Если бы только она могла забрать и дракона… Наблюдая, как тьма поглощает прекрасное создание, Мера почувствовала укол сожаления.

— Нет! — заревела Белинда, вырываясь из ее хватки, но Мера не отпускала.

Как только они приземлились на край разлома, рядом с зарослями высокой морской травы, Белинда отдернулась.

— Проклятье! Это был наш шанс помочь тебе!

— Ты имеешь в виду помочь сопротивлению?

Белинда моргнула, открывая и закрывая рот.

— Ты не должна говорить о том, чего не понимаешь. Они пытаются спасти тебя.

— И что они сделали до сих пор? Меня все еще мучают каждый день, а их все еще уничтожает королевская гвардия! — Мера сглотнула, и в горле запершило. — Это существо так отчаянно хотело от нас избавиться, что нырнуло в траншеи. Как это кому-то поможет?

— Я бы не волновалась за него. — Белинда скрестила руки, но избегала смотреть в траншеи. — Водяные драконы умны. Там нечем питаться, так что он последует за запахом еды наверх.

— О, ты имеешь в виду нас?

Подруга сглотнула.

— Думаю, нам лучше убраться отсюда.

Внезапно из расщелины раздался звериный, полный боли вопль, от которого задрожала земля. В этом крике смешались боль и ужас. Дракон взревел раз, другой, и хотя они слышали взрывы водного пламени, но не могли разглядеть ни одной сапфировой искры в тенях.

Мера и Белинда обеспокоенно переглянулись.

— Я думала, там ничего нет, — пробормотала Мера.

— Возможно, древнее существо. Думаешь, мы разбудили… что-то?

Спящего хищника? Все возможно.

— Мы должны помочь дракону. Именно из-за нас он туда попал. — Мера указала на заросли высокой ламинарии рядом с ними. — Мы можем использовать стебли как веревки, чтобы вернуться на поверхность, когда нырнем.

Не теряя времени, она направилась к зарослям, но ее схватили за плечо и дернули назад.

— Белинда, что…

Когда она обернулась, то встретила взгляд матери.

Выражение лица королевы Ариэллы было суровым и холодным, но в ее зеленых глазах бушевала ярость.

— Что все это значит?

— Мы хотели добыть для вас водяного дракона, моя королева, — солгала Белинда, но она была ужасной лгуньей и не могла скрыть своей ненависти к королеве ни в голосе, ни во взгляде.

— Правда? — Крутанув рукой, королева направила вокруг Белинды водоворот, разрывающий ее в тысячи разных направлений.

Крики подруги раздирали душу Меры, вопли, пугающе похожие на визг дракона. Королева усилила поток, и Мера услышала хруст кости в руке Белинды, от которого ее сердце чуть не разорвалось.

— Мама, прекрати!

Та приподняла бровь.

— Заставь меня, слабачка.

Мера сжала кулаки, пытаясь найти способ остановить королеву, но все было тщетно. Мать была взрослой, правительницей, которая управляла всеми железной рукой и жаждой насилия. Мера же была всего лишь ребенком.

Как она могла победить самую жестокую сирену в Атлантее и во всем мире?

— Накажи лучше меня, — предложила она.

Водоворот рассеялся, и Белинда сделала несколько глубоких глотков воздуха через жабры.

Не сводя глаз с Меры, королева приказала ее подруге уйти. Белинда не двигалась, даже со сломанной рукой.

Отказывалась подчиняться. Сопротивлялась.

— Я не буду повторять, — предупредила Ариэлла.

Мера кивнула подруге, без слов умоляя ее уйти. Бросать вызов королеве означало смертный приговор, или для Белинды, или для них обеих.

И все же она не двигалась.

— Пожалуйста, Бел, — взмолилась Мера.

— Я расскажу профессору Каррентеру и твоему дяде Барримонду, где мы были, принцесса. Уверена, они будут рады узнать о нашем приключении. — Это была угроза королеве, безмолвное послание о том, что Мере лучше вернуться в Атлантею в добром здравии.

Губы Ариэллы скривились в улыбке, словно она находила Белинду забавной. Честно говоря, Мера тоже.

Ее подруга знала, что королева может делать все, что пожелает. Если это означало хладнокровно убить Меру… она могла сделать и это. Она уже делала это с другими своими детьми, которых Мера так и не встретила.

