— Ох Костя! Опасны эти игры. Влезете вы в них и сами не заметите, что начали играть по их нотам.
Вот уж озадачила, так озадачила! Впрочем, прежде, чем что-то решать, следовало узнать мнение своего ближнего круга в лице канцлера да князь-кесаря. Пришлось их собрать и посвятить в эту пока еще тайну. Сказать, что соратники чего-то не поняли, не скажешь.
— Я так понял, что если сидеть на заднице ровно, то ждут нас страшные беды, — канцлера явно обеспокоила эта новость, — уклониться от борьбы уже не выйдет. Мы помешали и продолжаем мешать бизнесу весьма "уважаемых" людей. Люди эти обладают огромным влиянием и столь же огромными возможностями. Так что лучше нам будет полагать, что новая война уже началась. Нас уже не простят.
— Поддерживаю мнение Александра Дмитриевича, — Крылов тоже не скрывал своего беспокойства, — и Марина твоя права. Одними тайными играми тут не обойдешься. Они в таких делах нам могут большую фору дать. А уж если они имеют влияние на заметную часть верхушки Сообщества, то нечего и говорить тут. Я кстати и Империю со счетов не стал бы сбрасывать. Вряд ли сатанисты и там не отметились.
— У тебя есть возможность что-то узнать про Империю?
— Нет, Александр Дмитриевич, совсем нет. Ни агентуры, ни даже просто друзей. Ты прав, эти черти могут и там отметиться. Вот только как их искать нам?
— Погоди Вань, если их искать еще и там, то это будет простое распыление сил. Только почему ты не хочешь завести там себе друзей. Госпожа Лю — это можно сказать наша лучшая подруга. Не думаю, что ей понравится гадость в собственном доме.
— Можно конечно и с ней поговорить, только поймет ли она все правильно. Знаю, что не дура. Но ведь тут мало обычного ума.
Император слушал рассуждения своих соратников и пока что не вмешивался. Радовало то, что они не стали прятать головы в песок. Гибель Старой России все-таки привило иммунитет против беспечности. А то, что сейчас они не могут дать конкретного совета — не беда. Подумают хорошенько, что-нибудь выдадут. Как говорили мудрые предки: "Если долго мучиться, что-нибудь получится". Найдется выход и из этой ямы. Главное, что опасность известна. Время на то, чтобы придумать, как от нее избавиться, еще есть. Нужно только его попусту не транжирить.
"Умеют однако эти черти устраиваться на новом месте! Никакого сравнения с нами. Хотя чему тут удивляться? Прежде, чем к нам пришел достаток, мы над каждой копеечкой тряслись как над дорогим дитем. Тут не до роскоши было. Целые поколения рождались и умирали в тех домах, что построили первопоселенцы. Но и потом нам было не до красот. Когда приходится делать выбор между новым заводом и новым домом, побеждал завод".
А любоваться было чем. Мейксиу — столица Люйского государства имела все шансы на то, чтобы со временем соответствовать своему названию. Во всяком случае элементы "красивого изящества" были налицо. С теми средствами, которыми располагала Правительница Лю, можно было позволить себе многое. Несмотря на то, что городу не исполнилось и десяти лет, выглядел он выигрышней чем Москва Немезидская.
Александр Дмитриевич был прекрасно осведомлен о том, что Люйская столица сейчас единственный на планете город, который может претендовать на красоту. Прочие города и поселки, являли собой ровные кварталы стандартных домиков, казарм и просто бараков, возведенных из самых дешевых материалов и конструкций. Даже для владелицы корпорации, чей достаток превосходил общий достаток всех граждан Немезидской Руси, было неподъемно тратить значительные средства на красоты.
Прекрасно понимая разницу между реальным и мнимым могуществом, правительница сейчас вкладывала свои капиталы в промышленность и науку, торговый и военный флот Армия и спецслужбы тоже не сидели на голодном пайке. Но главной заботой правительницы были люди.
