— Даже так? — странно отзывается Рес.
— Только так, — отрубаю, ещё не до конца осознавая, что это реально происходит.
— Тогда это всё упрощает. Вам лучше ненавидеть меня, чем думать, что мне нужно чаще улыбаться.
Ошарашенная происходящим, смотрю на него широко раскрытыми глазами.
— Почему вы так говорите? — вырывается из меня едва слышный вопрос.
— Потому что я — Гнев Императора, — по слогам произносит Рес, прибивая меня к полу взглядом.
— Это не синдром. Это всего лишь должность, — вновь тихо вырывается из меня.
— Это больше, чем должность. Это суть. Это мировоззрение.
— Это два слова, из-за которых вы лишаете себя возможности чувствовать. И быть самим собой! — мой голос неосознанно повышается.
— Вы понятия не имеете — какой я! — напряженно парирует Рес.
— Вы не правы. Вы показываете себя настоящего чаще, чем предполагаете! — отбиваю я, — Подумайте — с чего бы?!
Жду ответа, но его отчего-то всё нет. Рес смотрит на меня и тяжело дышит, словно ощущает внутри потребность сказать нечто вслух, но сдерживается из-за всех сил.
— Чего вам бояться здесь? Внутри собственного кокона? Никто не смотрит на вас, никто не следит за каждым вашим шагом! — взмахнув руками, выплёскиваю наружу всё своё отчаяние, всё своё желание знать, что он на самом деле думает.
И что он на самом деле чувствует.
— Вы думаете, что я боюсь?.. — недоверчиво спрашивает Рес.
— Никак иначе я это объяснить не могу!
— Потому что вы маленькая, глупая девчонка, которая понятия не имеет, куда залезла, — цедит Рес, нависнув надо мной.
— В кокон вашей силы, если быть конкретной, — цежу и я, не пугаясь его взгляда.
— Хаос! Что творится в твоей голове?.. — с какой-то странной интонацией вдруг спрашивает телохранитель императора, отчего я начинаю ощущать себя неразумным дитём…
— Хаос и творится… — выдыхаю, не имея больше силы сдерживать своё желание, — обнимите меня, пожалуйста.
— Что?..
— Вам же не сложно… я больше никому не скажу… мне очень нужно, чтобы вы меня обняли…
Глава 6. То, о чём лучше молчать.
Рес стоял, растерянно глядя на меня и, кажется, впервые не знал, что делать.
— Я вас не очень понимаю, — наконец, произносит он.
— Я сама себя уже не понимаю, — качаю головой, а затем прячу лицо в ладонях.
Мне вообще не о нём нужно думать! Что я здесь делаю?..
Некоторое время мы молча стоим, каждый в своих мыслях. Или это только я была в своих мыслях, а телохранитель императора просто смотрел на меня.
— Вы помните о том, что произошло в день вашего освобождения? — тихо спрашиваю, не отрывая рук от лица.
— Я начал вспоминать об этом на третий день после разрушения кокона, — чёткий ответ.
Значит, помнит. И то, как я вбивала его в стену, и то, как я до этого целовала его в губы.
— Почему вы ничего не сказали? — спрашиваю.
— Как вы это себе представляете? — ровным голосом интересуется Рес, отвечая вопросом на вопрос.
— У вас… у вас никогда не было личной жизни? — бросаю последнюю удочку.
Должно же всё это хоть чем-то объясняться.
— У меня было достаточно женщин. Многие хотят лечь под сильнейшего мага империи. И под личного телохранителя императора, — спокойно отвечает Рес, а я чувствую, как начинаю краснеть…
Он не девственник, как я… он имел много связей… он просто мной не заинтересован…
— Неужели я вам совсем не нравлюсь? — вырывается из меня против воли.
— Кайрит, вам семнадцать лет, — произносит Рес.
— А вам что, сто? — я, наконец, отрываю ладони от лица и смотрю на него.
— Мне тридцать восемь.
— Вам двадцать восемь. Десять лет вы были в стазисе!
— Я десять лет бродил по собственному кокону без сознания, — отрезает Рес таким голосом, что моё желание продолжать спор немедленно пропадает.
— Простите, — выдавливаю из себя через несколько томительных секунд молчания, — я больше не побеспокою вас по этому поводу. Прошу, верните меня в реальность.
