Скрипнула дверь кузницы. Брячедум не обернулся, продолжая изучать остывающую пластину. В ремесленном квартале постоянно ходят всякие и заглядывают по делу и без. Ничего необычного.

— Ты, значит, и есть сбежавший из-под венца король гномов Брячедум? — произнёс неизвестный характерным драконидским говором.

— Так, я сейчас закончу, возьму молот и случайно опущу его на твои коленки…

Драконид рассмеялся, а Брячедум обернулся. Кузнец — это Брячедум определил мгновенно по рукам, по осанке и по въевшейся в чешую копоти, которую никакая ванна не отмоет.

В дверном проёме стоял высокий драконид средних лет с мощными плечами и крепкими мускулистыми руками. Чешуя тёмно-бронзовая, словно покрытая патиной от многолетней работы у горна. Одежда простая, рабочая. Без регалий и украшений. Фартук из толстой кожи, прожжённый в десятке мест.

— Я не хотел тебя обидеть, друг, — произнёс он, и его глаза расширились, демонстрируя гному очередную подсказку о том, кто именно прибыл к нему.

Брячедум задумался и решил пока не пускать в бой молот. Он смотрел в глаза кузнеца и понимал, что они были особенными. Ярко-оранжевые, как расплавленный металл в тигле. В них горел огонь, не имеющий ничего общего с обычным пламенем горна.

— Неплохая работа, — кивнул драконид на пластину в руках Брячедума, говоря низко и с лёгкой хрипотцой. — Для паршивого материала результат вполне приличный. Хорошо куёшь.

— Благодарю, — ответил Брячедум настороженно. Комплименты от незнакомцев он принимал с осторожностью. — Чем обязан?

Драконид вошёл и прикрыл за собой дверь. Обвёл взглядом кузницу: наковальню, горн, инструменты, разложенные с педантичной аккуратностью. Задержался на нескольких готовых изделиях, что Брячедум выковал за последние дни: ножи, наконечники, заготовки для доспешных пластин.

— Моё имя… — драконид помедлил, и в его оранжевых глазах на мгновение полыхнуло нечто нечеловеческое — яркое, древнее, невозможно глубокое, — Вулкар. Можешь называть меня Вулкар.

Брячедум замер с клещами в руках. Это имя он видел в храмовых текстах, когда изучал историю кузнечного дела Дракории. Что ему ещё было делать, когда он пьяным гулял по улицам древней столицы?

Вулкар… Драконий бог-кузнец, выковавший Роковую Гору где-то за пределами этого континента. Имя, которое произносят с почтением даже эльфийские мастера, считающие своё ремесло непревзойдённым.

— Бог-кузнец… — выдохнул Брячедум и медленно опустил клещи на наковальню.

Он верил, что это он и есть: пламя кузницы, весело заплясало при появлении драконида, а его глаза…

Брячедум выпрямился и поклонился. Не раболепно, а с профессиональным уважением, как один мастер кланяется другому, что бесконечно превосходит первого по мастерству. — Чем могу быть полезен, Великий Вулкар?

— Нынешнее тело, в котором я нахожусь, принадлежит наиболее искусному во всей Дракории кузнецу, — произнёс бог, подходя к наковальне и проводя пальцами по её поверхности. Там, где они прошли, металл на мгновение засиял тёплым золотистым светом. — Мой избранный аватар. Вижу его глазами, чувствую и работаю его руками… Иногда это очень полезно: позволяет забыться от тревог и лучше понять своих верующих. Но это не значит, что я не замечаю других талантов вокруг. Особенно тех, кто умудряется из мусорного железа выковать что-то достойное.

Он взял в руки связку метательных кинжалов, сделанных по просьбе Васи взамен утерянных.

— Эпическое качество… Десять кинжалов за одни сутки из этого материала… Прекрасная работа… Я всегда ищу таланты, — продолжил Вулкар, вернув кинжалы на место. — И мне интересно, на что ты по-настоящему способен. Не вот это, — кивнул он на заготовки, — а что-то, во что ты вложишь всё, что имеешь: каждую каплю мастерства, каждую искру таланта. Готов ли ты принять вызов от этого тела? Я верну ему контроль, и вы сразитесь. Не мечами, разумеется. У наковальни. Каждый не ограничен в материалах, я обеспечу всё необходимое. Время на работу — неделя. Победит тот, кто выкует более искусный и мощный артефакт. Без ограничений по типу, стилю и назначению. Полная свобода.

