— Сая давно поднялась, — сказал я.

Она тяжело вздохнула.

— Мне такой сон снился, — сказала она. — Жалко.

— И что же?

Нанали помолчала секунду, потом приоткрыла один глаз.

— У меня тоже должны быть свои секреты.

Я усмехнулся и притянул её к себе. Она не сопротивлялась, просто переместилась поближе, уткнулась мне в плечо.

— Ну, ты и дала вчера, — сказал я.

— Понравилось?

— Это было… необычно. Зелье это твоё… Может, ещё?

— Нельзя, — она не дала мне закончить. — Бьёт по ментальным каналам. Они должны развиваться постепенно. Однако, это не мешает нам учиться объединять разум, и тогда лет через триста между нами может образоваться связь, с помощью которой мы будем лучше понимать друг друга. А потом и слышать друга на огромных расстояниях.

— Да? — удивился я, потому как раньше ничего об этом не знал.

— Да, — ответила Нанали.

— Тогда, может, — начал я, — стоит ещё немного поработать над этой связью? Так сказать, практическим путём.

Я потянул руку в её сторону. Она перехватила её раньше, чем я успел добраться до цели, и молча прижала к груди.

— Может, передохнём? — произнесла она без особого сожаления в голосе. И тут же рассмеялась. — Вчера было и так хорошо.

— И это говоришь мне ты? — прищурился я. — Серьёзно?

— Да!

— Не верю, — сказал я.

Она засмеялась снова, на этот раз уже не сдерживаясь. Перевернулась на спину, потянулась и посмотрела на меня.

— И правильно делаешь. Иди сюда…

Мы поцеловались. Один раз превратился в три. Она прижалась грудью к моей и перекинула ногу, оказавшись сверху.

На этом я мог бы не заострять внимание. Скажем так, мы оба проснулись окончательно.

— Нужно поговорить с твоими родителями, — сказал я, когда мы всё-таки решили покинуть постель.

Нанали, расчёсывая волосы у зеркала, остановилась.

— О чём?

— Да так… Некоторые меры предосторожности.

Она посмотрела на моё отражение и отложила гребень.

— Андер.

— Ничего серьёзного.

— Андер, — повторила она с той же интонацией. — Я же чувствую, что это не так.

— Знаешь, — сказал я, — мне уже не нравится твоя эмпатия.

— Ничего страшного. Со временем привыкнешь. — Она внимательно посмотрела на меня. — Или ты мне сейчас говоришь, или вечером останешься без сладкого! — провела она ладонью вдоль тела, подчёркивая свою фигуру.

— Шантажистка, — усмехнулся я и сел на край кровати. — В общем, на военном совете Валадимир изложил план по освобождению Санса.

— Так, — сказала Нанали. — Он же был несколько недель назад. Я права?

— Да, но не перебивай, пожалуйста, — попросил я. — В общем, там предложили вполне интересный план. Стронг карту показал, Гром объяснил порядок действий, и кто за что отвечает. — Я сделал паузу. — Только вот я смотрел на это и думал, зачем королю гнать полтора миллиона своих людей под нежить, если результата можно добиться куда меньшей кровью?

— Андер, я пока плохо понимаю, что ты пытаешься мне сказать. И при чем здесь ты и мои родители.

— Вывод мы сделали неприятный.

— Какой?

— Думаю, Валадимир хочет ослабить наш род. А если точнее — убрать меня. Говорю сразу, это пока только догадки. Просто, у нас нет другого объяснения зачем строить план войны с нежитью, в котором не учитывается моё участие.

— И ты думаешь…

— Мне отведена роль геройски погибнуть на поле боя. Исполнителем мы считаем Стефана Гром. Просто, других «SSS»-ранговых одарённых у Валадимира под рукой нет. Но это пока не точно.

Нанали молчала несколько секунд. Потом снова взяла гребень и продолжила расчёсываться.

— Знаешь, — произнесла она, — ты правильно решил поговорить с моими родителями.

— Думаешь?

— Будет плохо, если ты окажешься прав, но уже ничего не сможешь с этим сделать. — Она поймала мой взгляд в зеркале. — Тем более, не лишним будет напомнить твоему королю, что такое хорошо, а что такое плохо.

Я усмехнулся.

— И что же хорошо, а что плохо?

