Все оказалось не так. Русские не только не попятились, они сами набросились на прорвавшихся к ним солдат. И опять редкий в эту эпоху рукопашный бой, победа в котором дается очень тяжело. Группа Пэн Туана, сумела пройти дальше всех, они даже сумели ворваться в диспетчерскую и завязать бой с операторами. Это был их последний успех. Спустя мгновенья после начала схватки, их атаковал сильный резерв противника. Это было последнее, что майор успел запомнить. Пришел в себя он уже в плену, в госпитальной палате.
Чем закончить прощальное письмо к своему сыну? Последние, прощальные слова, следовало хорошо обдумать.
Как сложится его дальнейшая судьба, он прекрасно знал. Его освободят после окончания боевых действий, это русские обещали твердо. Ему даже вернут при этом личное оружие, это тоже обещано.
А вот возвращаться к своим он не станет. Сразу, после возвращения ему личного оружия, он выполнит последний долг, что диктовала ему совесть. Ибо не годится командиру возвращаться из боя живым и здоровым, если полегли в том бою те, кого он вел за собой.
Пэн Туан не знал, что в тот день, когда он попал в плен, на своем командном пункте, застрелился генерал Тен, не сумевший выполнить поставленную перед ним задачу.
Глава 28
ФЕЛЯЙН-БЕЙ. ШТАБ ОБОРОНЫ НЕМЕЗИДЫ.
Бригадный генерал Лоуренс Гланц, лорда Валлентайна знал достаточно давно. Когда то, они вместе учились в знаменитой Королевской Военной Академии в Сандхерсте. А это очень много говорит тем, кто в этом понимает. Это вам не паршивый Вест-Пойнт, где дают кое-какие знания всякой швали, которую рекомендуют мелкие политиканы планетарного уровня. Поступить в Сандхерст дано немногим. Здесь мало иметь отличные знания и высокий IQ, здесь не такую уж большую роль играет и богатство твоих родителей. В дополнение к этому, здесь нужен, как говорят русские "огромный блат". А блат, за деньги не купишь. Его нужно иметь смолоду. Поэтому, 90 % кадетов, принятых в Сандхерст — это те, кто связан с Семьями очень тесными узами. А остальные 10 %?
А вот остальные кадеты были более простых кровей. Это те, кем осуществляют необходимую ротацию кадров. Приток свежей крови так сказать. На деле, эта ротация внутренняя. "Свежая кровь" перетекает с более нижнего уровня правящих семей. Главный критерий отбора? В принципе оцениваются кандидаты по деловым качествам, но так, как желающих поступить всегда больше, чем вакантных мест, то дополнительный конкурс проводится. Каким образом? Да на основе того же блата.
Тем не менее, оценивать выпускников Сандхерста, как балованных и капризных особей не стоит. Это в школе для быдла, существуют всевозможные поблажки учащимся и бдительный контроль за соблюдением их прав. В элитных учебных заведениях, все наоборот. В роликах и буклетах, рекламирующих эти школы, четко и ясно написано: "Спальни не отапливаются!". В школе для простонародья, не только учитель, но даже и полиция не имеет права принять решительные меры к расшалившемуся ребенку. У элиты не так. Там, где учатся ее дети, есть и телесные наказания для провинившихся, и лишения завтрака для любителей опаздывать, и карцер для наиболее строптивых.
За грубое нарушение освященных временем правил, безжалостно выгоняли даже детей очень влиятельных родителей.
Здесь тщательно прививали хорошие манеры своим воспитанникам, но демонстрировались эти манеры только на людях. Внутри же, когда этого не видели посторонние, традиционно процветала грубость нравов. Старшие издевались над младшими, заставляя в обязательном порядке проходить унизительные для личного достоинства обряды инициации. И можете быть уверены в том, что ни один защитник прав детей и молодежи, туда носа не совал. Жаловаться на грубость и суровость обычаев считалось дурным тоном. "Традиции, сэр!"
Вот за несоблюдение этих традиций и следовало самое страшное наказание — изгнание из своего круга. Изгой никогда не попадет в ряды элиты. Лузеры и слабаки здесь презирались.
