Стук в дверь привёл меня в чувство.

— Рия Алидари, можно войти? — послышался тихий голос Агнеш.

— Входи! — хрипло ответила я. Внутри меня скопилось напряжение, которое хотелось выплакать, но я держалась.

— Рия Алидари, там гномы требуют вас и какой-то план… — Агнеш увидела меня и замерла, потом подошла ближе. — Что с вами? Вы со вчерашнего дня сама не своя… и генерал тоже.

— Агнеш, — я прокашлялась, чтобы очистить голос, — прошу, больше никогда не говори мне о генерале.

— Конечно, — подруга не стала настаивать. — Значит говорить о том, что он всю ночь копал, тоже не надо? Лопата уже полдня стоит без работы.

Я выдохнула. Взятые на себя обязательства нужно выполнять…

— Я скоро выйду. Скажи гномам, что будет им план.

Судя по тому, что Кляпа не мычит, её подоили… вернее, подоил. Так что торопиться не нужно. Час я писала план работ, наспех вспоминая, что нужно сделать. Гномов я собиралась использовать по полной.

Но, несмотря на запрет Агнеш и самой себе, я всё время думала о генерале, и это выбивало из колеи.

Только когда я увидела его, поняла, что натворила. Нет, Ашта был всё таким же внешне спокойным, но его равнодушный взгляд, его холодные эмоции словно давили на меня незримой ледяной плитой. Даже его друзья заметили, что их командир стал другим, и подозрительно посматривали то на него, то на меня.

Дни полетели один за другим. Такие вроде бы наполненные событиями, но какие-то пустые душевно. Я наполняла лопату энергией, драконы её расходовали. Гномы отрабатывали будущее восстановление, затеяв стройку — вернее, ремонт того, что есть. Полную перепланировку делать в поместье было запрещено.

Первым, как ни странно, магию вернул Крид. Он смеялся, кружил над нашими головами, осыпая пыльцой и показывая, что теперь может непросто командовать животными и делать их сильнее. Первым под его магию попал… Ластик.

Бедный майборок лежал на крыльце, грелся на солнышке и никого не трогал, когда к нему подлетел ошалевший от радости фей и осыпал пыльцой. И нет больше маленького майборока. Боевой свин, который не влезает в дверь, оглашает громким рыком окрестности, пугая до мурашек, испуганно носится вокруг дома — под радостные крики мальчишек. Они на нём верхом сидят.

— Я не специально! — Крид ловко уходил от моей лопаты и молний, которые из неё вылетали. — Это пройдёт через пару дней! Я больше не буду!

— Только попробуй ещё кого-то изменить! — рявкнула я фею, с ужасом представляя, что будет, если он увеличит Кляпу или своих кролей.

Кому было весело, так это гномам. Пока я носилась за испуганным майбороком, чтобы успокоить, пока пыталась прибить Крида, они ржали как кони и делали ставки — кто кого. Те ещё весельчаки… Только когда молнии пролетели близко от их драгоценных бород, эти жители подземных пещер довольно быстро унеслись в свои комнаты.

Драконы всё веселье пропустили, так как работали за стенами работного дома.

Дни шли за днями, словно нанизываясь на тонкую нить времени. Мне пришлось взять работу деда Скипи на себя. Помогали мальчишки, но у них было много дел и кроме сада.

Я очищала сад от травы, подвязывала деревца, потому что после цветения плоды стали быстро набирать вес. Чтобы веточки не ломались, приходилось их подвязывать. Конечно, я всё так же заполняла лопату магией, поэтому немало копала сама.

Гномы ломали всё, что можно доломать, и подготавливали пристройки и дом к ремонту.

Пришёл караван с материалами для стройки. С караваном прибыло новое пополнение работного дома — ещё драконы, некоторые с семьями. Я знакомилась, расселяла. Помогал мне в основном Хрест, иногда Ашта.

Генерал разговаривал со мной сухо, по делу, не делал никаких лишних движений, словно не он целовал меня несколько недель назад и смотрел как на своё сокровище. Его холодность разбивала мне сердце, но я сама этого хотела… Чего хотела — то и получила…

Сами гномы несколько раз летали в город за продуктами и нужными для ремонта трубами во всём доме. Никто, кроме них, не понимал что нужно. Скоро у нас будут работать туалеты внутри дома и, конечно, моя ванна.