— Ваши человеческие правители иногда забывают, что сила это не только мечи и войска. А ты дракон, хоть пока и отрицаешь свою истинную сущность.

— А-а? — удивился я.

— Не думай об этом, — тут же сказала Нанали. — Всё равно пока не поймешь.

— Это почему же?

— Потому что ты молод и…

— Нанали, ты сейчас ходишь по тонкому льду. Или ты забыла, что было когда ты назвала меня птенцом? Хочешь повторения?

Нанали облизнулась.

— Ох, не провоцируй меня, Андер Арес, — хищно усмехнулась Нанали. — А не то мы сегодня из этой каменной пещеры (спальни) не выйдем.

— И это должно меня пугать? — удивился я.

Нанали посмотрела на меня.

— Да, ты прав, не тот рычаг давления я выбрала. — Она, наконец-то убрав свой гребень, быстро переключилась на деловой лад. — Вчера я и родители договаривались пообщаться в малой беседке. Хотели поговорить о снятии стазиса с малыша. Если хочешь поднять свою тему, будет удобно.

— А если одно другому помешает? — спросил я. — Может, перенесём про стазис? Сначала разберёмся с делами…

Нанали повернулась ко мне полностью.

— Андер, со стазисом никаких проблем нет. Это просто разговор.

— Я понял, но…

— Нет, — она покачала головой. — Я не собираюсь становиться вдовой. Поэтому, если ты не хочешь откладывать разговор с отцом в долгий ящик, я только за.

Я посмотрел на неё.

— Понял.

— Ну, вот и славно, — сказала она.

Нанали спускалась чуть впереди. На ней было свободное платье, которое привыкли носить драконы, но женщины в Виндаре, да и в большинстве других стран, посчитали бы этот наряд чрезмерно открытым.

Ревность? Нет, абсолютно. Напротив, я считал платье Нанали приемлемым. И ничего против говорить не собирался.

На первом этаже, в переходе у окна, стояли Бель и Аяна.

Аяна что-то быстро говорила, а Бель слушала и кивала. И если бы не чары тишины, я бы не обратил внимания. Но они были… Поэтому я легко развеял их.

Девушки, разумеется, это заметили.

— Как спалось? — опередила меня Бель.

Я остановился, Нанали встала рядом.

— Как прошёл вечер? — решил проигнорировать их вопрос. Потому что был уверен: они обе знали, чем могли заниматься два молодожёна в спальне ночью. — Смогли развеяться?

Бель кивнула и усмехнулась, смотря на Аяну.

— Ты даже не представляешь. Мы так танцевали, так танцевали…

— На второй этаж ходили?

— Нет, — сказала Аяна, не поворачивая головы.

Бель прыснула и я, не удержавшись, рассмеялся.

— О-о, боги, Аяна. Видела бы ты сейчас своё лицо в отражении, сама бы смеялась.

— Прекрати, Бель, — произнесла Аяна, и в голосе её уже начинала закипать злость.

— Ну уж нет. Мы так танцевали, так танцевали…

— Бель!

— Причём обе, — смеялась Бель.

— Достаточно!

Аяна наконец повернулась. Вид у неё был такой, забавный, что даже Нанали звонко рассмеялась.

— По-моему, — сказал я, смотря на сестру, — у нас был договор, что всё, что происходит в таверне, остаётся в таверне.

— Вот именно, — тут же сказала Аяна и посмотрела на меня с благодарностью.

Я кивнул и, переместившись за спину сестры, заговорщицким голосом произнёс.

— Поэтому, сестрёнка, расскажи мне подробнее, что именно там было.

— АНДЕР! — воскликнула Аяна.

Я рассмеялся раньше, чем она успела закончить. Аяна мгновение смотрела на меня с таким видом, что я чуть отодвинулся на всякий случай. Но она просто покачала головой и пошла мимо нас в сторону столовой.

— Боги, — произнесла она на ходу, — сколько вас терпеть…

— Дорогая, ты не ответила, — прокричал я ей вслед.

Аяна показала мне руку, не оборачиваясь. Не кулак, а просто подняла ладонь, как ставят точку. Бель к этому времени уже шла рядом с ней, всё ещё посмеиваясь.

— Хорошая ночь была, — сказала мне Бель. — У всех.

— Не сомневаюсь, — ответил я.