Началась давка. Толпа заметалась. Кто-то рвался со стены, толкаясь и сталкивая друг друга на узких лесенках. Пара солдат уже полетела вниз с высоты, глухо ударившись о землю. Кто-то, наоборот, рвался к стене, пытаясь занять позицию для обороны. Люди сталкивались, падали, их топтали. Скелеты пробежали двадцать шагов и вновь замерли — с этой стороны замка было полно мин, и в тупую хоронить их я не собирался. Но необходимый психологический эффект уже был достигнут.

В это же мгновение снайперы ударили навесом прямо по толпе на стенах. Стрелы взмывали в воздух одна за другой, описывали высокую дугу и падали вниз, легко находя цели в плотной массе людей. Сверху, из темноты, они сыпались как смертоносный дождь. Никто не понимал, откуда летят стрелы, — и это усиливало панику. Крики раненых смешивались с воплями ужаса.

Я, отбросив в сторону пару бочек, мешавших открыть дверь, и отодвинув засов, бросился вниз к лестнице — встречать тех, кто спускался со стены. Мой дротик находил цели одного за другим: короткие, точные броски, и тела падали на ступени, мешая бежать остальным. Призраки, пользуясь давкой, продолжили своё чёрное дело. В толпе, где никто не смотрел по сторонам, они были невидимы и неостановимы. Ещё один солдат упал, схватившись за горло. Ещё один.

Кто-то, не выдержав, прыгал со стены прямо вниз, наружу, пытаясь спастись бегством. Судя по прогремевшим взрывам магических разрядов, кому-то это даже почти удалось.

Но не всё было так гладко. Отряд стражи под предводительством того самого седого десятника не поддался панике. Они заняли оборону на стене, выставили щиты, не пуская к себе паникёров. Вокруг них постепенно организовывались остальные — те, кто сохранил голову. Где-то среди них даже мелькала роба последнего оставшегося в живых мага — второго уже прикончили призраки. Этот очаг сопротивления нужно было гасить.

Я скорректировал стрельбу снайперов так, чтобы под удар попадал именно он.

Короткий крик десятника — и солдаты смещаются, уходя под прикрытие башни. А он молодец — я невольно восхитился. Быстро сориентировался по траектории, откуда летят стрелы, и отступил. Чую, создаст он мне ещё проблем.

Так и вышло.

Прошло ещё двадцать минут. Почти весь гарнизон, кроме этого небольшого отряда, пал. Небольшая часть оборонявшихся разбежалась по крепости, спрятавшись в различных щелях и помещениях. Часть умудрилась пройти минный заслон и скрыться в лесу. Но всё это не было проблемой.

Проблема — в сохранивших способность действовать организованно врагах. Среди них в живых оставались десяток лучников, два десятка стражи, маг — все они замерли на стене, у высокой башни, заняв круговую оборону. Даже пытались огрызаться — пару раз со стороны мага что-то прилетало — то файрбол, то огненная стрела, то сноп искр, — но каждый раз я успевал отойти.

Чёрт, нужно как-то их выкуривать оттуда. Они же не дадут мне спокойно проверить склады и выбрать самое нужное. А вот получится ли выкурить? То, что будут потери, — это однозначно, об этом нет разговора. Тут как бы мне вообще не потерпеть поражение. Обидно будет: крепость почти взята, гарнизон почти перебит, а в итоге уйти ни с чем.

Брать измором тоже не вариант: уже к утру тут будут новые караваны, и весть о взятии крепости разнесётся по всей округе. Тогда мне несдобровать. Кажется, обороняющиеся вполне это понимали и поэтому выходить не спешили. Мяч был на моей стороне.

Я вышел вперёд, прижался спиной к холодному камню башни и крикнул, задрав голову:

— Эй. Вы долго собираетесь там сидеть?

Наверху зашептались, загремели щитами. Потом раздался голос — судя по хрипотце, того самого седого десятника:

— Пошёл ты в ад, тёмный!

Я мрачно усмехнулся. Он даже не представлял, насколько был близок к истине.

— Я с удовольствием вернусь туда. Но сперва мне кое-что надо.

Ответом мне послужила тишина, которую я воспринял как готовность слушать.

— Мне нужно кое-что с ваших складов. Я возьму и уйду, сохранив вам жизни. Я даже не заберу всё, только малую часть…

— Пошёл ты в ад, тёмный! — не дослушав, перебил меня десятник. — Мы не идём на сделки с проклятыми тварями!

