Она кивнула, прижавшись лбом к моему.

— Не знаю, смогли бы мы с тигрицей выжить в схватке с квадом Кэша, если бы нам не было так отчаянно нужно добраться до тебя, Хит. Если бы мне не нужно было выжить ради Уайатта, Эйдена и Элайджи. Мы должны быть вместе. Прости, что я так долго с этим боролась.

— Нет, — прорычал я. — Мы это заслужили. Мы причинили тебе боль, детка. Я причинил. Даже если ты меня прощаешь, не знаю, смогу ли когда-нибудь по-настоящему простить себя.

Она завладела моими губами в свирепом поцелуе, на который я ответил с тем же пылом. Я первым тебя поглощу, Убийца.

После того как наши языки несколько долгих, великолепных секунд сражались друг с другом, она отстранилась и прорычала мне в лицо: — Заткнись. Я сказала прекратить говорить о себе такое дерьмо.

Мой член был настолько твёрдым, что причинял физическую боль. Волк обожал играть с этой девушкой в игры доминирования.

— Ты слышал нашу девушку, — сказал Эйден. Он стянул с неё футболку через голову, оставив восхитительно голой у меня на коленях. Снова шлёпнул по заднице. — Вставай, милая. Давай тебя помоем.

Она позволила ему поднять себя на ноги, изящно перешагнула через меня и встала под душевую лейку.

— Блядь, — пробормотал я, не отрывая взгляда от ручейков воды, струившихся по её подтянутому телу, пока она мочила волосы.

— Блядь, — согласился Эйден.

Она приподняла бровь. — Если вы оба собираетесь меня мыть, снимайте одежду.

Ещё никогда двое мужчин не раздевались так быстро. Я сумел оторвать себя от пола, одновременно стягивая спортивные штаны с последней ноги. Схватил шампунь Эйвери из корзинки, выдавил немного на ладонь и занял место позади неё.

— Ох, — простонала она, когда я начал втирать шампунь ей в волосы.

Стальная труба моего члена прижималась к её спине и ложбинке между ягодицами. Мы миновали точку невозврата. Это знал я. Знала она. Знал и Эйден.

Мы не выйдем из этой душевой, пока я не нагну её и не покажу, что значит принадлежать мне.

Эйден успел намылить её маленькую мочалку и теперь водил ею по всему телу, уделяя особое внимание сиськам. Когда Эйвери покрылась пеной, мы смыли её с тела и волос, самодовольно переглядываясь из-за тихого мяуканья и довольных вздохов, которыми она сопровождала наши старания.

Я взял кондиционер и принялся распределять по длинным волосам, пока Эйден отбросил всякое притворство и проник языком ей в рот. Она застонала, и пьянящий запах похоти перевёртышей пропитал влажный воздух.

Когда Эйден наконец соизволил позволить ей дышать и начал спускаться по телу, я взял Эйвери за подбородок и повернул её голову к себе через плечо. Полуприкрытые голубые глаза смотрели в мои, на губах играла мягкая улыбка. Она была совершенством, и я одобрительно заворчал.

— Я люблю тебя, Эйвери Бакстер, — прорычал я; между нашими губами оставался всего дюйм. — Люблю с первого дня, когда увидел, как ты орудуешь мечами на арене. Любил, даже когда притворялся, что это не так, и любил, даже когда ты меня ненавидела. Я буду заботиться о тебе всю оставшуюся жизнь и никогда больше не причиню боли, ты меня понимаешь?

Её глаза затуманились, и она сморгнула слёзы.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала она. — Очень сильно.

Эйфория. Я завладел её губами в грубом, собственническом поцелуе.

— Хорошая девочка. А теперь приготовься, потому что у нас на тебя планы.

ГЛАВА 38

ЭЙВЕРИ

Я откинулась в объятия Хита и прижалась спиной к его крепкой мокрой груди, пока Эйден обхватил губами мой сосок. Подразнил его языком, затем перешёл ко второму и проделал то же самое.

— Я никогда не видел настолько идеальной пары грудей, — задумчиво произнёс он между посасываниями и лёгкими укусами. — Они дразнили меня на наших занятиях. Я умирал от желания узнать, каковы они на ощупь в моих ладонях.

Хит усмехнулся, прижавшись губами к коже под моим ухом.

— В те вечера он всегда был ворчливее обычного.