Гномы не забыли привезти золото, которое сразу ушло в мою сокровищницу.

Первое пополнение радости во мне не вызвало. Стоило вернуться в сокровищницу, как я вспоминала Ашта и наш поцелуй. Иногда мне хотелось, чтобы дракон не был таким холодным. Я злилась, желая видеть в его глазах тепло, но сама же понимала, что веду себя как эгоистка.

Через неделю после того, как Крид вернул себе магию, драконы один за другим вернули себе силы: Торк, Марк, Кирж, Ашта. Все — в один день.

По такому случаю Агнеш сотворила нам настоящий праздничный ужин. Так как с драконами прибыли женщины, то теперь им с Риси на кухне стало полегче.

Дойку Кляпы тоже взяла на себя одна из новеньких, так что генерала я стала видеть ещё реже.

Даже Сибилла получила в помощницы двух молодых девушек, прибывших со своими женихами. Жили они отдельно от женихов, но днём никто им не запрещал показывать свои чувства. Мне было невыносимо видеть проявления влюблённости в этих парочках. Сама себе я напоминала собаку на сене и злилась, желая, чтобы всё поскорее закончилось и генерал уехал.

Конечно, я врала сама себе. Я хотела другого, но упрямство и желание доказать самой себе, что я права, делали меня глубоко несчастной.

Праздник не радовал. Я вяло улыбалась работным и ковырялась в своей тарелке. Под ногами похрюкивал вернувший свой облик майборок, рядом вздыхала Агнеш — подруга заметно округлилась и к вечеру сильно уставала.

Новый гость вошёл в столовую, замер в дверях, обводя толпу брезгливым взглядом. Первым его приметил Хрест, недовольно нашёл взглядом Торка, который виновато прижал голову. Судя по всему, была его очередь сторожить работный дом.

— Кто ты такой? — спросил Хрест, вставая из-за стола.

— Это вы кто такие? — я встрепенулась, услышав его голос, с удивлением узнавая, кто ко мне наведался. — Алидари, собирайся. Ты возвращаешься домой!

Иган Ашта

Вероятно, богиня испытывает моё терпение. Я ждал возвращения своего льда — той внутренней стужи, что позволила бы обуздать дикое желание сломить сопротивление Алидари и просто взять своё. Я мог бы это сделать. Я чую сомнения в её душе. Но разве это выход? Жить с парой, которую принудил силой? Это была бы не победа, а поражение.

Я скрежетал зубами и молча ходил рядом с ней, смотрел в её глаза, замечая там сомнения, сидел с ней за одним столом, дышал с ней одним воздухом и каждый миг был испытанием. Выдержать дело чести.

Сегодня мы получили свои силы, вернули магию. Источники ожили, и внутри впервые потекла моя сила, замораживая все чувства. Когда Сильвия предпочла мне богатства рода, я принял её выбор. Было неприятно, да, просто неприятно… Но отказ истинной пары — это рана. Она отравляет плоть, сущность, весь мир.

Можно заменить любовницу, но нельзя заменить пару. Если Алидари думает, что я отступлю… она плохо понимает, что такое истинная пара. Она не простит себе этого отказа. Будет сожалеть всю жизнь. И разве я могу допустить, чтобы она страдала из-за собственного же упрямства?

Значит, нужно действовать. Принять вернувшуюся силу и подготовиться. Не к штурму, а к долгой осаде. Её сомнения, всего лишь укрепления обороны. Их нужно не крушить, а обойти, найти лазейку. Я должен стать для неё не угрозой, а очевидным выбором. Единственным.

Весь вечер, посвящённый нашему возвращению в стан магов, я наблюдал за ней, оставаясь в тени. Не время ей знать, что от судьбы не убежишь.

Моя Алидари была грустной, что-то выговаривала кухарке, вероятно, опять о том, чтобы та отдыхала. Она беспокоится обо всех в работном доме. Я изучал её, пытаясь понять: эта доброта — подлинная или лишь привычная маска, как у придворных дам моего круга?

Нет. Она не притворялась. Была искренне добра с сиротами, сохраняла спокойствие с прачкой, хоть та и вела себя вызывающе. Не гнушалась работы. И, что поразительнее всего, не испугалась броситься с лопатой на тёмного фея, будто не понимая, насколько тот стал опасен.