Да, угроза ее подруги была пустой болтовней, но Мера ценила ее намерение.

Неохотно Белинда ушла.

Когда они остались одни, королева подошла к обрыву, остановившись на краю и глядя вниз, во тьму.

— Жертвовать собой ради подруги? Ты слишком предсказуема, дочь.

Странно, что королева не начала избивать ее до полусмерти, но Мера не собиралась ей напоминать о наказании.

— Как ты нас нашла?

— Слуга предупредил меня, что ты исчезла. Я пошла по твоему следу, но издалека тебя было легко найти. — Она указала на возвышенность. — Я видела, как вы летели верхом на водяном драконе за много миль. Полагаю, он там, внизу?

Мера кивнула.

— Мы можем помочь ему?

— Существо пропало. Посейдон нашел его.

Ложь. Бога не существует.

Мать почувствовала ее сомнения так же, как акула чувствует запах крови за много миль.

— Посейдон нашел его, но что еще намного хуже, он нашел тебя. — В ее голосе послышалась странная нотка, но это не мог быть страх. Королева не боялась никого и ничего. Повернувшись в сторону, куда ушла Белинда, Ариэлла скривила губы. — Он нашел вас обеих.

Прищурившись, Баст уставился на страницу, которую вырвал из учебника истории и на которой изображен Азинор. Ему казалось, что этот нарисованный чернилами шиг насмехался над ним.

— Это невозможно, — заявил Корвус, перегнувшись через мраморные перила наружной галереи. Они оба стояли лицом к одному из многочисленных садов Ночного дворца. — Даже если бы я знал, где находится Атлантия, даже если бы мог просеять нас в траншеи, ни один специальный водолазный костюм не выдержал бы давления воды. Нас бы раздавило в лепешку. В отличие от сирен, наши тела не способны адаптироваться к таким суровым условиям.

Сложив страницу, Баст сунул ее в карман.

— Атлантия находится не так глубоко. Чтобы добраться до траншей, я хотел использовать свой корабль. Мы могли бы спуститься в расщелину с помощью железных колоколов, прикрепленных к кораблю.

— Полагаю, наши предки пошли тем же путем. — Корвус вздохнул. — Это ужасная идея. Допустим, мы доберемся до Атлантии. Нас заметят. Как ты хочешь скрыть наше погружение?

— Маскировочное заклинание.

— Должен вас прервать, братья. — Бен откинулся на спинку кресла, греясь на солнце с закрытыми глазами, словно у него не было забот в этом мире. — Таград вторгся на земли сирен, выгнал их из домов и сослал в Атлантию, которая к тому времени была полностью разрушена. Конечно, сирены не трогают проплывающие мимо корабли типа «Несущего ночь», но нырять на их территорию — совсем другое дело. Не нужно быть гением, чтобы понять, что сирены сначала нападут на вас, а потом будут задавать вопросы. К тому же если вас поймают, это будет равносильно объявлению войны.

Он прав. Поездка в Атлантию была не только самоубийственной миссией, но и дипломатической катастрофой.

Конечно, маскировочное заклинание могло бы сработать, но Мера рассказала Басту о технологиях королевы Ариэллы. Атлантия на несколько шагов опережала Таград в этом вопросе, и если инфракрасные лучи на суше могли легко пробивать маскировочные чары, он мог только представить, на что были способны технологии сирен.

Слишком высокий риск.

Должен быть другой способ доказать, что Азинор сбежал из заключения в траншеях.

Упираясь локтями в белые мраморные перила, Баст прижал ладони ко лбу.

Посейдон мог прорваться сквозь магию, защищавшую Таград от сирен, так же как и Мера. Мало того, он еще и оплодотворил Сару Хайленд, местную наркоманку, которая была любовницей короля Летнего двора.

Разозлившись из-за того, что она искала убежища при Летнем дворе, Посейдон избавился от нее, наложив чары на принца, заставил его убить ее, а вместе с ней и нерожденного ребенка.

Нерожденного ребенка Посейдона.

У этого жестокого ублюдка был комплекс бога, и он явно не хотел пачкать руки. Очень похоже, что Посейдон и Азинор — это одно и то же лицо.