Когда Рес мягко прикусывает мою нижнюю губу, я выплываю из забытья и смотрю на него широко раскрытыми глазами.
— Зачем вы сделали это? — выдыхаю едва слышно.
— Потому что хотел, — коротко отвечает тот.
Затем прислушивается к чему-то снаружи, заправляет локон, выпавший из моей прически, за ухо, — и нас выносит в реальность.
Глава 7. То, о чём лучше молчать. Часть 2.
И нас выносит…
В реальность, где мы стоим друг напротив друга.
В реальность, где главный зал постепенно заполняется народом.
— Сейчас будет слушание, нужно возвращаться в особняк, — произносит Рес, разворачивается к выходу и идёт вперёд, безмолвно намекая на то, чтоб я следовала за ним.
Странно.
Всё это слишком странно…
Ничего не понимаю.
Мы проходим по коридору, кивая всем, кто здоровается с нами, спускаемся по лестнице и идём к экипажу. Рес подаёт мне ладонь привычным жестом, даже не глядя на меня, помогает забраться внутрь, затем идёт к своему коню.
Карета трогается…
Сижу, прижав ладонь к губам, и всё ещё пытаюсь понять…
Он же не хотел этого… он вчера ясно дал понять… что изменилось? Его взбесил лорд Кастлрой? Или то, что сказали про меня остальные лорды?..
Или всё дело в наследнике?
Что Грегор сказал Ресу, пока я «дышала свежим воздухом» у противоположной стены?!
Верить, что это был порыв чувств, было бы глупо. Мы и вчера ругались в коконе, однако, ссора наша не закончилась диким, самым лучшим в моей жизни поцелуем!
Щеки вспыхнули по новой.
И этот человек смеет обвинять меня в непоследовательности!
Да в его голове монстр конечность сломает!
Резкое торможение экипажа едва не стоило мне жизни — я чудом успела подставить ладони и упереться в противоположное сидение руками. Свернутая шея даже у энергомагов не восстанавливается.
— Что происходит? Рес? — выглядываю из окна, пытаясь понять причину столь резкой остановки.
А затем и вовсе выхожу из экипажа.
— Почему вы остановились? — подхожу к телохранителю владыки, спрыгнувшему с коня и теперь стоявшему в напряженной позе.
Рес ничего не отвечает, лишь переводит сосредоточенный взгляд на моего кучера. Поворачиваюсь, пытаясь понять, что всё это значит, как вздрагиваю, закрывая рот ладонью.
— Он жив? — тихо спрашиваю, чувствуя, как охрип голос.
— Не знаю. Но магия не была использована. Стрел в его теле тоже не вижу, — Рес внимательно осматривает переулок, в котором мы застряли, после чего накидывает на нас энергетический купол. Я впервые вижу такое мощное защитное заклятье, но не могу восхититься им сполна — все мои мысли витают вокруг бездыханного тела кучера, завалившегося на бок с опущенной головой.
— Мы резко затормозили… значит, он увидел угрозу, — медленно произношу, глядя на тело.
— Да, и это было что-то очень быстрое и почти неуловимое. Даже я не успел засечь, хотя ехал в паре метров впереди, — Рес подошёл к карете и осторожно приподнял голову мужчины, освобождая её от капюшона, упавшего на лицо, — Он жив. Но пульс тихий, — затем он раскрывает полы его плаща, и мы оба смотрим на тончайшее лезвие, торчащее из груди кучера.
— Оттуда даже кровь не течёт, — изумленно выдыхаю, глядя на эту… на это…
— Я вызову лекарей, — Рес моментально снимает свой защитный купол, — это работа мастера. Возможно, наёмники.
— Гильдия убийц? — ещё больше удивляюсь.
А между тем замечаю, как у меня начинают дрожать руки. Ещё одно покушение? Это что теперь, так каждый день будет?!
Тем временем Рес начинает чертить в воздухе руны призыва. Я стараюсь не смотреть на тело раненного, но это выше моих сил. От прилива адреналина мозг начинает работать, анализируя факты. Если эта атака — дело рук мастеров гильдии, то кучер уже должен быть мёртв. Это закон. Однако, он всё ещё жив… Где здесь логика? Его ранили так, чтобы он выжил?..
А затем моё внимание привлекает край листка бумаги, торчащий из кармана мужчины. Оборачиваюсь на Реса, сама не понимая, почему не окликаю его, и удостоверившись, что гнев Императора занят рунами, осторожно достаю листок. Не знаю, что подтолкнуло меня сделать это — возможно, вся странность этого «неудачного нападения». Однако, развернув записку, я едва удержалась от реакции, которая могла бы меня изобличить…
На бумаге было написано всего три предложения.
«Ты была отлучена от двора не без причины. Но при текущих обстоятельствах твоё возвращение лишь приближает нас к цели. Действуй, дочь — теперь это твоя игра».