А что творилось по ночам в неотапливаемых спальнях? Об этом, даже под закат жизни старались не вспоминать.
И Гланц, и Валлентайн, такую школу прошли. Именно поэтому, один служил в высших эшелонах разведки, а другой был начальником гарнизона целой планеты с полномочиями генерал-губернатора.
Сам Гланц торчал на этой планете достаточно давно, но правильно понять, что происходит вокруг на самом деле, никак не мог. И потому, не знал, что ему делать дальше. Счастье еще, что чжунхуям, увязнувшим всерьез в войне с русскими, было сейчас не до него.
Вот для того, чтобы помочь Гланцу правильно разобраться в происходящем, сюда и прибыл лорд Валлентайн.
Сидя в рабочем кабинете Гланца, они вели свою обстоятельную беседу:
— Лоуренс, дружище, я тебя не узнаю, ты ведь не имеешь привычки теряться. Сколько я тебя помню, ты всегда умел действовать не только разумно, но и решительно. Что сейчас на тебя нашло?
— Чарльз, а какие такие решительные меры, я могу предпринять сейчас? Я их мог принять раньше, еще три года назад, но меня постоянно одергивали, требовали не лезть не в свои дела. Я вынужден был пустить все на самотек, хотя предотвратить случившиеся, можно было легко и просто.
— Дружище, вот поэтому, тебя и засунули сюда, а меня прислали тебя наставлять на путь истинный: ты не понимаешь вещей, которые очевидны.
Что правда, то правда, Лоуренс торчал здесь давно, почти десять лет, а Чарльз прибыл сюда на днях. Именно образованные "дыры" в прежней системе орбитального контроля за окружающим пространством, позволили его челноку беспрепятственно совершить посадку на территории базы. Прибыл он не один. Вместе с ним обитателями Феляйн-Бея стало четыре десятка разного рода специалистов.
— Давай для начала задай волнующие тебя вопросы, я на них дам ответы, а потом перейдем к тому, ради чего я сюда прибыл.
— Тогда первый вопрос: Что сейчас происходит в Пространстве?
— Полный аналог Пирл-Харбора. Ты должен помнить, что это означает.
— То есть, ты считаешь, что сейчас чжунхуи обладают полным господством в открытом пространстве?
— Временным. Им нечем закрепить свои начальные успехи. Пройдет время, и статус-кво будет восстановлено. И в этом Лоуренс, есть и твоя немалая заслуга.
— В чем заслуга? В том что я не лез не в свои дела?
— Именно так! Ты всегда был исполнителен, когда требовалась исполнительность и умел проявить инициативу, когда требовалась именно инициативность. Вот потому, ты и торчал в этой "дыре". Другой человек, поставь его вместо тебя — все бы нам тут испортил. Кстати, твой Фрэнк Жюпен именно из таких. А ведь были люди, предлагавшие его на твой пост.
— Давай не будем трогать Фрэнка. Я его прекрасно понимаю и не осуждаю. И как не смотри, но его действия сохранили нам еще один весомый козырь.
— Ты уже понял, о чем я говорю. В рамках местной инициативы, он принес нам пользу, но в рамках галактической стратегии, сотвори он подобное на всей Немезиде, мы бы ее потеряли и как бы не навсегда.
Упомянутый Фрэнк Жюпен, в то злополучное утро, устроил чжунхуям настоящий погром на Одесском терминале. В результате, сохранен не только терминал, но и контроль над местным россиянским сектором. Его стараниями, в руках Сообщества остался еще один плацдарм на этой планете. Именно так Лоуренс и сказал Чарльзу.
Вообще, ему не нравилась та политика в отношении русских, которой придерживалось Сообщество в последние годы.
Создание первого армейского подразделения на Полигонном острове, его разведка отследила быстро. Прикончить этот зародыш будущих проблем, труда не составляло. Но ему сказали: "Нет! Пусть все идет как идет".
Когда и его разведчики, и полиция россиянских секторов зафиксировали резкое возрастание реваншистких настроений в русском обществе, Лоуренс забил тревогу. Нападения русских экстремистов на зверинцы, давали прекрасный повод для пресечения беспорядков. Но на "верху" опять сказали: "Сиди спокойно и не дергайся!"