— Модель выполнена с полной точностью, — объяснял он. — Каждая чешуйка, каждый камень на своём месте. Можем выделить и рассмотреть любую деталь.

Он приблизил изображение — и чешуйка заполнила экран. Было видно, что в неё вставлен изумруд и даже как именно золотые крапаны держали камень.

Впечатляюще. И здорово облегчит жизнь мастерам.

— На основании этой модели мы готовим точные чертежи для мастеров, — продолжил Андрей. — И сможем создать макет в натуральную величину.

Я кивнул и тут же принялся уточнять:

— Толщина металла в основании яйца?

— Два миллиметра серебра, как в технологической карте, — ответил второй проектировщик, Игорь. — Достаточно для прочности, но не слишком тяжело.

— Крепление чешуек — пайка или закрепка?

— Комбинация. Основание чешуек припаивается к телу яйца. Камни в чешуйках закрепляются крапанами.

— Как будем монтировать дракона?

— Дракона отливаем отдельно из золота, — ответил Андрей. — Затем крепим к вершине яйца через внутренний штифт.

Лидия Павловна подошла к столу и положила перед собой папку с документами.

— Отчёт по культурологической экспертизе, — объявила она, открыла папку и достала несколько листов. — Профессор Ремизов заключил, что все элементы соответствуют китайской традиции. Ни один элемент не должен оскорбить императора Поднебесной. Культуролог из Академии наук также подтвердил выводы профессора Ремизова.

Мы с отцом переглянулись, и он с облегчением выдохнул.

— Отлично. Это было моё главное опасение.

Да уж. Оскорбить императора Китая неправильной символикой — самый быстрый способ провалить конкурс и угробить репутацию.

Холмский поднялся, достал из сумки несколько упаковок.

— Докладываю о закупке материалов для макета.

Он выложил на стол пакеты.

— Полимерная глина из Пруссии, пять килограммов разных цветов. — Он показал упаковки — белая, серая, золотая, красная, синяя, зелёная. — После застывания её можно покрывать краской. Я заказал золотую и серебряную.

— А камни? — спросила Лена.

— Вот образцы австрийских хрустальных страз. Они сверкают почти как настоящие драгоценные камни, а порой и ярче.

Мой ученик высыпал на стол горсть страз, и они засияли в свете ламп. Действительно, было очень похоже на настоящие самоцветы.

— Макет позволит нам проверить пропорции, увидеть изделие в натуральную величину, показать концепцию заказчику, — сказал Василий. — И найти потенциальные проблемы до работы с дорогими материалами.

— Когда начнёте? — спросил я.

— На следующей неделе. За две недели должны управиться.

Они как раз обсуждали этапы создания макетов, когда я краем глаза заметил какое-то движение в полутёмном проходе между мастерскими.

Дверь на склад инструментов была приоткрыта на пару сантиметров. А ведь обычно она закрыта.

В щели мелькнула тень.

Я не подал вида и сделал вид, что продолжал слушать Холмского, но рука потянулась к карману. Достав телефон и продолжая кивать, я открыл приложение системы видеонаблюдения.

В здании были установлен десятки камер. В мастерских, коридорах, на складах. Я пролистал список камер, нашёл нужную: «Склад инструментов, восточная стена», нажал.

Изображение переключилось на экран телефона. На экране показалась тусклая чёрно-белая картинка с камеры.

Склад инструментов, стеллажи с молотками, резцами, тисками, верстак у дальней стены… И фигура человека, притаившегося у двери.

Я увеличил изображение двумя пальцами на экране.

Что ж. Кажется, у нас завёлся шпион.

Я продолжал делать вид, что слушаю Холмского, но теперь моё внимание было сосредоточено на приоткрытой двери склада. Шпион всё ещё был там.

Я наклонился к стоявшему рядом Штилю:

— Незаметно подойди с другой стороны к складу инструментов, — тихо сказал я. — Там кто-то прячется.

Штиль на секунду напрягся, затем чуть кивнул и отошёл в сторону.

Я подождал несколько секунд, а затем сам начал перемещаться.

— Пётр Константинович, можно взглянуть на эскиз дракона поближе? — спросил я, указывая на стол у противоположной стены.

