Его сердечно поздравили и вручили памятку пользователя с короткой инструкцией, а еще подошедшая Лукерья вручила ему пакет со сладостями, тихонечко попросив покрасневшего целителя передать их одной пациентке.

Конечно, секретарша сэн Хейля была на несколько лет старше Томецкого, но целителю, ухаживающему за много пережившей женщиной, было все равно. Черноволосая, утонченная, с аристократически бледной кожей и изящными пальцами, она казалась ему самым прекрасным созданием в мире. Он очень надеялся, что, поправившись, она не отвергнет его внимание.

Об этом всем Лушка узнала от Арины, вместе с мужем навещавшей Абигейль в лечебнице.

— Там о влюбленном целителе сплетничал весь персонал, но он, как свойственно всем влюбленным, этого не замечал абсолютно.

Среди призов также оказался огромный торт, который его обладательница, нарядная дама в легком летнем платье и шляпке, не получила сразу. Она удивленно вертела в руках картонку, обсуждая с приятельницами, не значит ли это, что надо идти за ним в лавку к маэстро Леопольду.

Появившийся рядом домовенок вежливо пригласил ее к входу в клуб, где уже успели установить круглый столик и рядом поставить мягкое кресло.

Даму, представившуюся госпожой Вирджинией сель Мерсье, усадили в кресло, и Лукерья с Элькой, расспросив ее о предпочтениях, принялись творить прямо на глазах у изумленной публики.

Нежнейший бисквит пропитывался сиропом и посыпался ореховой крошкой, коржи прослаивались взбитым ягодным муссом и карамельно-лимонным кремом. Как апофеоз всему, на пышный узор из взбитого зефирного крема были посажены ажурные шоколадные и карамельные бабочки.

Госпожа Вирджиния слегка испуганно наблюдала за растущим на ее глазах величественным сладким сооружением, не представляя, как доставить эту конструкцию домой.

— Этот торт, сделанный по вашим пожеланиям, будет доставлен в указанное вами время в указанное место в вашем доме, — к облегчению дамы, сообщила ей Лукерья, закончив пристраивать на белоснежный зефирный цветок последнюю сладкую бабочку.

— О-о-о! — Мадам сель Мерсье переглянулась с приятельницами в толпе собравшихся. — Тогда попрошу вас доставить его в чайную комнату через полчаса.

Пестрая стайка дам во главе со счастливицей торопливо покинула торжество.

Торт исчез под аханье толпы, а Элия, подмигнув ребятне, взялась за ножи. Под восторженные крики фрукты и овощи в ловких руках девочки превращались в птиц, зверей, цветы и даже целые скульптуры. По описаниям мамы и с магической помощью духов девочка буквально за неделю освоила искусство карвинга.

Все эти витаминные поделки моментально были розданы окружающим, а около стола уже стояли Луша и сам дед Панас.

— Ну что, малышня, — весело подмигнул старичок, — леденцы, небось, любите? А вот такие видали?

На столе на небольшом артефакте-нагревателе появилась кастрюлька с растопленным жженым сахаром, и домовые, макая туда палочки, творили для детворы настоящее волшебство.

Капли леденцовой массы обретали форму и превращались в цветы и зверушек, в сказочных персонажей и невиданных чудищ.

Мальчишкам больше всего нравились леденцы с жуткой инсекзарцей. Они с удовольствием с хрустом откусывали ей голову. А девочки застенчиво облепили домовушку, радуясь русалочкам, зайчикам и толстопопым медвежатам.

Толпа потихоньку начала расходиться, все торопились воспользоваться скидками, порадовать домашних неожиданными подарками и обсудить необычное мероприятие со знакомыми.

Не разошлась только детвора, приглашенные на открытие клуба счастливчики-школяры и трое озадаченных горожан, державших в руках розовые билетики с надписью «Чаепитие с Лисией».

На чаепитие попали кудлатый парень, подмастерье столяра с застрявшими в волосах мелкими стружками, сухощавый старичок, живущий по соседству и забредший на крылечко посмотреть, чем тут занимается молодежь, и женщина с усталыми глазами. Трое ее ребятишек с леденцами в руках весело скакали рядом, и она не знала, что делать с единственным билетиком в руке.

