А Жириновскому, тем временем, докладывают, что экономия к концу года составит не менее 1,2 миллиардов рублей, так как программа запусков перекраивается — те же спутники видовой разведки «Вирга-1К» снимаются с эксплуатации, так как они больше не нужны. Все запуски отменяются — то, что могла «Вирга-1К», теперь может малоразмерный спутник «Кварцит-1», запускаемый «Протоном» и имеющий ожидаемый срок пребывания на орбите в 11,5 лет.

«Вирга-1К», за три года активной деятельности, запечатлела практически все крупные города США, что позволило КГБ обнаружить очень много интересных объектов, которые ранее были неизвестны или известны, но им не придавали особого значения.

Но новая программа спутниковой видовой разведки позволит узнать о Соединённых Штатах больше информации, чем сами Штаты знают о себе.

«Ох, не было ещё в истории СССР такой выгодной инвестиции, как инвестиция в „Энергию-Буран“ — такая экономия…» — удовлетворённо подумал Владимир.

Спутники будут запускаться, и гражданские, и военные — этого не изменить, но теперь, когда каждый спутник будет «жить» в 1,5–2 раза дольше, благодаря более мощной и более стойкой к радиации вычислительной начинке, запускать их нужно в 1,5–2 раза реже.

К сожалению, запуск «Вулкана» снова откладывается, по причине очередного прорыва в расчётах траектории полёта ракеты.

Благодаря более совершенной траектории и возросшей точности управления ракетой, удалось нарастить полезную массу ещё на 4%, а это ещё 3–4 тонны груза на низкую околоземную орбиту, то есть, 206 тонн суммарно.

А уже это значит, что можно разом поднять на орбиту два базовых модуля — «Звезда-2А» и «Звезда-2Б», массой по 50 тонн каждый, с запасом топлива для коррекции и прочих расходников.

Но это требует новых расчётов, поэтому строительство нового «Вулкана» откладывается, пока не будет завершена теория.

Ошибаться нельзя, поэтому Жириновский велел всё тщательно подготовить и когда будет абсолютная уверенность, что всё получится, начинать запуски.

«Мы ведь делаем эти запуски не только ради военных целей или науки, а с конкретными коммерческими интересами», — подумал Жириновский. — «Это при мне космос приготовился к тому, чтобы стать по-настоящему коммерческим — мы заработаем такие деньги, что Стив Джобс и Билл Гейтс удавятся от зависти».

Тем временем, пока Владимир размышлял о коммерческих перспективах орбитальной станции «Мир-2», на сцену вышла группа «Любэ».

Расторгуев, одетый в форму Советской армии, «афганку» без знаков различия, приветливо улыбнулся и помахал публике.

Зрители смолкли. В зале заседаний установилась тишина.

Заиграла музыка и Жириновский радостно заулыбался.

— Третьи сутки в пути… — запел Расторгуев.

Примечания:

