Минус моей армии в количестве солдат. Их было очень мало. С таким количеством миньонов я физически не могу взять крепость в полное окружение. Враг может спокойно входить в крепость, выходить из неё, снабжаться по южному тракту — и я почти не способен этому препятствовать.

Почти — потому что четыре призрака летали вдоль дороги, периодически убивая загулявших врагов, не давая им расслабиться. За время обстрела в крепость вошло пять караванов, а также было отправлено пять гонцов. Ни один гонец за пределы пятикилометровой зоны не вышел — спасибо моим невидимым убийцам.

Так получилось и в этот раз.

— Шестой гонец, — пробормотал я, провожая его взглядом через призрака. — Пятерых мы уже перехватили. Этот будет шестым.

Я отдал мысленный приказ, и два ближайших призрака скользнули наперерез всаднику. Ветрогрив мчался, не чуя угрозы. В воздухе мелькнул призрачный клинок, а через минуту гонец уже лежал на земле с перерезанным горлом. Его маунт, лишившись седока, растерянно гарцевал на месте. Ещё один не доехал. Не знаю точно зачем он посылают гонцов. Похоже система расценила мои действия как штурм, а во время подобных событий чат блокировался в пределах одной локации, а обычные телепорты не работали. Это играло мне на руку.

Я ждал. Ждал когда появятся симптомы. Сейчас. С минуты на минуту. Призраки докладывали обстановку постоянно. Я уже изнывал от нетерпения. Меня уже во всю одолевали сомнения что болезнь вообще проявит себя. Вдруг сработал иммунитет? Или же целители справились и вовремя распознали хворь? Я почти извёл себя, когда всё началось.

Сперва один часовой на стене вдруг выронил меч и схватился за руку. Его пальцы почернели, кожа вздулась волдырями, и он закричал — дико, истошно, не в силах понять, что с ним происходит. Через минуту ещё один. Ещё. Некроз расползался по конечностям, лишая пальцы подвижности, а затем поднимался выше, к локтям и плечам. Люди падали на колени, хватались за гниющую плоть, кричали, звали на помощь.

Маги пытались лечить, но «Тайная Немочь» была устойчива к простым заклинаниям. Целители, сами заражённые, тратили последние силы на исцеление товарищей — и только ускоряли течение болезни в собственных телах. В казармах началась паника. Потеря речи, слепота — те, кто ещё мог ходить, натыкались друг на друга, спотыкались о тела, падали. Кто-то молился, кто-то рыдал, кто-то просто лежал и смотрел в потолок слепнущими глазами, ожидая конца. Гарнизон, ещё вчера полный сил, превратился в сборище калек.

Пора.

Я отдал приказ. Катапульта «Вопль Бездны» сделала четыре выстрела подряд. Четыре «Кокона» ушли в небо и рухнули в разных концах крепости: один у ворот, второй у казарм, третий у склада, четвёртый — в центре двора. Я летел в четвёртом. Удар о землю, хруст костяной оболочки, и я выкатился наружу, сжимая дротик. Рядом со мной поднимались на ноги два стража и метатель. Ещё мгновение — и три других кокона раскрылись в других концах крепости, выпуская моих бойцов.

Вокруг царил хаос. Защитники, ещё способные держать оружие, были слишком слабы и дезориентированы, чтобы оказать серьёзное сопротивление. Мы двигались быстро, слаженно, добивая всех, кто попадался на пути. К воротам! Открыть их — и впустить остальную армию.

Короткий бой у воротной башни. Несколько защитников попытались встать на пути, но их смели за минуту. Стражи налегли на засов, и тяжёлые створки начали открываться. Снаружи, с холмов, уже бежали мои скелеты. Они ворвались в крепость, и началась зачистка. Фактория пала.

Мы грабили факторию, выбирая самое ценное, что можно унести с учётом небольшой грузоподъёмности, когда из тени вышли трое игроков. Их-то я и искал! Мои верные последователи! Вернее — последователи Мастера Мортиса.

Вид у них был взволнованный и какой-то затравленный. Линдар шагнул вперёд и срывающимся голосом выпалил:

— Мастер Мортис! Вы… вы должны знать… Если все узнают, что произошло, нас назовут предателями! Скажут, что мы занесли в крепость заразу, что зелье было отравой! Орден объявит нас врагами! Нас будут выгонять из всех городов! Мы станем изгоями!

— Тише, — произнёс я и поднял костяную руку. — Вы не предатели. Вы — мои верные последователи. Вы выполнили задание. И за это вы заслужили не изгнание. Вы заслужили награду.