Эйден проложил дорожку поцелуев вниз по животу и оказался передо мной на коленях. Поднял мою ногу себе на плечо и легко поцеловал внутреннюю сторону бедра, не отрывая взгляда. Видел ли он без очков, насколько отчаянно я его хотела? Бирюзовые кольца вокруг радужек сияли ярче, чем когда-либо, а значит, зверь был у поверхности и помогал.

— Эйден, — жалобно протянула я, но он лишь ухмыльнулся и снова прикусил моё бедро. — Пожалуйста.

— Что-то знакомое, — задумчиво произнёс Хит. — Только Эйден украл моё место, правда, Убийца?

— Вы двое часто… ах. — Я судорожно вдохнула, когда Эйден провёл языком длинную полосу по моему ноющему средоточию. — Часто делитесь вот так?

— Нет, детка, — сказал Хит. — Мы всегда знали, что однажды будем, но до тебя не встречали девушку, которой оба настолько серьёзно увлеклись.

— Уже тогда следовало понять, что это работа Луны, — сказал Эйден. Он обвёл языком мой клитор. — Какими идиотами мы были. Все четверо каким-то образом оказались одержимы одной девушкой и думали, что сможем просто не обращать внимания.

— Это была пытка, — прорычал Хит. Я ахнула, когда Эйден просунул внутрь меня один палец, затем второй. — Мы были полностью поглощены девушкой, которую считали недоступной. Знаешь, сколько раз я дрочил в душе, представляя вкус твоей киски?

Эйден втянул мой клитор в рот и довольно заворчал.

— Вкус просто невообразимо охуенный, да? — произнёс он между ударами языка. — Бедный Хит.

— Я… ох. — Я заёрзала и впилась ногтями в руку Хита, обхватывавшую мою грудь. — Эйден, я уже близко.

— М-м, — промычал он в мою скользкую кожу. Пальцы задвигались внутри быстрее и жёстче, язык метнулся — и перебросил меня через край.

Я вскрикнула, но Хит уже был рядом, чтобы поглотить вопли. Он впился в мои губы и удовлетворённо зарычал, когда оргазм пронзил тело, оставляя меня дрожащей и обмякшей в его объятиях.

Эйден лениво провёл языком по моим складкам, в последний раз поцеловал внутреннюю сторону бедра и поднялся на ноги. Я любовалась его великолепным телом — сплошными сухими, точёными мышцами и кожей, почти такой же загорелой, как у брата. Длинный толстый член тяжело висел между бёдер.

Не отрывая от меня взгляда, он вытер рот тыльной стороной ладони, а затем одарил той высокомерной ухмылкой, которую я любила ненавидеть во время наших занятий всякий раз, когда он делал нечто впечатляющее.

Хит поцеловал меня в щёку и подтолкнул к Эйдену.

— Иди к нему. Я подожду.

Эйден схватил меня за руку и дёрнул в свои объятия. Когда наши горячие скользкие тела столкнулись, я обвила руками его шею и крепко поцеловала.

Он застонал у моих губ, пятясь со мной, пока спина не упёрлась в стену душевой.

— Эйвери, — выдохнул он между поцелуями, — я люблю тебя, милая. Ты весь мой мир.

Я прервала поцелуй, чтобы посмотреть в яркие глаза и запустить пальцы в густые волнистые волосы.

Мой гениальный ягуар.

От него захватывало дух, и он принадлежал мне.

— Я тоже тебя люблю, — мягко сказала я, затем дразняще ухмыльнулась. — Профессор.

— Засранка, — заворчал он, а затем поднял меня, и мои ноги обвили его талию. Одним умелым движением руки он расположился у входа и вогнал член в меня, поглотив стон новым поцелуем.

Он жёстко брал меня у стены, вдавливаясь глубже; напряжённые мышцы нижней части живота восхитительно тёрлись о мой клитор, а член столь же восхитительно касался каждой чувствительной точки внутри. Он был точным и неумолимым, и через несколько минут я рассыпалась в его объятиях.

— Блядь, да, — прорычал он. — Вот так хорошо, милая. Отдай мне всё.

Разлетаясь на осколки, я встретилась взглядом с Хитом поверх плеча Эйдена. Он стоял под душем и гладил свой член, пока горячая вода струилась по золотистому телу, а в глазах пылали вспышки волка.

Эйден простонал мне в шею. Толчки замедлились, после чего мы обменялись ещё несколькими неторопливыми поцелуями, пока его бёдра по-прежнему прижимали меня к стене.