В следующее мгновение я оказываюсь в своей спальне с ладонью Реса, прижатой к моей груди. Вновь освобождаю его руку, неловко отодвигаюсь на постели. Стягиваю края платья, прикрывая нижнюю сорочку.
— Будьте добры… — произношу едва слышно, надеясь, что телохранителю императора не нужно объяснять, где дверь.
Рес поднимается, стараясь не смотреть на меня, и выходит в коридор.
— Кошмар… кошмар… кошмар, — раскачиваясь на месте, начинаю шептать, вновь закрывая лицо руками.
Стыд заполняет меня всю, до краёв… На что я надеялась? Почему решила ему открыться?.. Почему не сделала вид, что всё, что произошло — случайность?..
Не понимаю, как сон сморил меня, но проснулась я с чётким осознанием: это был худший момент в моей жизни…
И больше он не должен повториться. Больше я ни перед кем не унижусь. И ни у кого не попрошу близости.
Нет.
Если мне суждено прожить жизнь без прикосновений, то я пройду это испытание с достоинством.
После всех водных процедур я вернулась в спальню, чтобы одеться к завтраку, и обнаружила записку на своем столике.
— Дони, от кого это? — проходя к зеркалу, спрашиваю у девушки.
— Это от наследника, молодая госпожа, — с суеверным страхом отвечает та.
— Он сам передал? — удивленно смотрю на неё.
— Господин Рес передал. Сказал, что от наследника, — затараторила Дони.
Выходит, он теперь будет общаться со мной через слуг?..
Что ж, его право…
Открываю записку и с удивлением понимаю, что она действительно от Грегора.
— Что там, молодая госпожа? — с любопытством спрашивает моя горничная-экономка-повариха-и-хаос-знает-кто-ещё.
— Предложение посетить здание суда. Сегодня, — с удивлением отвечаю, разглядывая содержимое бумаги.
— Но разве суд не через несколько дней? — изумленно переспрашивает Дони.
— Суд?.. Да… Я должна посмотреть на место, где мне предстоит выступать… — зависнув ненадолго в своих мыслях, небрежно отмахиваюсь я, — Дони!
— Да, молодая госпожа! — мгновенно отзывается девушка.
— Мой внешний вид… должен поражать воображение, — глядя ей в глаза, произношу.
Глаза последней, в свою очередь, загораются.
— Вы покорите всех, моя госпожа, — с хитрым прищуром отзывается она…
Поскольку к завтраку я не вышла (прическа из сотни, если не тысячи тонких локонов заняла больше времени, чем я ожидала), встреча с Ресом произошла у экипажа. Телохранитель императора даже не взглянул в мою сторону, когда я подошла к нему, — лишь подал руку, чтобы помочь забраться внутрь.
Невероятно дорогое кружево, в которое сегодня была закована моя ладонь, привлекло его внимание, но я быстро скрылась в карете.
Дорога до здания суда заняла больше получаса, в течение которого я смогла привести свои мысли в порядок и настроиться на серьёзный лад. То, что он теперь не смотрит на меня, и даже не приветствует — всё это к лучшему. Между нами ничего не может быть. Пора забыть обо всем, что я напридумывала себе про этого человека…
Короче, к зданию суда я подъехала уже будучи собранной и готовой к битве. Да, слушание по делу Гнева Императора будет настоящей битвой, в которой я не имею права проиграть. Я должна показать всем, насколько сильна новая глава рода Дэ’Барро. Я не могу рассчитывать на благосклонность остальных знатных семей — значит, я должна понравиться простому народу. В любом случае, это слушание — начало моего пути в Средимирье: пути, как мага с запретной силой, как наследницы известной фамилии и как той, что когда-нибудь отвоюет свою свободу.
Выбираюсь из кареты, гордо поднимаю подбородок и стремительно иду в здание общественного суда, игнорируя приличествующую дамам скорость. Взгляд Реса обжигает спину, но я даже не думаю оборачиваться: пусть знает, что отныне мы идём разными дорогами. И да, на данный момент путь у нас один — внутрь каменной громады, где будет решаться его судьба, но Его задача, как была, так и осталась прежней — охранять правящую семью и следить за порядком в империи (несмотря на то, что сегодня и до слушания он вынужден охранять мою жизнь), а моя задача — сыграть свою роль и обеспечить сносное будущее для себя и для всех изгоев.