Тело Смирнова стало крепче за последнее время. Мои тренировки сделали своё дело, вернув мышцам тонус. Но грубая сила и наработанные боевые рефлексы – это совершенно разные вещи. Одно дело таскать трубы и часами держать вибрирующий перфоратор, и совсем другое, когда профессионал ломает твою дистанцию, бьёт точно в печень, цепляет ногу и добивает, когда ты уже упал. Мне необходима была мышечная память, причём максимально практичная для улицы.

Конечно, из моей прошлой жизни можно выудить воспоминания по самообороне. И не только обороне, всё же лихие нулевые заставили меня… делать то, что мне не нравилось до конца моих дней. Даже больше того, не нравится до сих пор. Однако, одно дело знать, как это делается, и совсем другое – делать. Мне нужны рефлексы, а единственный рефлекс у этого тела, это как поднимать стакан. Может, немного утрирую, но вступать в полноценную драку в таком состоянии я бы ни рискнул.

– Всё, перевёл деньги, проверяй, – Андрей поднял глаза от экрана и убрал телефон в карман.

Мой смартфон коротко звякнул, и я тут же взглянул на сообщение.

– Деньги получил, всё в порядке, – сказал я, застёгивая сумку. – Слушай, Андрей, у меня к тебе есть ещё один вопрос.

– Слушаю, – он чуть наклонил голову.

Я кивнул в сторону зала, где тренировались подростки.

– Ты лично тренируешь, или только управляешь клубом?

Он посмотрел туда же, скрестив руки на груди.

– Это моя школа, то есть, да, я сам преподаю самбо и рукопашный бой. Тренирую детей, взрослых, иногда гоняю сотрудников охраны из ЧОПов. А тебя что заинтересовало?

– Давай оформим бартер, – предложил я.

Андрей чуть прищурился.

– Какой еще бартер? – в его глазах появился интерес.

– Я беру на себя техническое обслуживание вашей сантехники на ближайшие полгода, включая профилактику, устранение мелких аварий и консультации по оборудованию. А ты взамен тренируешь меня. Мне нужны приёмы для самообороны, не хотелось бы вновь встречаться на улице с какой‑нибудь гопотой, что любит шариться у нас на районе по вечерам. А у меня, как ты понимаешь, график иногда не нормированный, так что встречи с такими компаниями иногда случаются.

Он оценивающе оглядел меня с ног до головы, но уже не как благодарный клиент, а как тренер смотрит на новичка.

– Дрался раньше? – спросил он, потирая подбородок.

– Бывало несколько раз, но там как‑то само собой получалось. И признаюсь, не в самом лучшем виде, – честно ответил я.

– Серьёзные травмы были? – продолжил тот.

– Голова была пробита, ребра ломали, кисти сбиты, ну и по мелочи хватало, – память Смирнова сразу же подкинула прошлое. И не самое приятное, но куда от него теперь деться? – Но сейчас я восстановился.

– Зачем тебе понадобилось бить людей? – прищурился тренер.

– Работа у меня стала слишком нервная в последнее время.

Андрей понимающе усмехнулся, обнажив крепкие зубы.

– Сантехника стала нервная?

– Скорее люди, которые крутятся вокруг моей сантехники, стали слишком опасными, – парировал я, не отводя взгляда.

Он все понял. Не все детали моей жизни, конечно, но для решения ему было достаточно.

– Запомни, мастер, быстро в этом деле ничего не бывает, – сказал он суровым тоном. – Если ты хочешь крутить ногами, иди сниматься в китайское кино. Если хочешь выжить на улице, мы будем долго и нудно ставить тебе базу, правильные падения, работу в клинче, выходы из захватов и защиту от ножа на уровне простого правила «беги, если можешь». И я тебе сразу скажу, после первой же нашей тренировки ты меня возненавидишь.

– Меня много кто в этом городе ненавидит, думаю это не помешает нашему сотрудничеству, – спокойно ответил я.

Он коротко засмеялся, оценив мой ответ.