— Конечно, Александр Васильевич.

Я пошёл к столу, обходя мастерскую по кругу, приближаясь к двери склада. Секундная пауза, чтобы Штиль успел занять позицию с другой стороны — и я резко рванул на себя дверь.

В полутьме склада метнулась тень — фигура молодого человека, прижавшегося к стене.

Он вскрикнул и тут же попытался убежать вглубь склада. Я метнулся вперёд и схватил его за шиворот рубашки.

Шпион дёргался, пытался вырваться. Я крепче сжал хватку и развернул его лицом к себе.

Молодой, худощавый, невысокий. Светлые растрёпанные волосы. Испуганные голубые глаза. Я знал его. Все мастера в фирме его знали.

Штиль появился с другой стороны — перекрыл путь к отступлению между стеллажами. Я потащил шпиона к выходу.

— Идём. Объяснишься при всех.

Я выволок шпиона в мастерскую, под яркий свет ламп. Все разговоры тут же смолкли, мастера удивлённо уставились на нас.

Лена ахнула, прикрыв рот рукой. Василий поднялся с места.

— Господа, — сказал я громко, — нас подслушивали.

Я вывел шпиона в центр мастерской, развернул лицом ко всем.

— Яша? — удивлённо шепнула сестра.

Именно он. Яша Зайцев, подмастерье цеха обработки металла. Студент пятого курса Академии художеств, третий ранг магии. Учился по вечерам, а днём работал у нас.

Он был из провинции. Тверская губерния, если не ошибаюсь. Приехал в Петербург учиться, поступил на некоммерческое отделение, получал стипендию, обеспечивал себя сам. Снимал комнатку на Выборгской стороне.

Тихий. Исполнительный. Звёзд с неба не хватал, но в будущем мог стать вполне годным мастером.

Воронин вскочил с места.

— Яша, чтоб тебя черти рвали! Да что же ты творишь, бестолочь⁈

Яша вздрогнул и пристыженно опустил голову.

— Итак, господин Зайцев, — сказал я. — Извольте объяснить, что вы делали на складе инструментов? Тем более что ваш рабочий день закончился три часа назад.

Яша молча смотрел в пол, но побледнел, а губы дрожали. Василий Фридрихович подошёл ближе.

— Яша, отвечай. Зачем ты подслушивал?

Я тем временем обернулся. Когда я волок его через склад, из кармана Яши что-то выпало.

Заметив на полу золочёную пачку сигарет, я наклонился и поднял её. «Sovereign». Дорогая английская марка, если не ошибаюсь. Студент-вечерник не может себе такие позволить. Я не курил, а вот Денис иногда баловался. И если уж баловался, то предпочитал именно «Соверен». Оттуда мне и была знакома упаковка.

Я хорошо знал положение Яши Зайцева. Парень экономил на всём, покупал одежду на барахолках, ел что попало, таскал одно и то же пальтишко пятый год. Мастера даже порой его подкармливали — то Воронин принесёт побольше пирожков от жены, то Егоров угостит обедом.

А тут «Соверен» — по пятьдесят копеек за пачку. Непозволительная роскошь.

Рядом валялся коробок спичек из ресторана «Новый свет». Заведение респектабельное, совсем не для бедных студентов.

Я повертел пачку в руках и взглянул на Яшу.

— Давно пристрастился к столь дорогостоящей привычке?

Яша побледнел ещё сильнее. Губы задрожали. Я протянул руку.

— Дай мне свой телефон. Сейчас же.

Яша заколебался — на секунду, не больше. Штиль сделал угрожающий шаг вперёд, и парень торопливо достал из кармана простенький телефон с камерой.

— Разблокируй, — приказал я.

Дрожащими пальцами Яша ввёл пароль. Я взял телефон, открыл галерею… И увидел то, что ожидал — наспех сделанные фотографии эскизов через щель в двери. Но вполне читаемые, особенно если использовать программы для улучшения качества изображений.

Я показал экран Василию. Отец сжал челюсти, глаза недобро сузились. Воронин тоже заметил фотографии и непечатно выругался.

Я снова уставился на подмастерье.

— Кто заказчик? Кто заплатил тебе?