Впрочем, нарядная малышка Лисия в желтеньком платье с оборочками, вышедшая к ним вместе с отцом Элии, быстро решила эту проблему со свойственной детям непосредственностью.

— Без приглашения на чай не положено, — важно заявила она, — зато Поль может покатать детей на велосипеде, пока вы со мной играете.

При последнем слове в глазах подмастерья и женщины мелькнуло выражение ужаса, и только старичок, искренне обрадовавшись, расплылся в улыбке.

— Давненько я с молодежью не чаевничал, — мечтательно прижмурился на солнышко он и, повинуясь приглашающему жесту юной хозяйки мероприятия, довольно шустро поковылял внутрь помещения.

Женщина, обреченно вздохнув, последовала за ним, горько досадуя про себя, будто ей и так со своими детьми возни мало, а помощник столяра, удрученно взмахнув рукой, попытался упросить Поля дать ему покатать малышню вместо чаепития.

— Молодой человек, — подошедший Франц сэн Хейль взял его под локоть, — не заставляйте юную леди и меня долго ждать. Поверьте, вам понравится.

— Сомневаюсь, — пробурчал парень, но послушно побрел за магом внутрь.

Внутри весело гудели школяры, обсуждая интерьер, необычную выдачу еды по типу земных столовых и свод правил и привилегий клуба в виде толстенькой брошюры, выданной каждому.

— И что, я тут работать должен, что ли? — кривился изящный манерный брюнет, с недоумением тыкая пальцем в строчки.

— Можешь и не работать, Ингри, — беспечно пожал плечами вихрастый блондинчик, сидевший рядом, — но тогда весь этот список привилегий и бонусов не для тебя.

Отметив, что список «плюшек» составлял солидный кусок брошюры, Ингри замолк, старательно вчитываясь.

— А мне кажется, это так интересно! — Шатенка в бледно-зеленом платье с восхищенным смехом шлепнулась в середину кресла-мешка. — Все как у взрослых, только лучше! Не надо сидеть с мамой в салоне и отковыривать крошечные кусочки микропирожного. И деньги не надо на развлечения просить. Что сложного в том, чтобы ставить на подносы требуемое и забирать тарелки с чашками?

— Молодец, девонька! — сунув ей в руки креманку с мороженым, одобрил дед Панас. — Самым работящим еще подарки полагаются и премии.

Пока молодежь обсуждала и пробовала, знакомилась с правилами и осматривала развлекательные площадочки, в отгороженном мягком уголке расположились «гости» довольной Лисики.

Накрытый стол был огромен. Хоть еда и была на кукольных тарелочках, но они были величиной с кофейное блюдце. А чашки гостям поставили вполне обычные и подали кувшины с напитками. Самовар, стоящий посреди стола, восхитил даже помощника столяра, а уставшая многодетная мать, поняв, что от нее, по сути, ничего не требуется, расслабилась и даже несмело заулыбалась.

Все перезнакомились, а малышка Лисика как взрослая расспрашивала их про жизнь, погоду и работу, предлагала попробовать то пирожок, то коржик, подкладывала варенье и совершенно серьезно выслушивала про сложность обработки честалового дерева, цены на детские вещи, из которых малышня вырастает мгновенно, и лечение артрита припарками с листьями фисянника.

Непонятно как, но эти трое случайных людей нашли общий язык, и вот уже парень предлагает женщине помочь с починкой мебели, старичок обещает посмотреть у себя почти совсем новые вещи, из которых быстро выросли его дети и которые с тех пор хранятся в сундуках, уложенные еще покойницей женой, а улыбающаяся дама обещает одному домашний обед за помощь, а другому — растирку для суставов по фирменному рецепту, передаваемому в ее семье через поколения.

Пьющий чай господин сэн Хейль, наблюдая за происходящим, тихонько улыбался про себя, подозревая во всем этом неслучайную магию духов-хранителей. Поль и Элия, представив Лисике гостей, были от чаепития милостиво освобождены.

— Настоящие гости лучше, чем брат с его подружкой, — вынесла вердикт малышка на осторожную попытку отпроситься, сославшись на занятость, — но ты меня еще покатаешь!