1 — Об основной причине кризиса 2008 года — в эфире рубрика «Red, зачем ты мне всё это рассказываешь⁈» — для начала, нужно определиться с терминологией, иначе будет непонятно. Итак, поехали. Ипотечный кредит — это договор между банком и заёмщиком, то есть простая и понятная штука, когда банк даёт деньги человеку, тот покупает жильё, а потом, постепенно, возвращает с процентами, в течение 10–30 лет. Но в 70-е годы одно из крупнейших ипотечных агентств, Federal Home Loan Mortgage Corporation (FHLMC), в народе известное, как Freddie Mac, начало собирать тысячи обычных ипотечных кредитов в своеобразный «пул», названный Mortgage-Backed Securities (MBS), то есть, «обеспеченная ипотекой ценная бумага», который продавался инвесторам по всему миру. Суть в чём? Обычно люди на ипотеке не хотят лишиться дома из-за просроченных выплат, потому что жить на улице — это плохо, поэтому всегда будут вовремя платить ежемесячный платёж, а это значит, что ценная бумага-то, получается, надёжная! В 80-е годы к этой деятельности присоединилось крупнейшее на тот момент ипотечное агентство Federal National Mortgage Association (FNMA), в народе известное, как Fannie Mae. И важно заметить, что MBS, сами по себе, не являются проблемой. Соответствующие строгим критериям банков заёмщики, в большинстве своём, крайне неохотно просрочивают платежи, так как обоснованно боятся лишиться крыши над головой, поэтому стараются платить вовремя, практически любой ценой. Но проблемы начинаются дальше. Банки не дураки, поэтому тщательно сортируют своих ипотечников и в MBS направляют только тех, кто гарантированно вовремя платит — чтобы не было проблем. Но потом появились самые умные — ипотечные конторы, которые начали массово выдавать, так называемые, субстандартные кредиты, из-за одной важной инновации в MBS. Тут снова надо объяснить. Вышеописанный ипотечник, который гарантированно вовремя платит — это prime, то есть, стандартный ипотечник, делающий ценную бумагу с его долгом надёжной и отличной инвестицией. Но ипотечник с плохой кредитной историей и не отвечающий строгим критериям банка, который, наверное, сможет платить вовремя, но что-то как-то сомнительно, называется subprime, то есть, субстандартный и кредит его называют субстандартным. Из таких кредитов тоже делали ценные бумаги, но они были высокорисковыми и серьёзные люди с ними старались не связываться. Рейтинговые агентства присваивали ипотечным ценным бумагам рейтинги — AAA, BBB, BB, CCC, CC, C и так далее, где AAA — это бэст оф зэ бэст, пушка-бомба, а остальные всё хуже и хуже. И пока стандартные и субстандартные ценные бумаги жили отдельно, никаких проблем не возникало — каждому своё. Но кому-то приходит в голову генитальная идея: а что, если смешать в пуле стандарт AAA со всяким говном? Это, кстати, та самая важная инновация в MBS, о которой я говорил выше. И это всё было не просто так, будто с бухты-барахты — тут я утрирую, потому что были выработаны сложные математические модели и разработан механизм транширования, когда старший транш — это крепкие AAA, средний транш — от AA до BBB, а младший транш — BB или даже B. Считалось, что математические модели безошибочны и дефолт субстандартных вкладчиков покроется прибылью со стандартных, поэтому ничего страшного не случится и можно присвоить этой бочке мёда с плавающим внутри куском говна рейтинг старшего транша, то есть, AAA. Инвесторы видят, что у облигации рейтинг AAA, а это круто и безопасно, поэтому надо брать и потом лежать на пляже на Мальдивах и попивать коктейль «Оргазм инвестора». И эта история достигла своего пика в 2003–2006 годах, потому что галимый неликвид, то есть, субстандартные кредиты, начали покупать, а это стимулировало банки давать как можно больше субстандартных кредитов, потому что их, в любом случае, выкупят, а выдавать не легко, а очень легко. Дошло до того, что ипотеки выдавали даже бездомным с улицы, без каких-либо проверок — банк-то сразу сбудет эту ипотеку инвесторам, которые схавают свою AAA-бумажку и будут довольны. Только вот резко начался спрос на жильё, так как ипотеку одобряли любому желающему, даже последнему бичу с Майами-бич, поэтому цены на жильё начали расти, как грибы после дождя — гораздо быстрее, чем реальные доходы населения. А ещё люди начали покупать дома не для проживания, а в расчёте, что сейчас подержу чуть-чуть, оно подорожает, и будут изи мани на ровном месте. Но изи мани случились далеко не у всех, потому что этот спекулятивный пузырь лопнул, так как в 2006 году Федеральная резервная система США начала повышать ключевую ставку — ежемесячные платежи ипотек с плавающей ставкой выросли, а ипотечники-субстандартники, которые, к тому моменту, составляли уже 20–25% от всех ипотечных кредитов, не смогли платить вовремя. Началась волна дефолтов ипотечников, доверие к MBS рухнуло, так как нельзя было точно сказать, сколько в них содержится говна и вообще, «ты сказал, что ты шаришь в этой теме, ты, бл№!», а дальше понеслась панда по кочкам…

*СССР, РСФСР, Москва, Краснопресненский район, Избирательный участок № 174, 17 декабря 1995 года*

Жириновский пошёл голосовать в соответствии с местом прописки — на избирательный участок № 174, расположенный недалеко от его новой квартиры.