— Нет, — сказал я.

Сэм медленно повернул ко мне голову, и я почувствовал этот поворот боковым зрением раньше, чем увидел. Мишель тоже несколько секунд смотрел на меня, но быстро отвёл взгляд.

— Нет? — переспросил Корнуэльский.

— Это был единичный случай, — произнёс я. — Удачное стечение обстоятельств. Повторить мы этого пока не сможем.

Я опустил руку под столешницу и сделал короткий жест в сторону Сэма, как бы говоря, что расскажу им об этом позже.

— Тогда, — произнёс Селани, — у нас возникает вполне закономерный вопрос. Как нам победить Старшего лича? Потому что, — он чуть подался вперёд, — я не буду подбирать красивые формулировки. В прошлый раз он надрал нам всем задницы. И я до сих пор плохо понимаю, как часть из нас осталась за этим столом, а не пополнила орду нежити.

Пауль II посмотрел на меня. Потом на Селани. Потом снова на меня.

— Если мы возьмём наши сферы, — произнёс он, — твои магоболты и навалимся всем, что у нас есть… я думаю, у нас будет неплохой шанс с ним разобраться.

— А драконы? — спросил Цепеш.

Голову он не повернул, но смотрел при этом исключительно на меня, и я понял, что вопрос адресован не Паулю.

— Они не помогут, — ответил я.

— И с ними никак нельзя договориться? — тут же подхватил Цепеш.

— У меня не получилось, — произнёс я, и сам поймал себя на том, что говорю чуть резче, чем хотел. — Если ты, Владлен, думаешь, что у тебя получится лучше, пожалуйста, пробуй сам.

Цепеш не ответил. Я не понял, обиделся он или нет. В принципе, то и другое меня в данный момент устраивало.

— Ладно, — взял вновь слово Валадимир. — Касательно Старшего лича у нас нет других вариантов, кроме как навалиться на него всеми имеющимися силами. Уничтожим его, и с ордой будет расправиться куда проще. Но это, я думаю, все здесь присутствующие и без меня знают. И я не могу указывать, как действовать высокоранговым одарённым. Но мы можем предложить план по возвращению города Санс и выхода в тыл Орде.

Валадимир посмотрел на Алекса Стронга, а тот кивнул Стефану, после чего над столом появилась иллюзорная карта.

— План следующий, — произнёс Гром, и палец его лёг на то место, где раньше стоял Санс. — Подходим тремя колоннами. С запада — орки на форинах. Их задача вскрыть внешние патрули и не дать нежити перегруппироваться вдоль рва. Кавалерия орков прорезает первую линию, форины разбирают одиночных скелетов. С юга — войско Клиф. Они принимают на себя основную массу низкоранговой нежити, ту, что хлынет из ворот.

Стронг подхватил, не отрываясь от карты.

— С востока, по гребню, мы ставим эльфийских лучников. Семь тысяч, с магоболтами. Их усилим гвардией Ирвент и Арес. Вместе с князьями Гром и Арес уничтожают личей.

— Какие силы остались под Санс? — спросил Сэм, и Стронг скривился, но тут же взял себя в руки.

— Нам это доподлинно неизвестно, но мы предполагаем не менее ста тысяч.

— Можно мне сказать? — спросил я.

Стронг кивнул.

— Что нам мешает телепортировать архил в Санс, тем самым уничтожая слабую нежить и ослабляя более сильную?

— А как же чары помех? — спросил Стронг.

— А как же прокалыватели пространства, которые во всю использовали эльфы во время трёхдневной войны? — вопросом на вопрос ответил я. И, кажется, такой вариант никто из них не рассматривал.

— Мне больше нравится вариант князя Арес, — тут же высказался Селани. — Зачем лить кровь, если можно поступить хитрее.

— Но раньше… — начал говорить Стронг, но я его перебил.

— Раньше, если мы активировали архил, нежить отступала. Затем появлялся Старший лич или вестница, уничтожали архил, и нежить снова шла в наступление. Но больше вестницы нет, остался Старший лич, которого надо уничтожить в первую очередь. Так почему бы нам не активировать архил? Ждём Старшего лича, скорее всего он уничтожит архил, пока все высокоранговые одарённые не прибыли. Активируем второй архил, после чего всеми силами бьём по личу.

— Ты предлагаешь устроить ему ловушку? — спросил Пауль.