– Жду тебя завтра в шесть вечера в зале. Обязательно купи капу и удобные шорты. И главное, не жри плотно перед тренировкой.

– Почему не есть? – уточнил я, закидывая сумку на плечо.

– Потому что ты все это обратно выплеснешь на мой ковер, – ухмыльнулся Андрей.

– Я тебя понял, приду голодным и злым, – кивнул я, направляясь к выходу.

– И еще одно, – окликнул он меня в спину. – Если начнешь умничать на татами, я буду ронять тебя в два раза чаще.

– Я постараюсь, – пообещал я, остановившись.

Весь день я ждал сообщение от Светланы, но делал вид, что не жду. Для обычного человека такое состояние называлось бы нервозом, но для меня это было просто холодным расчётом.

После работы в местном фитнес‑центре мои руки приятно ныли, работа всегда помогала отвлечься от лишних мыслей. Выйдя на улицу, застегнул рабочую куртку и подумал, что пока что всё идеально складывается. Тренировки мне явно не помешают, потому что внутри уже появилось какое‑то неприятное предчувствие. Я пока не мог объяснить, откуда оно взялось, сейчас у меня слишком много неприятностей и дел, которые в той или иной степени могут к ним привести. И всё же, всё же…

В этот момент в кармане наконец‑то завибрировал телефон. Сообщение действительно пришло от Светы. Она писала коротко и по делу, предлагая встретиться в небольшой кофейне у старого сквера через пару часов, и спрашивала, смогу ли я подойти. Но разве я мог отказаться? Вопрос заключался не во времени, а в том, почему она выбрала именно это место. Обычная кофейня в старом кирпичном доме, не сетевая, без огромной витрины, выходящей на оживлённый проспект. В таких местах обычно сидели студентки, а иногда заходили уставшие мамы с колясками. Людей там было ровно столько, чтобы наш разговор не выглядел как тайная встреча, но при этом пустых углов тоже вполне хватало, чтобы можно было поговорить нормально и без лишних ушей.

«Буду ровно в пять».  

Отправив сообщение, я хмыкнул и направился к припаркованному скутеру. У меня ещё осталось время, чтобы подготовиться, всё же идти на встречу к красивой женщине, пусть и на деловую встречу, в рабочей форме казалось мне неправильным. Надо было приодеться. В конце концов, для чего я обновил свой гардероб?

Дома меня встретил Дюбель, сидевший у самой двери со строгим видом.

– Не смотри на меня с таким укором, пушистый, я не надолго, у меня сегодня важная встреча, – сказал я, стягивая ботинки. – И да, снова с женщиной, но тебе этого пока не понять. Поэтому, пожалуйста, не мешайся и не обижайся.

В его кошачьей системе любая моя встреча означала лишь то, что я опять уйду за дверь, а он останется охранять пустую квартиру. Работа у него была тяжёлая, но я стабильно оплачивал её весьма неплохим кормом.

Я быстро прошёл в ванную, принял контрастный душ, побрился и переоделся в чистое. Собираясь, я прокручивал в голове события последних дней. Сиплый исчез, но потом объявился, Денис начал понемногу шевелиться, хотя всё ещё трясся от страха. Тренер по самбо согласился мне помочь, а в гараже росла моя небольшая, но уже хоть какая‑то компания рабочих. Светлана тоже появилась не случайно и весьма вовремя. Жизнь вокруг меня усложнялась с каждым днём. Но при этом мне удавалось крутиться в ней и делать это весьма успешно. Так что грех жаловаться, пора работать.

Кофейня стояла на углу сквера. Небольшая вывеска мигала через раз, будто она тоже устала. Внутри приятно пахло свежим кофе и сладкой выпечкой. За деревянной стойкой молодая бариста лениво листала ленту в телефоне и лишь иногда поднимала глаза на гудящую кофемашину, словно ждала, что та сама как‑нибудь разберётся со всеми заказами. У большого окна две молодые студентки пили свой латте и обсуждали какого‑то вредного преподавателя. Это был хороший фоновый шум. Под такой монотонный гул можно было говорить о чем угодно.