунитет к болезни, а также всех её штаммов на срок до 30 суток.
Эффекты при заражении:
«Раздражение слизистой» — заражённый непроизвольно чихает каждые 1–3 минуты. В момент чиха тело на секунду расслабляется: игрок не может атаковать, блокировать или кастовать. Длительность эффекта: до конца болезни.
«Диарея» — заражённый вынужден периодически покидать строй. Каждый раз — от 30 до 60 секунд отсутствия. Частота: каждые 10–20 минут. Длительность эффекта: до конца болезни.
«Тремор» — лёгкое дрожание рук и ног. Штраф к точности атаки −10%, к скорости передвижения −5%. Длительность эффекта: до конца болезни.
«Слабость» — общий упадок сил. Максимальный запас здоровья снижен на 10%. Длительность эффекта: до конца болезни.
Особенности:
— Не действует на нежить.
— Не действует на существ с иммунитетом к болезням.
— Имеет 5% шанс мутировать при передаче от носителя к носителю, создавая новый штамм, позволяющий повторно заражать уже переболевших, обходя естественный иммунитет.
— Заражённый не подозревает о болезни до проявления первых симптомов.
Что ж, для первого раза сойдёт. Я назвал заразу «Трясучка» и выпустил её через заражённых крыс, подселив тех в один из караванов с продовольствием, следовавших в город.
Новых пока не исследовал — посмотрим, как поведёт себя эта.
В течение некоторого времени после заражения я наблюдал за факторией через призраков и порой едва сдерживал смех. Конечно, не такого я ожидал от болезни, когда создавал Чумной Чертог. Совсем не такого. Особо никакого вреда — но как же это было забавно.
Первые симптомы проявились через полтора суток после того, как заражённые крысы пробрались на склады с продовольствием. Один из караульных на стене вдруг громко чихнул. Чихнул так, что эхо разнеслось по всей крепости. Его товарищ что-то буркнул про «будь здоров» и через минуту чихнул сам. Ещё через час чихала уже вся стража на восточной стене. А к вечеру началось то, ради чего я, собственно, и затеял всю эту операцию.
Понос.
Игроки и NPC бегали в отхожие места с такой скоростью, что у входа в сортиры выстроились очереди. Теперь просто так чихать в крепости боялись. Ведь в момент чиха тело на секунду расслабляется…
Кто-то не успевал добежать и проклинал всё на свете, сидя в кустах у стены. Кто-то пытался использовать заклинания очищения, но «Трясучка» была устойчива к низкоуровневому лечению, и магия помогала лишь на пару минут. Те счастливчики, что располагали высокоуровневым лечением, в условиях постоянного воздействия болезни вскоре после исцеления вновь заболевали. Охотники, ушедшие в лес за добычей, вдруг обнаруживали, что посреди Пади их настигает неотложная нужда, и проклинали тот день, когда согласились на этот контракт. Следы их спешных отступлений в кусты были заметны по всей округе.
Болезнь распространялась с невероятной скоростью. Воздушно-капельным путём, через прикосновение, через воду и пищу — она цеплялась к каждому. Чихнул один — через короткий срок уже чихают все, кто стоял рядом. Один не помыл руки — и вот уже весь отряд бегает в кусты. Никакого вреда для здоровья — только дискомфорт, испорченные штаны и чувство глубокого раздражения.
На седьмой день в фактории не осталось ни одного здорового человека. Чихали все. Бегали все. Сортиры были переполнены, и солдаты начали рыть новые выгребные ямы, но это не помогало. Постоянные отлучки разрушили дисциплину: часовые покидали посты, патрули возвращались раньше времени, караульные на стенах чихали так, что не могли нормально целиться. Наверняка постоянно курсирующие между крепостью и окрестными городами торговцы разносили болезнь далеко за её пределы… Но это уже мне не особо интересно.
Закончив с распространением Трясучки, я начал невидимую охоту. Кроме отрядов скелетов, охотящихся на караваны, я рассылал тройки миньонов по всей Мёртвой Пади. Они присоединялись к местным мобам, объединялись с ними в группы и стягивались к фактории, словно невидимая рука направляла их. Волки шли рядом с метателями, утопленники поднимались из болот следом за стражами, гарпии кружили над снайперами, выбирающими позиции на холмах.
Несколько патрулей, высланных за стены, не вернулись. Просто исчезли — как будто их никогда не было. Один отряд нашёл растерзанные тела своих товарищей у самой кромки леса, но преследовать нападавших не решился. Другой патруль услышал в ночи хруст костей и вой волков — и предпочёл отступить за стены, не дожидаясь рассвета.
Призраки рыскали по крепости, снимая одиночек.
Часовой на дальней башне вдруг захрипел, схватился за горло — призрачный клинок рассёк ему шею, и он рухнул на деревянный настил, не успев вскрикнуть. Маг, вышедший подышать перед сном, прислонился к стене, закрыл глаза — и больше их не открыл. Лучник, задремавший на посту, сорвался вниз; ночную тишину нарушил только глухой стук тела о землю.
