— Армейских порядков. В армии Империи Чжунхуй, уже были случаи, когда трибунал судил командиров за то, что они выполняли приказы случайных людей. С тех пор, назначенный на должность командир, когда представляется подчиненным, обязан предъявить свидетельство собственной компетенции. То есть, патент на присвоенное ему звание.
— То есть, должна быть бумага, уверяющая, что ты не идиот?
— Я не стану это комментировать.
— Хорошо, но ведь когда ты служил в ЧВК, ты имел патент?
— Имел и до сих пор имею. Но это патент военного консультанта. Он не дает мне права занимать командные и штабные должности в Армии Империи Чжунхуй. Только в частных структурах.
— Идиотизм! Ладно, вряд ли сейчас кто-нибудь будет тебе не подчиняться. В крайнем случае, у нас есть свои люди, которые смогут повлиять на несогласных.
— Не хотелось бы так поступать. Потом это выйдет боком не только мне, но и вам.
— Сяо! Занимайся своим делом. А я займусь решением еще и этой проблемы. Кстати, наши люди тоже имеют патент военного консультанта?
— Да госпожа. Все до одного. Только квалификационные категории у нас разные.
Опасения Сяо не подтвердились. Попавшие в сложный переплет кадровые вояки, молча признали его лидерство. Видимо те, кто ближе к земле, меньше склонны к бюрократическим дрязгам. А спустя три дня, на военном совете произошло из ряда вон выходящее событие.
— Господа! Слава Небу и Звездам, но связь не только со Штабом, но и Генеральным Штабом у нас пока еще есть, — Лю Минь прошлась взглядом по всем участникам совещания и продолжила, — позавчера, я связалась с начальником Генерального Штаба маршалом Барас-сотэ. Я просила его помочь мне устранить некоторые неясности, связанные со статусом моих служащих. Сегодня я получила официальный ответ. В нем сообщается, что как руководитель суверенной корпорации, я имею право на формирование своих вооруженных сил и за мной признается статус главкома союзных Империи сил. Более того, отныне, статус военнослужащих моей корпорации, считается равным статусу военнослужащих Вооруженных Сил Империи. За мной признано право, присваивать воинские звания своим подчиненным., чем я сейчас и воспользуюсь. Советник Сяо!
— Я, госпожа!
— Данной мне властью, я произвожу вас в чин старшего полковника Армии Лю.
— Служу Небу и Звездам!
— Поздравляю вас Сяо, вот ваш патент. К сожалению, я не имею права дать вам более высокий чин. Хотя вы этого и достойны.
Вслед за Лю, его начали поздравлять все, кто присутствовал на совещании. Поздравляли искренне. И он их прекрасно понимал. Одно дело, подчиняться приказам наполовину штатского типа, а другое — собрату по ремеслу. Да и угроза наказания, за выполнение приказов самозванцев, исчезала напрочь.
Но это было еще не все. Вручив должным образом оформленный патент, Лю озвучила еще одну новость: Генштаб пришел к выводу, что в сложившейся обстановке, управлять серьезной группировкой с орбитальной станции будет неразумно.
— Приказом маршала, наш "Табор" отныне считается Первой армейской группой, чьим командующим отныне считаюсь я. Начальником штаба группы, отныне назначен старший полковник Сяо.
А вот это вызвало оживление. Нужно было время, чтобы генералы переварили эту информацию. Заверенный маршалом экземпляр приказа, был выведен на экран планшета. А на другом экране, где отражалась текущая обстановка, часть значков сменила цвет. Как только это произошло, все опешили.
Получалась интересная вещь: войска корпорации Лю, как были, так и остались обозначенными красным цветом. Зато войска Империи Чжунхуй, стали обозначаться зеленым цветом. Что это такое — известно было всем. Получалось, что войну с русскими ведет Армия Лю, а войска Империи, это не более, чем союзники Лю. Причем, союзники не равноправные, а подчиненные. Такого здесь еще никто не видел. Многие впали в ступор.
— Да, господа, ваши глаза не ошибаются. Войну с русскими ведет моя корпорация. А вы всего-лишь нам помогаете, — Лю Минь не скрывала от всех своего торжества.
