Светлые защитные артефакты, глушащие некротическую энергию, валялись на земле разбитые и втоптанные в грязь. Осадные машины — требушеты, онагры, баллисты разбиты на куски. От некоторых и вовсе остались только сожжённые остовы.

Сотни тел NPC — наёмников, орденцев, всех тех, кто шёл за «Мошпитом». Игроки возродились в ближайших городах, а эти остались лежать там, где встретили смерть.

Среди врагов были ещё тела.

Другие.

Я подошёл ближе.

Вот на боку, вытянувшись, лежит пума. Чёрная шерсть свалялась, пропиталась кровью. Когти выпущены — в последнем броске. Рядом с ней двое стражников-NPC с разорванными глотками. Кошка забрала двоих, прежде чем её достали.

Я ногой откинул в сторону ткань палатки, намотанную на что-то крупное.

Утыканный десятками стрел вепрь. Огромный, размером с быка. Семидесятый уровень. Похоже, он на полном ходу врезался в палатку с солдатами. Пробил её насквозь, снёс каркас, по пути раздавив половину тех несчастных, кто в этой палатке отдыхал.

Дальше — бурый медведь с дырой в груди. Вокруг — не меньше десяти тел лучников.

Вервульфы. Кото-люди. Псоглавцы.

Локации последних трёх, насколько я помню, были довольно далеко отсюда… Там они стояли лагерями друг возле друга, сражаясь в постоянном нескончаемом конфликте. Игрокам предлагалось выбрать один из трёх лагерей и поддерживать его… Сила смерти объединила их и заставила забыть о давних разногласиях.

Заставила идти в бой под одним знаменем. Моим.

Раскинувшие крылья с тёмным оперением грифоны. Великаны-циклопы.

Люди. Вернее, мертвецы — когда-то бывшие людьми-NPC, населявшими деревни и города, которые ныне стали частью моих земель.

Но ещё больше, чем погибших, было живых. Вернее, условно «живых». Они были мёртвыми — но не успокоенными.

На опушке леса — там, где начинались мёртвые деревья, — стояла целая армия.

Кото-люди — высокие, стройные, в доспехах, с луками и клинками. Псоглавцы — тяжёлые, массивные, с топорами на плечах. Вервульфы — кто на двух ногах, кто на четырёх, с волчьими мордами и человеческими глазами.

Тёмные Грифоны.

Циклопы — одноглазые гиганты, возвышались над остальными словно башни.

Все они смотрели на меня, ожидая команды.

Кажется, скоро клану «Мошпит» придётся несладко. Да и вообще всем, кто задумает встать у меня на пути.

Следующие несколько недель слились в один непрерывный поток.

Восстановление. Сперва — то, что осталось от Цитадели. Руины разобрали, камень пережгли, фундамент залили заново. Зачарованный базальт, рунные усиления. Стены ещё крепче и ещё выше. Крепость стала ещё не приступнее чем раньше.

Обереги Посмертия — те, что враг уничтожил во время штурма, — восстали заново. Десятый уровень. Каждый покрывал территорию почти в десять километров.

Производство.

Лесопилки, торфяные разработки, плавильни, кузницы, лаборатории — всё, что враг сжёг разбил, или захватил отбили. Разрушенное отстроили. Поломанное восстановили.

Костяные Тягачи сновали между цехами, перетаскивая руду, базальт, кости, жилы. Мастерские работали без остановки. Кузницы Смерти выдавали клинки, копья, дротики, щиты, вооружая стремительно возрождающуюся армию.

Здания постепенно прокачивали до максимума. Кладбища расширили — теперь в каждом было по двадцать слотов. Казармы, стрельбища, библиотеки, лаборатории — всё преобразовывалось, совершенствовалось, модернизировалось.

Немного восстановив армию, я принялся за возвращение старых владений.

Форпосты, которые я терял во время штурма, вернули один за другим. Мошпит выдохся — они потеряли слишком много людей, техники, ресурсов. Их лагеря снимались, отряды рассеивались.

Кроме того, выяснилось что и мои последователи не подвели.

Враги Мошпита ударили ему в спину в самый неподходящий момент. Они не стали бить в их лагерь.

Их можно понять.

