Я недоверчиво покосилась на него.

— Головокружение и ватные коленки? Как будто ты пьян, но не пил?

— Точно. Кстати, ты знаешь, что вампиры не пьянеют?

Я помотала головой.

— Это все из-за Превращения, оно оказывает какое-то хитрое воздействие на наш обмен веществ. Даже недолетки не могут окосеть.

— Выходит, употребление крови заменяет нам опьянение?

— Наверное, — пожал плечами Эрик. — В любом случае, недолеткам запрещено даже пробовать человеческую кровь.

— Почему же тогда учителя не догадываются о том, что Афродита устраивает на своих церемониях?

— Но там же не пьют человеческую кровь.

— Слушай, Эрик, не морочь мне голову. В этом вине была кровь, а взяли кровь у Элиота. — я брезгливо передернула плечами. — Отвратительный выбор, должна заметить.

— Но ведь Элиот — не человек, — терпеливо объяснил Эрик.

— Стоп, стоп… Значит, нам запрещено пить человеческую кровь… — медленно повторила я. (Черт побери! А ведь совсем недавно я именно этим и занималась!) — Но мы можем сколько угодно сосать ее у других недолеток?

— Только с их согласия.

— Чушь какая-то.

— Совсем не чушь. Смотри, мы проходим через Превращение, и в наших телах постепенно вызревает жажда крови. Понимаешь? Чтобы утолить эту жажду, нам нужен источник крови. Недолетки очень быстро восстанавливаются, так что потеря крови проходит для них безболезненно. Кроме того, употребление такой крови не вызывает нежелательных последствий, в отличие от случаев, когда вампиры питаются кровью живых людей.

Его последние слова загремели у меня в голове как безумная оглушительная музыка, которую зачем-то врубают в магазинах с товарами для молодежи. Я поспешила задать вопрос, чтобы убавить громкость.

— Живых людей? Ты хочешь сказать, что еще мы можем питаться трупами?

Кажется, меня сейчас снова вырвет.

— Да нет же! — рассмеялся Эрик. — Я хотел сказать, что еще мы можем питаться кровью вампиров-доноров.

— Никогда о таком не слышала.

— Большинство людей об этом даже не догадывается. Вы будете проходить это на пятой ступени.

От всех этих сведений голова у меня шла кругом, но я все-таки вспомнила, о чем хотела спросить еще.

— А какие бывают последствия?

— Мы только начали это проходить по Вампирской социологии. Грубо говоря, когда взрослый вампир пьет кровь живого человека, между ними возникает очень прочная связь. Вампиры еще могут ей противостоять, а вот люди легко теряют волю и рассудок. Это очень для них опасно, понимаешь? Подумай об этом, пожалуйста. И вообще, потеря крови совсем не такая безопасная штука. Добавь к этому тот факт, что вампиры живут гораздо дольше людей, иногда переживая их на целые столетия. Взгляни на это с человеческой точки зрения. Представляешь, насколько ужасно безумно любить того, кто останется молодым, в то время как ты будешь стареть, покрываться морщинами, болеть, а потом умрешь?

Я снова вспомнила затуманенный, но преданный взгляд Хита, и поняла, что о некоторых вещах Неферет лучше не рассказывать.

— Кошмар, — еле слышно пробормотала я.

— Вот мы и пришли.

Я не сразу поняла, что мы подошли к дверям девичьего корпуса.

— Спасибо… что пошел за мной, — сказала я и застенчиво улыбнулась.

— Не за что! Когда тебе понадобится назойливый малый, который лезет туда, куда его не зовут, я всегда к твоим услугам.

— Буду иметь в виду, — кивнула я. — Спасибо. — Я прижала Налу к бедру и взялась за ручку двери.

— Кстати, Зет! — окликнул Эрик. Я обернулась.

— Не возвращай Афродите платье. Сегодня вечером она пригласила тебя в круг, а значит, официально предложила место среди Дочерей Тьмы. По традиции будущая Верховная жрица в первую ночь дарит новообращенной подарок. Я не думаю, что ты захочешь вступить в это общество, но у тебя есть полное право оставить подарок себе. Тем более что тебе это платье идет гораздо больше, чем Афродите.

Он взял меня за руку (ту, в которой не было Налы) и повернул ее ладонью вверх. Потом медленно провел пальцем по синей вене на запястье, и кровь бешено забурлила у меня в жилах.

