Я сел на кровати и прислушался к ощущениям. Лёгкая разбитость. Будто после затянувшейся лихорадки… Мышцы слушаются, голова ясная, рефлексы в порядке, но исчезло ощущение бездонного резерва сил, к которому я привык за последние дни. Раньше казалось, что я могу бежать сутками без остановки, а теперь организм мягко напоминал, что он живой и нуждается в отдыхе, еде и заботе.

Ничего критичного. Базовые характеристики выросли за счёт постоянных бонусов «Охотника». Я ведь вчера на арене всё подсчитал, так что нынешний я многократно превосхожу того, кто спускался к демонам в начале финального испытания. Да и особенности, артефакты и навыки никуда не делись. Просто я больше не полубог, в которого Алиса с разрешения Системы вложила прорву духовных сил смертных… Я снова простой, но очень опасный человек с пистолетом, мечом и лисой в голове.

Маши рядом не было. Судя по запахам, доносящимся снизу, она уже перебралась на кухню и занялась организацией завтрака.

Я умылся, оделся в запасной комплект одежды, найденный в шкафу, и спустился. На кухне царил управляемый хаос. Вся наша стая собралась за длинным столом, который слуги Дракса составили из трёх столов поменьше. Места хватило всем, хотя Брячедуму пришлось подложить подушки на стул, а Имирэн вытянул длинные ноги так далеко, что Герда дважды о них споткнулась и оба раза пригрозила их оторвать.

Самого Дракса не было. Судя по словам его слуги, он уехал к отцу ещё на рассвете, но велел нам чувствовать себя как дома и распорядился накормить нас как подобает.

— Доброе утро, — поприветствовал я всех, усаживаясь на свободное место между Машей и Леей.

— Хорошо выглядишь для покойника, которому Князь Демонов сердце вырвал из груди, — заметила Герда, передавая мне тарелку с мясом и кашей.

— Буду считать за комплимент, — кивнул я и принялся за еду.

Первые минуты прошли в тишине. Все ели, наслаждаясь завтраком. Потом, когда голод отступил, начались разговоры…

— Граф, что с судом?

— Заседание назначено на четыре часа после рассвета, — ответил тот, протирая монокль. И зачем он ему? Выпендрёжник… Вчера — шляпа, сегодня — вот это… — Бывший владелец виллы наврал с три короба. Обвинения серьёзные: незаконный захват имущества, порча мебели, уничтожение предметов искусства, кража редкой коллекции бабочек…

— Которых не было, да? И много требует?

— Семьдесят тысяч.

— А он хорош! Губа у него не дура. Но, к его несчастью, я воскрес, а значит, и воскресли те проблемы, от которых он так старательно бегал, пока я был в городе. Ладно… Отправьте кого-нибудь, — решил я. — Заявите ходатайство о переносе заседания в связи с воскрешением главного обвиняемого. Если будут настаивать, скажите, что указы императора для меня важнее и я не имею наглости оспаривать его распоряжения. Пусть подождут, пока закончу дела.

Граф кивнул, делая пометку в блокноте.

— Представляю, как они обделаются, когда узнают новости… — хитро улыбнулся наш казначей.

— А теперь расскажите, что у вас тут происходило, пока я развлекался, — попросил я. — Дракс упоминал, что приютил вас у себя. Что ещё?

Лея начала первой:

— Ну, дракониды по тебе уже справили минуту молчания. Прямо во время церемонии закрытия. Дракс отказался участвовать в поминальном обряде и заявил, что ты жив, потому что «этот человек слишком упрямый, чтобы умереть». Это цитата.

— Приятно, — усмехнулся я.

— Дистур поддержал сына. Взял нас под свою негласную опеку. Без этого имперская канцелярия давно бы нас выставила за ворота столицы, — добавил Граф. — Но даже так хватало наглецов. Бывший хозяин виллы, пара чиновников, желавших выслужиться, местные торговцы, решившие, что бесхозной свите чемпиона можно нагородить всякого бреда и сорвать уже заключённые мной сделки с более выгодным лишь для них курсом обмена.

— Я нескольким из них объяснила, что они не правы, — вставила Герда, демонстративно хрустнув кулаками.

— Она объяснила так доходчиво, что один из них до сих пор ходит с костылём, а нам выписали штраф и хотят завести на нас ещё одно дело. Но Дистур вроде бы решил вопрос с торговцем и стражами, — уточнила Маша.