С той поры прошло несколько дней. Ставший старшим офицером не существовавшей ранее армии, советник Сяо показал всем, что способен отлично справиться с задачами любой сложности. А сложности возникли. Текущая обстановка менялась стремительно. Когда Первая мотострелковая бригада русских нанесла свой удар, то он, старший полковник Сяо, пожалуй был единственный, кто не растерялся. Вместо того, чтобы пытаться затыкать "дыры", он просто позволил русским влезть вглубь боевых порядков своих войск. Фланговые же его группировки как ни в чем небывало, продолжили марш. На следующий день русские сообразили, что сами лезут в "мешок" и пулей выскочили назад. А затем их командир поступил так, как Сяо и ожидал: попытался остановить его войска. Видимо тот, кто и организовал неплохо исполненный первый удар, сейчас занялся чем-то другим, а штатный командир, иначе, чем по шаблону, действовать не умел. Вместо того, чтобы найти в боевом порядке чжунхуйских войск уязвимое место, он растянул бригаду на широком фронте, а промежутки пытался закрыть полями роботизированных боевых систем. Глупец! Его подразделения утратили всякое взаимодействие друг с другом, а потому им приходилось отбиваться от превосходящих сил противника, не получая ни малейшей помощи от соседей. А уж неприкрытые войсками защитные поля, Сяо очень порадовали. У "Табора" уже давно были проблемы с вооружением, а тут еще потеря господства в воздухе и как следствие прекращение всяческого снабжения. Русский командир, принявший решение прикрыть фланги опорных пунктов этими заграждениями, сильно облегчил жизнь советника Юэ. Теперь, руководимые им работники, деактивировали эти поля, вынимали из земли контейнеры и пускали их начинку на производство импровизированных боевых систем. Передвижные заводики, теперь пекли оружие как пирожки и превосходство русских в тяжелом вооружении потихоньку уменьшалось. Все это, конечно ненадолго, но ведь и до терминала осталось дойти всего ничего. Дня два-три и можно считать, что русские потеряют свой шанс на выигрыш войны.
Сяо еще больше уверовал в это, когда русские ввели в дело свою Вторую мотострелковую бригаду. Тут уж у них вообще ничего хорошего не получилось. Замысел противника был не только разгадан, но и сорван. И сорвали этот замысел "молодые негодяи". Правда, им не хватило ни сил, ни умения для того, чтобы осуществить разгром, но чувствительные потери в живой силе и технике русские все-таки понесли.
Теперь, нужно было не испортить достигнутый успех. Для этого, нужно было понять, что делать дальше. Можно было просто продолжать удачно начатый прорыв. А можно было дать войскам небольшой отдых, а потом совместить продолжение прорыва с началом разгрома всей Сталинградско-Туркестанской группировки русских. Первый вариант гарантировано приводил к успеху, но не сулил громкой славы. Второй вариант, был более заманчив, хоть и рискован. Удайся он, и громкая слава ему обеспечена. Как быть?
"Итак, честно говоря, хороши оба плана. А смущает меня то, что как только у русских возникнет кризис, сюда немедленно примчится Субудаев. Я не знаю, где он воевал раньше. Я только чувствую, что эта война у него не первая. Чтобы он не испортил мне задуманное, нужно действовать настолько стремительно, насколько только возможно. Нужно продумать план сражения тщательно. Очень тщательно. Мы должны заставить его войска все время опаздывать, даже если он придумает нечто необычное. Правда, по первому варианту сложностей нет. Русские уже не успевают нам помешать выполнить задуманное. А по второму варианту? Плохо то, что для подготовки второго варианта нужно несколько дней. А это потеря темпа. Или все-таки дать армии отдохнуть? Немного, всего три дня".
ЦАРЕВ-ГРАД. МАРИНА ЛЕОНИДОВНА.
Никогда русский народ не жаловался на отсутствие врагов. Об этом Марина Леонидовна прекрасно знала. И мнение о причинах, постоянно порождавших вражду соседей, у нее сложилось давно. То, что окружающий мир, враждебен, стало для русских людей несомненной истиной еще в те времена, когда Третий Рим только появился на свет. Естественно, что такое состояние дел никого на Руси не устраивало. Попытки поладить с соседями миром, предпринимались постоянно. Заканчивались эти попытки очередными войнами. Трудно было понять причины несговорчивости соседей. У нее сложилось впечатление, что Россия была всегда лишней. Она мешала всем самим фактом своего существования. Настолько мешала, что смириться с ее существованием в любом виде никто не согласился. Грустный вывод предков, что у нее нет союзников кроме собственных вооруженных сил, подтверждался с завидным постоянством. Кому, как не ей это знать. Именно поэтому, она искренне радовалась тому, что пришельцы из прошлого, сумели создать этого союзника.