Это было видно невооруженным взглядом любому, кто хоть раз совершал прогулку по столице и ее окрестностям. Впрочем канцлеру про это подробно рассказал посол. По его мнению, Лю много чего позаимствовала из увиденного на Немезиде. А что не увидела она сама, то взяли на заметку побывавшие с ней на войне сотрудники корпорации.
Ценным было не то, что она заимствовала. Понятно, что перенимая полезное, она тем не менее идет своим путем. Самым ценным была ее направленность на длительное сотрудничество с Русским Миром. Сейчас, когда нужно было стабилизировать экономику Немезиды, посредничество Лю в этом деле значило очень много. Ее страна стала не только посредником в сделках. Буквально вчера, Александр Дмитриевич подписал целый пакет соглашений о поставках для суверенной корпорации русского промышленного оборудования. А ведь еще были намеки на то, что они не прочь закупать и производимые в Берложье транспортные корабли.
Все это было хорошо, но не за этим он сюда приехал. С этим мог справиться любой из его заместителей. Про истинную цель его визита знало только три человека на Немезиде. Но сразу поговорить на эту тему с хозяйкой планеты не удалось. Посол, уже обжившийся здесь и знакомый с местными порядками, объяснил ситуацию так:
— Тут Александр Дмитриевич без сложных церемоний не обойтись. Суверенитетом суверенитетом, но делать все, что ей заблагорассудится, правительница не может. Переговоры с другими державами, она имеет право вести только в присутствии полномочного представителя Сына Неба и Звезд.
— А если нужно что-то оговорить без посторонних?
— Увы! Это очень сложно, — развел руками собеседник, — подобная практика считается признаком нелояльности к Сыну Неба и Звезд, а иногда трактуется как измена. В окружении госпожи Лю достаточно людей, способных сообщить об этом заинтересованным людям. А тут дело ведь такое… В общем, статус суверенной компании — редкий случай. Кому попало его не дают. При этом, компанию могут оставить в целости, а на место прежнего владельца придет совершенно другой человек. Желающих столько, что сохранить что-либо в тайне невозможно.
— Но ведь должны быть у нее люди, которые ее никогда не предадут?
— Таких людей немало в ее окружении, но немало и таких, от которых она рада избавиться, да не в ее это силах.
Пришлось приложить немало усилий, чтобы довести до госпожи Лю просьбу об организации приватной встречи. На это ушла считай неделя. Все это время, чтобы у недругов не возникали подозрения, канцлер вынужден был участвовать в работе разного рода комиссий, решая второстепенные вопросы. Наконец согласие было получено и его с величайшими предосторожностями скрытно доставили в роскошный загородный дом на горе Нинг. Там его по системе причудливо расположенных коридоров, его провели в помещение, в котором и встретила его сама хозяйка.
— Странное место для встречи, — потрясенно пробормотал он оглядев комнату, — извините меня госпожа Лю за грубую откровенность, но серьезные разговоры тут вести затруднительно.
Место для переговоров было действительно оригинальным. Первое что бросалось в глаза — огромных размеров роскошная кровать. Рядом с кроватью стоял столик украшенный яркими цветами, а по другую сторону кровати столик красиво сервированный разного рода закусками и напитками. Стены комнаты украшали очень уж откровенные изображения любовных сцен. Сама хозяйка встретила его одетой более чем откровенно. Александр Дмитриевич так и не понял, было ли на ней что нибудь еще под полупрозрачным халатом.
— Господин канцлер, лукаво улыбнулась хозяйка, пусть вас не смущает ни эта обстановка, ни мой вид. Все, кому это интересно, прекрасно знают, что в этом доме я провожу время со своими любовниками. Поэтому, желание иметь комнату, защищенную от мониторинга выглядит естественно. Не могу же я заниматься только важными делами. Молодость и здоровье просто требуют, чтобы у меня была иногда личная жизнь.
— Тогда все понятно. Вот только сейчас вам придется забыть о личной жизни. То, с чем я пришел, весьма серьезно.
— Я поняла. Тогда давайте поступим так. Вон та панель — это дверь, а левая грудь нарисованной на ней красотки — обычный сенсор. Пройдите в комнату, расположенную за этой панелью и подождите меня. Мне нужно одеться более подобающе.