— Солидно вы тут выгребали проблем… Но ничего, разберёмся. Что ещё интересного?

— Да так… Всего лишь один гном заключил пари с богом-кузнецом и работает над каким-то секретным проектом.

— Чего? — удивился я. — Ладно, с бытовыми вопросами разберёмся как-нибудь. Что там за история у тебя приключилась, друг? — посмотрел я на Брячедума.

Гном поперхнулся элем, проглотил его, откашлялся, вытер бороду и расплылся в широкой ухмылке. Он поставил кружку на стол и выпрямился на своей подушке, принимая торжественный вид.

— Значит, сижу я в арендованной кузнице, работаю. Пластины выравниваю из местного дерьмового железа. Жду, когда ты, балбес, вернёшься, чтобы экипировку твою подлатать. И тут заходит драконид. Здоровый, широкоплечий, руки как у кузнеца, фартук, прожжённый в десяти местах. Смотрю на него и думаю: коллега, что ли? А потом он назвал своё имя.

Брячедум выдержал паузу, наслаждаясь вниманием.

— Вулкар. Драконий бог-кузнец, один из Семи Драконов-покровителей Дракории. Он явился в теле своего аватара, лучшего кузнеца империи, и бросил мне вызов. Не на мечах и не на магии. У наковальни! Кто выкует более мощный и искусный артефакт за неделю, используя лучшие материалы, которые предоставил сам император по указанию Вулкара, тот и победил!

— То есть ты с богом соревнуешься? — не поверил я своим ушам.

— Не с богом лично, а с его аватаром, который лучший кузнец Дракории, — поправил Брячедум. — Вулкар вернул ему контроль над телом, после того как скрепил нашу договорённость божественной печатью на наковальне. Так что формально я соревнуюсь со смертным мастером, в которого бог-кузнец вложил свои знания и навыки. Но суть от этого не меняется.

— И как дела? — поинтересовался я.

Брячедум ухмыльнулся:

— Мы работаем в одной кузнице. День через день. Материалы общие, предоставлены имперской казной. До конца соревнования у меня осталось три дня работы. И я тебе скажу вот что, Лисоглядов: этот клыкастый куёт так, что у меня борода дыбом встаёт! Он безумно хорош. Но и я не смею позорить искусство гномов! Думаю, наши шансы пятьдесят на пятьдесят.

— А если ты перестанешь бухать во время работы, то хотя бы на процент шансы повысишь, — заметил Имирэн.

— Если я не буду себя стимулировать настойками, то войти в режим вдохновения будет в два раза сложнее. Так что не говори о том, в чём не разбираешься! — отрезал гном, грозно зыркнув на длинноухого.

Мэд, тихо сидевший в углу и поглощавший мясо с аппетитом оборотня, внезапно поднял голову:

— Вулкар, говоришь? Интересно… Элея рассказывала мне об этом боге. У него нет храмов в Аматире. Он предпочитает устанавливать святилища прямо в кузницах, в мастерских и плавильнях. Считает, что его алтарь должен стоять там, где горит огонь и звенит металл. Но один из его алтарей установлен в Храме Семи Драконов — главном храме столицы.

Я замер с куском хлеба на полпути ко рту.

Храм Семи Драконов. Именно туда Система велит мне нести Камень душ. И именно там стоит алтарь бога, чей аватар прямо сейчас соревнуется с нашим гномом в кузнечном мастерстве.

— Совпадение? — произнёс я вслух.

— Не думаю… — ответила Алиса и продолжила методично уничтожать запасы Дракса.

Она была похожа на меня во время экспедиции в Дыру. Только я там уничтожал более сильных и сопротивляющихся противников, а она… сидит, паштет на язык мажет. Хоть бы хлеб взяла…

— А может, и случайность. Не знаю, — пожала она плечами. — Но Система может иметь свои мысли на этот счёт. По моему мнению, если она отправляет тебя в храм, где стоит алтарь Вулкара, и в то же время этот бог бросает вызов твоему кузнецу, значит, здесь есть связь. Какая именно — пока не знаю. Но ощущение, что все нити сходятся в одну точку, у меня очень сильное.

— Ну ладно, бог в кузнице, Камень душ в храме, демоны в аду, — хлопнул по столу Ратмир. — Но ты обещал дорассказать про князя. Давай уже, не томи!