То же самое происходит и с платьем, цвет которого я оставляю без комментариев — с захватчиками не спорят. Я прошу так туго зашнуровать корсет, что прислужницы едва не плачут, когда выполняют мою просьбу.
Они не понимают, что этими «зверствами» помогают мне справиться с внутренней слабостью и желанием забиться под одеяло и не показывать носу до конца своей жизни. Да, новая Кайрит выглядела настоящей холодной принцессой в этом удивительно строгом белом платье с глухим воротом, расшитым драгоценными нитями. Но за всей этой бронёй продолжала скрываться обиженная и испуганная девушка, лишенная спины, за которой можно было спрятаться… лишенная плеча, на которое можно было опереться… лишенная близких и родных людей, к которым можно было обратиться… И выброшенная в воды интриг императорского дворца.
Но, полагаю, что в каждом человеке сидит этот маленький ребёнок, так что стыдиться мне нечего: главное, чтобы в процессе борьбы от меня не осталась одна лишь броня…
И, конечно, никто из тех, кто будет на меня смотреть, никогда не увидит этого — они будут видеть лишь ту Кайрит, что я буду им показывать.
Уверенную в себе и знающую свой путь.
Отпускаю служанок, провожу рукой по гладко зачесанным в тугую прическу, волосам, прикрываю глаза… и решительно их распахиваю — потому как в мою дверь входит Грегор, во всем своем наследном блеске.
Весь его вид источает уверенность и силу, а взгляд внушает желание пасть ниц и подчиниться. Вот только мне почему-то впервые не страшно на него смотреть. Напротив, я чувствую какую-то внутреннюю свободу от возможности так просто лицезреть его перед собой. Да, он запирал меня в коконе, он лгал мне, обманывал людей, отправил мою мать в темницу — но теперь я хотя бы понимала его мотивы.
Он избавлялся от всех препятствий, которые могли появиться на его пути к трону.
Он уже не был тем «загадочным наследником», что пугал меня своими не менее загадочными речами и вводил в ступор странными предложениями.
Теперь, когда я знала его цель, я поняла одну простую вещь: он тоже боится. Только скрывает это намного лучше, чем я. А это значит, что мне вполне по силам с ним тягаться.
Поднимаю подбородок и смотрю на братца отстранённым взглядом.
— Мне поздравить вас, ваше высочество?
Грегор прищуривает глаза и окидывает меня новым, более внимательным взглядом.
— Признаюсь, надеялся застать тебя замотанной в простынь и бунтующей против белого платья, — замечает он через несколько секунд.
Как я уже говорила…
— С захватчиками не спорят, — произношу, не шелохнувшись.
— Полагаю, что захватчик — это я… — с лёгкой улыбкой протягивает наследник.
— Вы обещали устроить мне встречу с императором, — напоминаю сухо.
И вновь Грегор задумчиво оглядывает меня…
— Я помню о своих словах. Ты встретишься с моим отцом. А сейчас я думаю развлечь тебя лёгкой экскурсией по дворцу, — и он предлагает мне свой локоть.
Бровь. Только одна бровь дернулась на моём лице.
— Вы предлагаете мне экскурсию, цель которой… — предлагаю ему продолжить.
— Познакомить сестрицу с её будущим домом… конечно, если к концу дня её не покинет желание становиться законной наследницей, — странно отвечает Грегор, на лице которого появляется такая же странная улыбка.
Принимаю его предложение руки, и мы вместе выходим из моих покоев.
— Кстати, твои друзья здесь, во дворце. Думаю, предоставить вам время для общения… — протягивает наследник, чем ещё больше вызывает моё недоумение.
— Вижу, вы твёрдо уверены, что я откажусь от статуса наследницы — раз делаете мне подобные одолжения, — замечаю без эмоций.
— Это не одолжения, сестрица, — улыбается Грегор.
Поворачиваю к нему голову, жду продолжения фразы, но наследник даже не думает заканчивать мысль и молча идёт вперёд.
— Обеденный зал, — ровно произносит, открывая передо мной двери.
Смотрю на богатое убранство помещения без особого интереса, внутрь не захожу, иду дальше.
— Это вы были в приёмной комиссии, а не ваш отец, верно? — произношу, как только зал остаётся позади.