— И еще имей в виду, что я всегда к твоим услугам, если тебе снова захочется пропустить глоточек. Я говорю серьезно, Зет.

Эрик наклонился и, продолжая смотреть мне в глаза, легонько прикусил пульсирующую жилку на моем запястье, а потом нежно поцеловал это место.

Бабочки у меня в животе запорхали, словно бешеные. Внутри бедер вдруг стало очень жарко, и я тяжело задышала.

Когда Эрик, не отрывая губ от моего пульса, заглянул мне в глаза, мое тело пронзила дрожь желания. Я знала, что он тоже почувствовал этот трепет. Эрик провел языком по моему запястью, и я снова вздрогнула.

Тогда он улыбнулся и шагнул в предрассветные сумерки.

ГЛАВА 19

Мое запястье все еще пощипывало в том месте, где его поцеловал (и укусил, и лизнул) Эрик, и совершенно не хотелось ни с кем разговаривать. Поэтому я очень обрадовалась, застав в холле всего нескольких девочек, которые, подняв на меня глаза, снова прилипли к телевизору, где шло реалити-шоу «Новая топ-модель Америки».

Я пошла на кухню и опустила Налу на пол, надеясь, что она не сбежит, пока я буду делать себе сэндвич.

Моя кошка и не подумала убегать, она ходила за мной по пятам, как рыжая собачонка, и недовольно ворчала своим странным, совершенно не похожим на обычное мяуканье, голоском. Я ей покорно отвечала: «Я понимаю» и «Знаю», потому что мне казалось, будто Нала отчитывает меня за все сегодняшние глупости. Что ж, у нас были для этого основания.

Приготовив сэндвич, я взяла пакет соленых крендельков (Стиви Рей оказалась права, я безуспешно облазила все шкафчики в поисках вкусной, но нездоровой еды), банку какой-то колы (мне было все равно, какой, лишь бы кола и не диетическая), подхватила под живот Налу и направилась наверх.

— Зои! Как же я беспокоилась! Рассказывай скорее!

Стиви Рей сидела в кровати с книгой на коленях и ждала меня. На ней была пижамная куртка и широкие пижамные штаны с ковбойскими шляпами. Короткие волосы Стиви Рей стояли дыбом с той стороны, на которой она только что спала. Честное слово, сейчас ей никто бы не дал больше двенадцати!

— Ну вот! — весело сказала я. — Кажется, у нас будет новый жилец!

И развернулась, чтобы моя соседка могла увидеть Налу, вцепившуюся мне в бок.

— Возьми ее, а то у меня руки заняты. Эта кошка постоянно ворчит, просто ужас какой-то!

— Какая прелесть! — Стиви Рей вихрем слетела с кровати за Налой, но рыжая бестия вцепилась в меня еще крепче, так что Стиви Рей пришлось оставить ее в покое, забрать у меня из рук еду и отнести все на прикроватный столик.

— Платье — отпад! Тебе ужасно идет.

— Пришлось переодеться перед ритуалом, — ответила я и вспомнила, что его нужно будет вернуть Афродите.

С превеликим удовольствием! Что бы там Эрик ни говорил, я не собиралась оставлять себе этот «подарок». Кроме того, возвращение платья будет отличным способом «поблагодарить» эту мерзавку за то, что она «забыла» предупредить меня о крови в бокале.

— Ну… как все прошло?

Я уселась на свою кровать, дала Нале кренделек, который она тут же принялась обгрызать по краям (по крайней мере, перестала ворчать!), и откусила огромный кусок сэндвича.

Я пока не решила, о чем говорить Стиви Рей, а о чем умолчать. Вся эта «кровавая история» была слишком скользкой, простите за каламбур, и слишком грязной. Вдруг Стиви Рей испугается и отшатнется от меня?

Я проглотила кусок и решила перевести разговор на более безопасную тему.

— Меня Эрик Найт провожал.

— Ой, божечки! — Моя соседка запрыгала на кровати, как смешной чертик из табакерки. — Давай выкладывай скорее, расскажи мне все!

— Он меня поцеловал, — сказала я, слегка нахмурив брови.

— Не может быть! Где? Как? Это было классно?

— Он поцеловал мне руку, — быстро соврала я. Не хотелось посвящать Стиви Рей в подробности эпизода с пульсирующей жилкой, укусом и поцелуем. — Когда мы прощались. Прямо здесь, на ступеньках. Да, это было классно!