Ведь там было множество бойцов и мало добычи. Цель сомнительная. Поэтому они ударили в тыловые регионы, житницы, рудники были атакованы. Частично захвачены.

Возможно, что это произошло бы и без вмешательства группы Линдара. Ведь подобные отношения между кланами — норма. А может быть, и нет.

В любом случае я своё слово сдержал, щедро наградив последователей. Сильные слуги мне полезны.

После возвращения старых владений мы постепенно начали осваивать новые.

И кроме земель вокруг Мёртвой Пади, первый экспедиционный корпус был заслан в земли, ранее принадлежавшие Тагирову.

Мир оказался невероятно большим. Больше, чем я думал. Больше, чем Мёртвая Падь. И богатым. Ресурсы, о которых я раньше только слышал, лежали под ногами. Руды, самоцветы, кристаллы, редкие металлы и минералы.

Поначалу действовал с опаской. Герман говорил, что мир Тагирова недоступен никому, кроме меня.

Но я ему не верил.

Поэтому каждый день ждал, что его заберут или отключат.

Или придут те, кто имеет настоящую власть над виртуальными мирами (я имею ввиду «Новую Эру»).

Но время шло. Ничего страшного не происходило. И я постепенно осмелел.

Обелиск Мёртвых тянул тьму в тот мир, покрывая шаг за шагом, километр за километром.

И по мере покрытия территории проклятой землёй туда переносилось всё больше и больше производств. Возводились шахты, мануфактуры, заводы. Вереницы Костяных Тягачей перевозили ресурсы через портал.

Всё шло более чем хорошо.

Но о победе говорить ещё было рано. Теперь мои земли растянулись на сотни километров вокруг подземелья. Они простирались от берегов Моря Студёной Тени до Хребта Чёрного Неба, где гнездились циклопы. Но люди не спешили покидать свои города — несмотря на то что их дома теперь располагались на проклятых землях. Они превращали их в крепости. Укрепляли стены, копали рвы, ставили баллисты. Готовились к штурму.

Клык Бури. Светлогорье. Приозёрье. Красный Яр. Тихий Омут. Медвежий Угол. Сосновый Брод. Зорье.

Всё это теперь было на моей земле. Было моими владениями. И я собирался доказать, что это — по праву.

По праву сильного.

Прошёл месяц.

После двухнедельной осады был взят Красный Яр. С ходу, в решительном штурме был разрушен и уничтожен Клык Бури.

Восстановив порт, я даже умудрился наладить устойчивые поставки мёртвого дерева и начать строительство флота. Первые Мёртвые Ладьи вот-вот должны были спуститься на воду со стапелей.

Обрадованный первыми успехами, я рассчитывал за ближайшие три месяца окончательно выбить врагов из своих владений и стать в них полноценным хозяином.

Но всё осложнилось.

Как обычно.

Светлогорье. Прибежище целителей. Одно из самых опасных мест в моих землях…

По опыту Клыка Бури Я рассчитывал взять город с ходу. Передовой отряд должен был ночью овладеть воротами и открыть их основным силам.

По плану всё должно было занять пару дней. Максимум четыре. дня.

Не вышло.

На стенах города стояли, закованные в золотую броню, имперские гвардейцы.

Под прикрытием целителей Светлогорья их отряды вырезали мои передовые отряды, заставив отступить отказаться от первоначального плана.

Моё быстрое развитие, рост тёмного пятна на карте светлых земель привлекло внимание реально сильных противников. Внимание того, кого я меньше всего хотел бы видеть в числе своих врагов.

Империя Эйренгард.

Отступать было уже поздно. Если они взялись за меня, значит доведут дело до конца. А значит меня ждёт новая война…

Но как же мне всё это надоело.

Когда же всё это кончится?

Я понимал что никогда.

Каким бы сильным я ни стал — меня не отпустят. Моё выживание — это постоянная, ни на секунду не останавливающаяся борьба. И чем больше мои земли, чем сильнее я становлюсь, тем больше сил требуется хотя бы для того, чтобы сохранить статус-кво.

И отсидеться за стенами, играя от обороны, не получится. Ведь чем шире мои границы, чем богаче земли, тем больше кланов, баронств, графств, герцогств, королевств и империй захотят обогатиться за мой счёт. Захотят уничтожить разрастающуюся тьму.