— Ты предпочтёшь подохнуть тут, без цели? У вас нет шансов! Вас было почти сотня человек. А сейчас осталось не больше трёх десятков.

— Тогда зачем ты разговариваешь с нами? Поднимись сюда, убей нас и бери всё, что хочешь.

Ладно. Хотят драться — будем драться. Но перед этим — дело. По моей команде скелеты принялись вскрывать склады один за другим. Ящики, тюки, бочки, мешки — тысячи, десятки тысяч единиц хранения, и половина без маркировки. Всё свалено как попало. Где-то оружие, где-то провизия, где-то свитки, где-то амулеты. Попадались и интересные вещицы: ящик с зачарованными наручами на сороковой уровень, бочонок алхимического масла для лаборатории, груда зачарованных изумрудов для артефактов. Всё это, конечно, ценно, но в текущей ситуации толку от них мало. Чтобы найти что-то действительно нужное, придётся перерыть весь склад. Так мы до следующего года можем искать. Единственное, что я взял прямо сейчас, — это вскрыл пару ящиков зачарованных на огненный урон стрел и раздал их снайперам.

Идея! Я отправил пару скелетов в комнату интенданта. Наверняка у такого ушлого типа всё должно быть записано. Так и вышло. Спустя десять минут миньоны притараканили мне целую кипу бумаг, среди которых оказалась опись имущества на складах.

Тем временем враг, пользуясь тем, что наша бдительность слегка ослабела от их длительного бездействия, решился на вылазку.

Со стены раздался боевой клич — хриплый, яростный, подхваченный двумя десятками глоток. Залп лучников — стрелы с зачарованными наконечниками ударили вниз, и двое моих скелетов, что как раз тащили ящик из ближайшего склада, рухнули, пробитые насквозь. Следом прилетел огненный шар мага — яркая вспышка, грохот, и ещё одного метателя разорвало на куски.

Но мои снайперы уже были наготове. Ответный залп — и стрелы ударили в щиты, выставленные стражниками. Пара убитых, пара раненых, не больше. Враг, не став испытывать судьбу, быстро, организованно, без паники отступил обратно.

Я скрипнул зубами. Трое убитых. Мгновенно. А они снова в укрытии. И, судя по всему, это была только проба сил.

Я пролистал бумаги и нашёл то, что искал. Склад номер четыре. «Смола Огненного Шторма» — зажигательная смесь, которую имперцы использовали для обливания снарядов катапульт, для поджога осадных башен и для создания огненных завес на пути наступающего врага. Нештатно — для розжига костров в дождь, сам видел в прошлой жизни. Очень тяжело потушить, даже водой. Липкая, если попала на одежду или голое тело, то просто так не сбросить, прожжёт до кости. Горит с выделением едкого чадящего дыма. То, что нужно.

Я отдал приказ. Снайперы сделали пару залпов по врагу. Тщетно — всё либо отразилось от стен башни, либо было принято на щиты, либо улетело мимо. Но главное — я заставил врага насторожиться, прижаться к укрытию, не высовываться.

А под прикрытием периодически стреляющих снайперов стражи с метателями уже таскали под башню бочки со смолой. Выбивали пробки, поливали пространство вокруг — камень, деревянные балки, подступы к лестнице. Туда же закидывали всё, что могло гореть: доски от разбитых ящиков, пустые бочки, промасленную ветошь, сено из караванных телег. Чем лучше и вонючее будет гореть, тем лучше. Пусть почувствуют, каково это — сидеть в осаде, когда воздух вокруг превращается в яд.

— Не передумали выходить? — спросил я, перед тем как поджечь.

— Пошёл ты в ад, тёмный, — раздался знакомый ответ.

Я пожал плечами и отдал снайперу мысленную команду к стрельбе.

Зачарованная на огненный урон стрела сорвалась с тетивы и ударилась в пропитанное смолой дерево. Вспышка. Пламя схватилось мгновенно — жирное, жадное, оно лизнуло башню снизу и рванулось вверх, пожирая балки и доски. Затрещало дерево, загудел воздух, огонь взметнулся на несколько метров и рос всё выше, подбираясь к площадке, где засели обороняющиеся. Кажется, даже до моих «друзей» достало.