— Хюммель! Твои орлы за болотом следят?
— Так точно, глаз с него не спускаем!
— Результат?
— Сведения еще не подтвердились, но похоже, что там устроена тайная переправа в две нитки.
— Что вызывает сомнения?
— Размытость признаков. То ли не совсем тщательно замаскированная переправа, то ли ложная переправа. Трудно разобрать.
— Активность противника в этом месте?
— Практически нулевая.
— Переправа прикрыта?
— Да, прикрыта. Но прикрытие какое-то слабое.
— Организуй поиск, мне нужно это знать точно.
Итак, те части, что ведут наступление, ведут его через простреливаемое нами дефиле и в сторону речных переправ. На болоте было активное копошение, а потом все затихло. Если переправа настоящая, а ей не пользуются, значит она должна сыграть свою роль несколько позже. А это значит, что Девятая дивизия там скоро появится.
ИМПЕРИЯ ЧЖУНХУЙ. ЗАПРЕТНЫЙ КВАРТАЛ СТОЛИЦЫ.
Чужой пример иногда бывает заразительным. После общения с Арису, первый секретарь канцлера, начал именовать русских не иначе, как "лаоваи". Было что-то обнадеживающее в этом старинном названии. А надеяться на лучшее очень хотелось. Первый удар по флоту Демократического Сообщества был недостаточно силен. Враг не потерял способности к ведению активных действий. Конечно, десантные силы флота пиндосов сейчас не могут быть брошены на чашу весов, но и Империя не может вести захват ключевых опорных пунктов Сообщества. Лаоваи не дают такой возможности своим упорным сопротивлением. Мун Бяо давно уже пришел к выводу, что с Немезидой пора заканчивать конфронтацию, выводить оттуда войска и устанавливать с ней нормальные отношения. Именно эту мысль он и пытался довести до господина Великого Канцлера. Напрасно! Как оказалось, Ван Ман и сам склонялся к такой мысли. Но не все так было просто:
— Эта война резко повысила политическую значимость силовых ведомств. С ними теперь стало труднее спорить. И если армейский Генеральный Штаб еще можно убедить в целесообразности таких предложений, то Флот и полицию — не выйдет. Те даже рады, что армия увязла на Немезиде.
— Но господин Великий Канцлер, разве Флот отказался от десантных операций?
Вместо канцлера ответил участвовавший в разговоре маршал Барас-сотэ, начальник Генштаба Армии Чжунхуя:
— Флот сейчас создает свои собственные десантные силы. В этом его поддерживают не только некоторые влиятельные политики, но и руководители ряда промышленных корпораций.
— То есть, армию хотят сделать ненужной?
— Не только армию. Космические Силы Полиции тоже жалуются на наглость флотского руководства.
"А ведь это уже нарушение существовавшего до сих пор баланса. Силовики грызлись всегда, но преимуществ никто из них не имел. Стоило армии увязнуть в обороне врага, как флот сразу увидел в этом свой шанс. Интересно, у пиндосов все, как у нас или трения между силовыми составляющими незначительны? Впрочем, думать нужно не об этом. Этот фактор влияния на политику Сообщества нам недоступен. Пока недоступен. Ключ к благополучному завершению войны, сейчас зависит от событий на Немезиде. Еще не поздно помириться с лаоваями и высвободить войска, занятые там. А дальше, несколько удачных десантов в ключевых местах и с Сообществом можно будет говорить совсем по-другому".
— Господин Мун Бяо! Как Вы считаете, если мы предложим лаоваям почетный выход из этой войны, они согласятся не проявлять вражды к Чжунхую впоследствии? — обратился к нему Барас-сотэ.
— Я поручусь лишь за то, что они не будут дружественны Сообществу. Будут ли они лояльны в отношении нас — за это никто не может поручиться.
— То есть, повлиять на позицию их правящей верхушки мы не в состоянии?
— И раньше не могли, а сейчас тем более. Мы им невольно развязали руки и дали свободу действий. Говорить нам за это "спасибо" они не станут. Ибо ни о чем нас не просили.
— А с помощью методов экономического давления?
— Не выйдет. Им есть из чего выбирать. Ведь они открыто не ссорились с Сообществом. От торговли с нами они не откажутся, но и с прежними клиентами будут торговать, как торговали раньше, только без посредников. Мешать их торговле — возобновить вражду, а ведь мы хотим ее прекратить.