— Да, — ответил я.

— А как же Валэка? — спросил Стефан. — Она ведь, фактически, была второй по силе среди вестниц.

— С работающим архилом сила Валэки, как и Старшего лича, сократится на тридцать процентов.

— Откуда такие данные? — тут же спросил Пауль.

— Опытным путём проверили, — ушёл я от прямого ответа.

Некоторое время в помещении стояла тишина, после чего Валадимир сказал.

— Думаю, мы пересмотрим наш план исходя из предложения князя Арес. Однако, часть плана касательно захода в тыл нежити остаётся неизменной.У кого-нибудь есть возражения?

Возражений не было. Я поднялся первым и Сэм с Мишелем вслед за мной. Мы прошли через зал во двор, где ступили на телепортационную площадку.

Я положил руки им на плечи, и Мишель, не глядя на меня, тихо произнёс.

— Дома поговорим.

— Поговорим, — ответил я.

Стоило нам войти в гостиную, я налил нам в бокалы виски и телекинезом отправил братьям.

— Почему ты не хочешь использовать резонатор? — спросил Сэм. — Неужели ты не понимаешь, что с Софьей надо кончать?

— Понимаю, — ответил я и мне пришлось выложить историю с Арес.

— Вот сука… — не выдержал Миша. — Нельзя так, конечно, говорить, но когда уже наша древняя старушка отправится на перерождение? Да ладно бы просто возродиться хотела, так она ещё и с Вефниром планы строит.

— Почему ты нам не рассказал? — спросил Сэм.

— Хотел, но потом всё завертелось. Да и не уверен я, что резонатор, настроенный на Софью, снова пробьёт канал в духовные планы, где обитает Арес.

— Но опасаешься? — тут же спросил Сэм.

— Да, — ответил я.

— Что ж… — задумчивым тоном сказал Сэм. — Тогда резонаторы мы использовать и впрямь не будем.

— Оставим их на крайний случай, — добавил Мишель. Он сделал паузу, посмотрел на меня, потом на Сэма. — Братья мои, а вам сегодня не показалось, что тучи-то сгущаются?

— Что ты имеешь в виду? — спросил я.

— А то, что использование архила в войне с Пустошью лежит на поверхности, — сказал Мишель. — Но почему-то об этом… вернее предложили только мы.

— Да, мне тоже показалось это странным, — сказал я и, посмотрев на Мишу мне показалось, что у него уже есть мысли на сей счёт.

— Говори уже, что твой гениальный мозг успел заметить, что мы не увидели.

Мишель горько усмехнулся.

— Думаю… Валадимир, Пауль, Селани и Цепеш уже понимают, что Пустошь проиграла, и скоро её армии откатятся в глубь своих песков. — Он сделал паузу. — И они уже готовятся к распределению зон влияния.

— Допустим, — сказал Сэм. — Но это вполне логично.

— Нет, — возразил я, потому что понял на что пытается указать Мишель. И видя непонимание в глазах Сэма пояснил. — План предоставили Стронг и Гром. Наверняка они согласовали его с Валадимиром. И вот в чём вопрос: учитывая, что мы отправляем полуторамиллионную армию, зачем Валадимиру проливать кровь своих подданных?

— И зачем? — спросил Сэм.

— Я бы тоже хотел знать, — сказал я, и чуть тише добавил: — Есть у меня одна мысль, но она вам не понравится.

Мишель, не став тянуть, озвучил мои мысли вслух.

— Валадимир собирается ослабить наш род. И, скорее всего, для этого он хочет, чтобы Андер погиб геройской смертью.

— ЧТО? — возмутился Сэм. — Ты с ума сошёл? Нахрена ему это делать?

— Потому что я дракон. Нанали дракон. И мой ребёнок будет драконом, и явно обладать высоким рангом. Помимо этого, Бастиан (сын Мишеля и Аяны) будет иметь дар тени.

— И что? — тут же спросил Сэм.

— А то, что мы стали слишком сильны, — ответил Мишель. — Не будет Андера, и секрет архила некому будет защищать.

— Но ты женишься на Инне! — возмутился Сэм.

— Уничтожать нас невыгодно. Мы уже показали полезность королевству, но прижать нас к ногтю, сделать нас зависимыми от королевского рода, вполне в духе Валадимира.