Быстро прячу записку в декольте, стараясь успокоить дыхание.
Мать. Это моя мать! Это она устроила нападение на кучера! Из темницы!
Поднимаю голову, стараясь рассмотреть на крышах домов силуэты близнецов — только они могли проделать этот трюк с нападением, оставшись незамеченными. Они следят за мной!
— Леди Кайрит, — Рес окликает меня, и я только сейчас замечаю несколько порталов, открывшихся посреди улицы, — прибыли лекари из дворца.
— Хорошо, — кое-как выдавливаю из себя, не зная, как реагировать на эту информацию, учитывая, что нападение на моего кучера — дело рук моей собственной матушки.
— С вами всё в порядке? — Рес подходит ко мне, но я неосознанно отступаю.
Отчего телохранитель владыки начинает ещё больше хмуриться.
— Леди?
— На моего кучера напали. Как вы думаете, в порядке ли я, если учесть, что, на данный момент, это второе нападение за час? — чеканю, глядя на землю.
— Леди, успокойтесь, — Рес мгновенно оказывается рядом и ощутимо сжимает моё предплечье, а затем, понизив голос, произносит, — о нападении в здании суда никто не должен знать.
— А об этом нападении? — бросив быстрый взгляд на лекарей и стражу, подоспевшую к нам через портал, едва слышно интересуюсь.
— Оглянитесь. На нас напали посреди улицы. И пусть свидетели сейчас прячутся за занавесками, об этом покушении уже через час будет известно всем, — голос Реса ровный и спокойный, словно подобное… стечение обстоятельств — его рабочие будни.
Хотя почему «словно»? Так и есть. Это его жизнь.
— Вы не хотите, чтобы на мне закрепился статус мишени? — произношу тихо.
— Думаю, вы сами всё понимаете, — отвечает голубоглазый, а затем открывает портал прямо передо мной, — отправляйтесь в особняк. Я присоединюсь к вам в течении часа.
— Я… — я хочу заметить, что прошлый его проход выкинул меня отнюдь не к Черной Башне, но не успеваю.
Один шаг — и я уже на лужайке перед домом, смотрю на невозмутимого Дживза, желающего мне доброго дня.
— Передай Дони, что мне нужна горячая ванна. Срочно, — бросаю ему и иду в особняк, стягивая перчатки.
— Вам записка, молодая хозяйка, — не замечая моей агрессии, направленной в данный момент на элемент моей верхней одежды (да-да, перчатки-таки пострадали), произносит Дживз.
— От кого? — тут же напрягаюсь.
— Мне сложно ответить на этот вопрос, — довольно странно отвечает дворецкий.
— Сложно? — останавливаюсь в ступоре.
— Когда увидите, сами всё поймете, — отзывается старик.
Иду в дом, получаю записку в руки, раскрываю и понимаю…
Вот, зря я вчера заснула!
— Дживз… — протягиваю обреченно.
— Да, молодая хозяйка, — дворецкий подходит ко мне.
— Пусть Дони добавит каких-нибудь травок в воду. Или масел — если такие ещё остались.
— У хозяйки болит голова? — понимающе смотрит на меня старик.
— Раскалывается, — признаюсь, и иду в свою спальню — избавляться от платья. После того, как теплая вода с ароматом трав и ягод приняла меня в свои объятья, я позволила себе несколько минут тишины и блаженства, а затем взяла сложенный листок и развернула перед лицом.
Текст письма был похож на что-то среднее между запиской душевнобольного, спятившего от счастья, и посланием гадюк, сочащимся ядом: «Дорогая Кайрит! В моей любимой обители любви и счастья всё — как всегда, и я надеюсь, что у тебя дела идут не хуже! Помнится, ты хотела навестить своего любимого дедулю — я очень надеюсь, что ты об этом не забудешь! Я уверена также, что ты заглянешь ко мне на сладкий пирог на недельке — ведь мы так мало пообщались, а кое-кто отправился смотреть сны о безбедном будущем, вместо того, чтобы создавать язык счастья и предаваться мечтам в тёплой компании! Кстати, белый пушистый домашний котёнок пришёл за тобой, как только на Средимирье опустилась тьма — как и предсказывала Отмеченная Судьбой. Помни, что твоя девичья честь может тебе пригодиться в общении с добрыми людьми, чьи кошели весят меньше, чем их добрые дела. Кстати! Чёрные Сёстры так и не вернулись после прогулки, но мы уверены, кто ищет — тот всегда найдёт! И немного о тех, кто ищет — мою обитель света посетили тени! Они не оставили следов, но, кажется, искали то, что нельзя найти. Заблудшие души. Я не держу на них зла, но воин у входа теперь будет колоть копьём на смерть. Достали уже. Всё, пошла кушать пирог и набирать килограммы. Худой водонос завалил нас своей стряпнёй.