— Отношения вассалитета их тоже не устроят? — спросил канцлер.
— Все мои агенты, уверяют, что на это они не пойдут.
— Почему?
— Долго объяснять.
— А Вы попробуйте!
— Хорошо! Все дело в том, что верхушка лаоваев, хорошо выучила урок, Их прежняя элита, веками стремилась войти в цивилизацию Мэй Го Лао. Она наивно уповала на расовую и культурную близость и совершенно не понимала простой вещи: в чужом доме, ты никогда не будешь равным. Пиндосы не спешили просвещать их на этот счет, более того, они старались поддерживать среди лаоваев подобное заблуждение: мол еще немного и вы станете одними из нас. На деле же, они использовали силу и таланты лаоваев в своих интересах, не забывая их при этом грабить. Конечно, среди лаоваев хватало умных и дальновидных людей, которые это понимали. Именно поэтому лаоваи и оставались сильными и свободными. Тогда пиндосы разделили их народ. Они сумели убедить элиту лаоваев в том, что помехой к полному слиянию Лаовая и Мэй Го Лао, является народ этой страны. И когда элита, проявив слепоту, оторвалась от своего народа, их держава рухнула. Впрочем, все мы про это знаем. Знаем и то, что гибели самого народа не произошло лишь потому, что хватало среди лаоваев "непримиримых".
Именно среди "непримиримых" и возникла новая элита. Фактически — это новая аристократия. И эта аристократия хочет не выгодных местечек у стола хозяев Вселенной. Она жаждет сама стать хозяином жизни.
— Любая аристократия рано или поздно разлагается и становится подвержена губительным соблазнам.
— Уверяю Вас, у лаоваев это произойдет не скоро. Они извлекли правильные уроки из собственных неудач. Нынешняя аристократия смотрит на свой народ не как на источник наживы и ограбления, а как на источник неиссякаемой силы. Образно говоря, если верхушка, это наконечник копья, то народ является древком этого копья. Для них народ, что оружие для настоящего воина. Ведь воин не предаст свое оружие?
— Похоже на сказку. Может, Вы заблуждаетесь?
— Если бы! Уверяю Вас, что сейчас их аристократия не выжила из ума. Наоборот, ее влияние в народе постоянно растет. Ее авторитет сейчас высок и она много делает для того, чтобы остаться для народа авторитетной и уважаемой. Всякий, кто не понимает и не принимает этой политики, безжалостно изгоняется.
— Значит, недовольные все-таки имеются?
— Имеются, но они не имеют никакого веса в обществе.
— Но ведь любым человеком можно манипулировать…
— Я понял, что Вы хотите сказать. Сейчас это не имеет смысла. Кроме аристократии, есть еще верховная власть и народ. И власть и народ сильны сами по себе. И народ лаоваев не бесправен. Кто бы не отклонился от Истины, его всегда поправят. Есть кому и есть чем.
— Вы не преувеличиваете?
— Прочтите все мои доклады на эту тему. В них я привел все доказательства этим выводам. Наши шпионы вовсе не наивны. Они умеют правильно понимать суть идущих событий.
— Я их читал. Кстати, Вы продолжаете верить в то, что лаоваи вот-вот спустят с цепи своего пицзецы?
— Верю, потому, что разглядел в этих сказках рациональную основу. И мне не хочется, чтобы в результате совершенных нами ошибок, к нам пришел этот ужасный пицзецы.
Глава 37
ТУРКЕСТАН. РАЗВАЛИНЫ КОМБИНАТА ВЫСОКИХ БИОТЕХНОЛОГИЙ.
Собственно говоря, развалинами все это числилось на карте. На самом деле, это были покинутые задолго до войны строения. Покинули потому, что произошла серьезная авария. Результатом аварии было заражение местности. Людей из окрестностей предприятия срочно эвакуировали, а затем долго и старательно ликвидировали последствия аварии. Сейчас, даже самый въедливый эколог, не стал бы возражать против восстановления прежнего производства. Но люди сюда не вернулись по многим причинам. Так и стоял комбинат никому не нужный, равно, как и рабочий поселок рядом с ним.