— Почему ты так решила? — с загадочным видом спрашивает Грегор.
— Вы владеете магией иллюзии. Это редчайший дар, — отвечаю, глядя вперёд.
— Ты полагаешь, что император не владеет подобной силой? — с усмешкой уточняет наследник, открывает очередные двери и без интонаций провозглашает, — зал для заседаний.
Какое убогое название. Любопытно, кто здесь заседает? Очередные марионетки его высочества?..
— Я не знаю, какой силой владеет император, — замечаю, справедливости ради.
— Такой, какую ты и представить не в силах, — совершенно просто произносит Грегор и закрывает двери.
Мы продолжаем идти по коридору.
Молчу, никак не комментируя его последние слова.
— Кстати, почему именно чёрный цвет? — спрашивает он с намеком на легкое любопытство в голосе.
От неожиданности вопроса, не сразу соображаю, что ответить. Смотрю на подол своего белого платья, морщусь от яркости цвета, перевожу взгляд вперёд и ровно отвечаю:
— Не знаю. Сколько помню себя в детстве, мать всегда носила черное. Наверное, я хотела быть похожей на неё… а со временем привычка носить только этот цвет въелась в мозг.
— Тебе не комфортно в белом? — интересуется наследник, я оставляю его вопрос без ответа. Это же очевидно. Смысл спрашивать? — Твоя мать надела на себя черное в тот момент, когда умер мой дядя. И с тех пор отдавала предпочтение только этому цвету.
Потрясение. Это слово четче всего может охарактеризовать моё состояние в эту секунду.
Она настолько любила его?..
Или она похоронила вместе с ним возможность радоваться жизни?..
Это и стало причиной того, в какое равнодушное чудовище она превратилась?..
— Ваш дядя… — произношу отстранённым голосом, — он действительно умер?
Грегор останавливается и поворачивается ко мне.
— Почему ты спрашиваешь об этом? — холодно интересуется, а его взгляд становится настолько колючим, что меня пробирает озноб.
— Я… я не знаю всей силы наследников императорского рода… вдруг он…
— Что — вошёл в проход и остался жив? — резко заканчивает за меня Грегор, прищурив глаза.
Стиснув зубы, проглатываю это. Ссориться с наследником не входило в мои планы.
— Это лишь предположение, — отвечаю ровным голосом, не отводя от него глаз, — ведь в моих силах открывать порталы в мир хаоса.
— И ты думаешь, что, попав в ситуацию, опасную для жизни, ты сможешь открыть портальчик и сбежать в нижний мир? — подняв бровь, с каким-то странным выражением на лице уточняет Грегор.
Напряженно смотрю на него в ответ.
Да, были у меня такие мысли…
— Боже… это будет проще, чем я думал, — посмотрев почему-то на потолок, сказал наследник, затем схватил меня за руку и стремительно направился вперёд.
— Куда мы идём? — стараясь, чтобы голос звучал не встревоженно и уж тем более не нервозно, спрашиваю я.
Заострять внимание на его «Боже» я не стала. Пусть эта карта останется в руках — до поры до времени.
— В покои младшего наследника, — бросает Грегор через плечо.
— К малышу Голдбергу?.. — удивленно выдыхаю, вспоминая, что с братом Грегора произошла какая-то очень нехорошая история — из-за которой император и решил вызволить Реса.
На него было совершено нападение.
— К нему самому, — наследник заворачивает за угол, входит в стену (ЧТО?!.. — вхожу в этот скрытый магией проход вслед за ним) и быстро спускается по лестнице…
И вот мы уже мчимся по секретному ходу мимо самых разных по форме окон, выбитых прямо в стенах и ведущих… во все комнаты первого этажа.
— Но как?.. — смотрю на всё это, а потом до меня доходит, — они тоже скрыты магией!
— Естественно, — бросает через плечо Грегор.
— Зачем вам следить за вашими подчинёнными? Разве недостаточно одной клятвы верности, которую они все произносят? — удивленно спрашиваю.
— Клятву можно обойти — если сильно постараться, — усмехается наследник, затем поворачивает голову ко мне, — Вот тебе первый урок правления, сестрица: если надумаешь стать наследницей, всегда помни — вокруг тебя одни враги.