Я щёлкнул пальцами, и перед глазами игроков вспыхнули системные сообщения. Их репутация с фракцией «Последователи Мортиса» взлетела вверх. Теперь они могли ходить по Мёртвой Пади беспрепятственно — волки, гарпии, утопленники, скарабеи, шестилапы признавали их своими и не атаковали.

Немного успокоившийся Линдар, затаив дыхание, отсчитал и передал мне серебро — всё до последней монеты. Я завершил этап квеста и выдал каждому по двадцать тысяч опыта. Для их уровня сейчас это очень много. Но мне не жалко — за факторию я получил почти семьсот тысяч. А сколько ещё будет за её уничтожение… Плюс бонус от Алтаря, который на третьем уровне составлял двадцать пять процентов. Я мечтательно задумался.

— Мастер Мортис, — осторожно подал голос Линдар, переминаясь с ноги на ногу. — А что насчёт обучения? Тёмный Клинок… Вы обещали…

И правда. Я обещал. Но как я могу научить тому, чего не знаю сам? Я уже открыл рот, чтобы объяснить, почему обучение откладывается, как вдруг на помощь опять пришла система.

Перед глазами развернулось сообщение:

«Создать новый стиль боя „Тёмный Клинок“? Стиль будет доступен для изучения последователями фракции „Последователи Мортиса“. Настройте параметры стиля».

Менялось множество параметров: мощь, скорость, скрытность, урон Тьмой. Я взглянул на бегунок «Мощь стиля». Если выставить на максимум — сто из ста — это стоило два миллиона опыта подземелья плюс кучу редчайших ресурсов. Блин. А что так дорого? Я скрутил бегунок на минимум.

«Мощь стиля: 1/100. Стоимость создания: 100 опыта подземелья, 1 ед. костной муки, 1 литр крови игрока».

Это уже какое-то крохоборство. Подумав, я выставил пятьдесят один из ста. Сорок тысяч опыта подземелья, десять душ, ну и ресурсов… немало, конечно, но ничего критичного для моего уровня.

— Хорошо. Создать!

«Вы создали новый стиль боя „Тёмный Клинок“! Для обучения последователей требуется: 5000 ед. опыта подземелья, 1 душа, 100 некротических эссенций. Обучение каждого последующего последователя данного стиля будет стоить немного дороже».

Что? Ещё платить? Я скрипнул зубами, но отступать было поздно. Скрепя сердце я нажал «Обучить», выбрав Линдара.

Эльф вздрогнул, когда его окутала волна Тьмы. Его глаза на мгновение загорелись фиолетовым, а на руках проступили тёмные руны. Он поднял кинжал — тот самый, что я подарил ему, — и лезвие окуталось чёрным пламенем. Ийва и Громгар смотрели на него с восхищением и завистью.

— Я… я чувствую это! — прошептал Линдар. — Это невероятно!

— Это только начало, — произнёс я голосом Мастера Мортиса. — Служите мне верно, и ваша сила будет расти. А теперь — уходите. Мёртвая Падь теперь ваш дом. Возвращайтесь, когда я позову.

— Да, Мастер Мортис, — хором ответили игроки.

— Ах, да, — опомнился я. — А что касается того, что вас могут преследовать за то, что вы сделали… Не советую кому-либо когда-либо рассказывать о произошедшем здесь.

Игроки согласно кивнули.

— Ну а чтобы отвести от вас подозрения… Чтобы не дать почвы для дурных слухов, распространяемых вашими врагами… — мои глаза сверкнули.

Я дал мысленную команду, и игроки, получив сразу несколько копий в горло, отправились на перерождение. Ничего страшного. Так будет лучше для них.

Я отметил про себя забавный факт: за их убийство система не начислила мне ни опыта, ни душ, ни чего-либо ещё. Она даже убийством это не посчитала — в логах не появилось ни одной записи о смерти игроков от моей руки. Похоже, это защита от фарма душ и опыта на собственных последователях. Плюс система правильно поняла мою мотивацию: я убил их, чтобы замести следы, а не ради наживы.

Интересный момент. Значит, система не просто слепо фиксирует действия — она анализирует контекст. И если ты действуешь в рамках логики своего персонажа — в моём случае, логики Мастера Мортиса, заметающего следы, — она может подыграть. Или, наоборот, не наказывать. Это интересно, но об этом я смогу поразмышлять и позже. А сейчас — пора заканчивать с факторией.