Осторожно переступая через растрескавшуюся землю, она двинулась к стене из корней и шипов. Вытянув ладонь, она попыталась нащупать дикую магию, пульсирующую во всей природе — хоть какую-то нить, за которую можно ухватиться, чтобы пробить брешь.

Брови ее сдвинулись. Элирия ощущала силу, знала, что та там есть. Но слабо. Что-то ее блокировало.

Искра узнавания вспыхнула в груди, когда за спиной раздались шаги:

— Не уверена, что смогу сделать хоть что-то, чтобы пробить эту стену, Кити-Кэт, — призналась она.

— Почему же? — спросил голос — куда более низкий и бархатистый, чем тот, что она ожидала услышать.

Она повернулась:

— Ты не Кит.

Один уголок губ Седрика приподнялся:

— Звучит знакомо.

Элирия нахмурилась:

— Что ж, око за око. Теперь мы квиты.

Седрик нахмурился. Он открыл рот, будто собирался что-то ответить, но, похоже, передумал.

Элирии очень не понравилось то, насколько ее задело неведение о том, что он хотел сказать.

Она прокашлялась и махнула рукой на стену:

— Корни слишком толстые, слишком плотно сплетены. Словно их сплавили воедино. Я чувствую пару слабых мест, но не думаю, что смогу пробить проход, в который пролезет хотя бы Зефир.

Седрик выхватил кинжал из-за пояса, и на миг Элирию охватила тревога. Но рыцарь лишь потыкал им в корни и лозы, словно проверяя их толщину:

— Слишком толстые, чтобы разрубить, — сказал он. — Силой не проломиться. А ты не можешь сотворить для нас проход. Как насчет подкопа? Насколько я знаю магию укротителей природы, ты ведь повелеваешь землей и камнем, верно? Мы могли бы прорыть туннель снизу.

Элирия уставилась на него недоуменным взглядом:

— Ты хочешь, чтобы я… вырыла… туннель? Под этим?

— Я уверена, она ценит твою веру в ее способности, но даже у великого Призрака есть свои пределы, — проговорила Кит с весельем в голосе, подходя к ним.

Элирия бросила на нее благодарный взгляд. Спустя некоторое время, потраченное на осознание, Кит приняла правду о скрытой магии повелителей ночи как ни в чем не бывало. Пока Элирия пряталась в их комнате весь прошлый день — ладно, не пряталась, ни от кого она не пряталась, — Кит была для нее неизменным источником утешения. Носила еду, помогала разобраться, как распутать эту новую темную магию и вернуть привычную, дикую. Это было почти как в старые времена. Чем-то драгоценным. Словно не прошло двадцати лет и они вовсе не здесь. Нет, они снова в поместье Рейвенсвинг, и Эвандер вот-вот войдет в дверь, похлопает Кит по плечу и заключит Элирию в объятия.

Если бы она не знала правды, то поклялась бы, что чувствует его присутствие.

Сайрен подлетел ближе и отвлек внимание Элирии:

— Нельзя сделать подкоп, нельзя проломиться — почему бы просто не перелететь? Мы могли бы перемахнуть через эту кучу и выбраться отсюда вот так. — Он щелкнул пальцами.

— Думаю, ты забываешь, что крылья есть не у всех, Сай, — подала голос Гаэль.

— Ничего он не забыл, — ехидно вставил Белиен.

Сайрен одарил его невинной улыбкой.

— Мы могли бы их перенести, — серьезно предложила Кит, будто действительно обдумывала этот вариант. — Кому-то из нас придется сделать два рейса, но…

— Так, секундочку. — Лицо Седрика исказил самый настоящий ужас. — Давайте не будем делать поспешных выводов.

Элирия прикусила нижнюю губу, чтобы сдержать готовую вырваться ухмылку. Неужели великий чемпион Кингсхелма боится летать?

— Мы даже не знаем, требует ли Испытание обходить эту стену, — продолжил Седрик. — Что, если то, что мы ищем в этом этапе, находится не за ней, — он указал на преграду, — а внутри?

— Наконец-то хоть капля здравого смысла, — сказал Белиен, хотя по его тону было видно, что ему не нравится отдавать Седрику должное. — Глупо думать, что испытание сводится к тому, чтобы просто перелезть через стену.