Брячедум посмотрел на бога-кузнеца, на его древние, горящие огнём глаза, на руки, которые, возможно, ковали горы и крепости. Потом посмотрел на свои ладони, покрытые мозолями и старыми ожогами.

— За все эти дни ожидания… — медленно произнёс Брячедум, и улыбка расползлась по его бородатому лицу, — я не раз мечтал сделать кое-что уникальное. Есть задумка, которую вынашиваю давно… Только подходящих материалов под рукой никогда не было.

— Теперь будут, — пообещал Вулкар.

Они посмотрели друг на друга. Гном и дракон. Мастер и бог мастеров. Две совершенно разные натуры, объединённые одной всепоглощающей страстью к раскалённому металлу и звону молота и наковальни.

Вулкар поднял руку. В его ладони возник молот, окутанный мягким золотистым сиянием божественного света, — древний инструмент, от которого веяло жаром тысяч горнов и мощью тысяч наковален.

Молот поднялся над наковальней и опустился. Волна прокатилась по кузнице, по всему кварталу ремесленников, по всем улицам Аматира. Не звуковая, а какая-то более глубокая, первобытная, проникающая во всё вокруг. А наковальня полыхнула золотом. На её поверхности проступили руны, которых мгновение назад не существовало. Божественная печать, скрепляющая договорённость двух кузнецов.

Брячедум посмотрел на сияющие руны и почувствовал, как к горлу подступил ком. Не от страха — от предвкушения.

Неделя… Лучшие материалы… И шанс создать нечто достойное друга, который прямо сейчас сражается в глубинах демонического ада!

— Пусть металл рассудит, — произнёс Брячедум, крепко сжимая рукоять своего молота.

— Пусть рассудит, — повторил Вулкар, и глаза его полыхнули расплавленным в тигле металлом.

На поле боя словно поработала гигантская мясорубка. Чёрная кровь пропитала землю, обломки доспехов и оружия валялись вперемешку с демоническими трупами по всему саду. Кое-где тела лежали в три слоя, и корнелюды уже начали стаскивать их к краям, освобождая место для манёвра.

Я шёл по полю, осматривая останки вражеских магов и рыцарей. Алиса попросила принести всё мало-мальски ценное, и я не собирался её разочаровывать. Она уже доказала, что справляется с очисткой. Нам предстоит штурмовать ярус за ярусом, и каждый приличный артефакт, очищенный от скверны, сыграет важную роль.

Первым делом я искал пространственные артефакты. «Длань дающая» не резиновая, пространственное кольцо Графа забито, а Алисе нужны материалы для будущей плавильни. Без дополнительных хранилищ мы просто не утащим всё, что соберём на десятках ярусов.

Увы, ни у одного из обысканных трупов подобного не обнаружилось… Либо пространственные артефакты у демонов встречаются крайне редко, либо их носят исключительно высшие командиры. Хотя у нашего покойного генерала такого кольца тоже не оказалось…

Зато с остальным повезло больше. Демонические маги и рыцари таскали на себе достаточно интересные вещи: кольца с бонусами к магической защите, браслеты с ускорением перезарядки заклинаний, пояса с усилением стихийных атак. Всё, разумеется, с ограничениями для демонических существ и скверной, но Алиса с этим разберётся.

Особого внимания заслуживал амулет, снятый с шеи одного из наиболее крупных магов ростом под четыре метра. Его тело корнелюды вытащили из-под останков Дендроида.

Амулет Пожирателя стихий

Ранг: Легендарный

Прочность: 167/310

Особенности:

«Элементальная жажда» — ускоряет восстановление маны на 15%

«Поглощение стихий» — уменьшает расход маны на заклинания стихийной магии на 10%

«Стихийный резонанс» — повышает Магическую Выносливость и Резонанс на 8%

«Концентрация хаоса» — стихийные заклинания активируются на 10% быстрее

Ограничение: могут использовать только существа с демонической или тёмной аурой; существа с божественным благословением получают урон при ношении