Сайрен изогнул бровь:

— Если ты переживаешь из-за своей неспособности сделать это, знай: для меня будет истинным удовольствием перенести тебя, друг. Если, конечно, мы договоримся, что я не несу ответственности, если ты случайно выскользнешь.

В ответ Белиен показал ему непристойный жест.

Сайрен лишь рассмеялся, а затем наклонился к Элирии и наигранно прошептал:

— Тебя я тоже с радостью перенесу, красотка.

Элирия фыркнула:

— Вы двое не помогаете.

Слабая попытка призвать к миру. Честно говоря, ей было плевать на дружбу с рыжим олухом. Но чего она точно не хотела — так это чтобы голос Арбитра снова загремел в голове, вещая очередные банальности о необходимости единства. И дополнительных сюрпризов ей тоже не хотелось.

И, разумеется, именно его она и получила.

Быстрее удара молнии небо над головой вспыхнуло жаром и светом. Верхушки деревьев объяло пламя, огонь пронесся по кронам палящей волной. Жар обжег кожу Элирии даже с земли, когда языки пламени взметнулись вверх и в стороны, уходя в синеву неба.

Огонь и не думал гаснуть. Пламя сузилось в линии, пересекающие небосвод. Языки огня плясали в воздухе — прекрасные, тлеющие нити, соединяющие кроны деревьев со зданием и дверями, из которых они вышли.

— Гаэль? — недоверчиво спросил Сайрен.

Она качнула головой, её огненно-рыжие волосы почти светились:

— Это не я, но дайте мне посмотреть, что я могу… — Она взмыла в воздух прежде, чем успела договорить; её оранжевые крылья мерцали, пока она летела к кронам.

Седрик, стоявший справа от Элирии, напрягся, когда Гаэль осторожно протянула пальцы к нитям огня. Его рука метнулась к груди. Элирия заметила это движение краем глаза и чуть повернула голову, чтобы разглядеть его получше, не привлекая внимания. Она так старалась игнорировать его, не смотреть, не думать о нем. Ей хотелось, чтобы они оба забыли ту катастрофическую встречу в лунном свете.

Но она не могла проигнорировать выражение его лица — восторг, с которым он наблюдал за тем, как Гаэль пытается… что ж, Элирия не была уверена, что именно та пытается сделать, но Гаэль явно использовала свою магию.

И Седрик замер словно завороженный.

— Разве это ее не обожжет? — спросил он.

— Она заклинательница пламени, — ответила Элирия, будто это само по себе все объясняло. Так и должно было быть. Для того, кто якобы всю жизнь готовился к смертельному состязанию с врагом, рыцарь казался поразительно наивным в вопросах арканийской магии. Ему следовало знать, что устойчивость к ожогам — лишь одно из многих преимуществ владения магией огня.

«Если бы нам всем так повезло», — подумала она, подавляя позыв погладить свои бедра.

Гаэль вскрикнула, когда пламя наконец улеглось. Расправив крылья, она начала хаотично кружить в воздухе. Элирия поняла, что заклинательница потеряла контроль, когда Гаэль быстро понеслась к земле. Слишком быстро.

Элирия почувствовала, как Седрик рванул с места, бросаясь к падающей фейри, чтобы поймать ее. В то же мгновение Сайрен выбросил руку вперед: легкий порыв ветра взмыл вверх навстречу барахтающемуся телу Гаэль, замедляя падение. Она мягко опустилась на руки Седрика.

— Что это было? — спросила Элирия; в ее голосе звучало недоумение, когда она подбежала к ним.

— Ловкая магия, — проговорила Гаэль, и восторг в ее голосе боролся с горечью, пока Седрик опускал ее на землю. — Но жуть какая неудобная. Полеты нам точно больше не светят.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Седрик, и Элирия подавила искушение рассмеяться от его очевидного облегчения.

— Огонь сжег какой-то барьер. — Она указала на небо. — Магия зацепила меня, стоило пламени погаснуть. И я больше не могла летать.

Элирия нахмурилась и высвободила крылья, с гордостью отметив отвалившуюся челюсть Седрика. И действительно: стоило ей попытаться оторваться от земли, как невидимая сила стала давить сверху, прижимая ее вниз.

— Отлично. — Элирия повернулась к Сайрену. — Не думаю, что Испытанию понравился твой план, Сай.

Кит хохотнула:

— Вот именно. Как-то не очень в духе «единства».