— И чему же Вы собрались учить прихожан? — заинтересовалась царица.
— Тому, что мир окружающий нас, погряз в грехах и неправедности. Что всякий раз, когда это происходит, Господь наш, в доброте своей, посылает людям своих карателей. И кто это будет, как не народ, сохранивший себя в чистоте и праведности? Ведь призывал Христос: "Продай одежды и купи меч!" Вот когда люди ответят: "Господи! Есть у меня два меча!" — значит, служение мое принесло пользу.
— Семеныч! Ты разошелся, прям как замполит на партсобрании! — влез в разговор я, — скажу тебе по-другому: кончай маяться дурью! Волка можно запереть в монастыре, но все-равно он смиренным от этого не станет. Ты же искусаешь всех, кто станет тебе поперек! Какая ряса? Тебя учили большему, нежели меня. И все это зря? Тебе напомнить о таланте, зарытом в землю? Или тебе больше говорить не о чем?
Царица, увлеченная речью Семеныча, разочаровано сказала:
— Разве Вам не интересны рассказы о службе? Михаил Семенович неплохо о ней рассказывает.
— Марина Леонидовна, давайте не будем за столом о службе говорить! А то подумают, что мы уже напились, — увидев легкое недоумение на лице царицы, я пояснил:
— Это просто из древнего анекдота, при случае расскажу.
— Хорошо, тогда вот какое дело, я конечно царица, но диплом у меня историка. Расскажите мне пожалуйста, как на самом деле Вы завоевали Русь? Поверьте, для меня это удача, о которой историки могут только мечтать! Встретить средневекового полководца воочию, пусть даже и в другом обличье.
Я вопросительно взглянул на императора.
— Рассказывайте Иван Руссиянович, Марина в курсе Вашей истории попадания к нам.
— Хорошо! Начну с того, что когда я вселился в Руссияна, мне довелось читать Ваши книги о том, как все это происходило. Так вот, там все описано неправильно! Побежденным противникам, всегда стыдно говорить о настоящих причинах поражения, поэтому они выдумывают сказки о врагах. Это было еще тогда. Мудрецы, далекие от воинских походов, расспрашивали своих воинов о случившемся. Но вот меня никто не спросил. Воины, проигравшие войну, неохотно говорили о своей вине. Гораздо приятней, им было говорить о том, как храбро они сражались с несметными силами победителя. И мудрецы, не способные отличить верхового седла от вьючного, охотней верили своим несостоятельным хвастунам. И не верили тем, кто говорил им горькие вещи.
С чего же мне начать? Вот пишите вы историки, о тех несметных полчищах, которые шли на войну. Причем именно монголов. Но ведь монголов, участвующих в Великом Западном походе, была жалкая кучка. Да и я не монгол. Решение о походе на Запад, принял еще мой первый Повелитель — Чингиз-хан. Поначалу, речь шла лишь о войне с кипчаками. Джучи, которому это было поручено, вел войну, натравливая окрестные народы на кипчаков, тщательно сберегая свое войско. Толк от этого поначалу был. Ломая главного врага, он потихонечку подминал под себя союзников. Но затем, кипчаки, усвоившие эти уроки, начали поступать так же. Годы шли, а война не прекращалась и до победы было далеко. А после смерти Джучи, война вообще зашла в тупик. Это произошло потому, что потомство Чингис-хана, грызясь за власть и славу, начало действовать вразнобой. Хитрые кипчаки, сумели повернуть дела в свою пользу. Те ошибки, что совершили царевичи на этих землях, привели к тому, что даже часть союзников стала нашими врагами. Сам Бату — хан, не был полновластным хозяином улуса. Местные властители, пользуясь разногласиями в стане чингизидовичей, потихоньку набирали влияние. Хитрая дипломатия себя исчерпала, и только война могла положить этому конец. И тогда, Великий Хан дал приказ мне, отправиться на помощь Бату. Много войск он дать мне в помощь не смог. Ибо войска были нужны и в Китае и южнее Каспия. С собой я взял свою личную сотню и Ямскую тысячу. Только не надо думать, что это была настоящая сотня и настоящая тысяча. В личной сотне моей, служило шестьдесят отборных воинов. Ямская тысяча состояла из Степной и Лесной сотен. Ну, и еще сотни три людей, чьей обязанностью было содержать воинский лагерь.
Войск как видите, было немного. Но их и не нужно было много. Главную свою надежду, я возлагал на Ямскую тысячу.
— А это еще что за войска такие?
— Это, Семеныч, гонцы, доставляющие донесения от войск мне и мои приказы войскам.
— То есть фельдегеря?
— Они самые! Ведь главное, не столько численность войск, сколько их управляемость и дисциплина.
— Ну, с этим у вас был полный порядок! Если за одного труса казнить целый десяток…
— Ага! А за десяток трусов, казнить сотню! Семеныч! Это Марина Леонидовна еще поверит в подобную чушь, ей простительно верить в это. Но ты ведь человек военный! Если у тебя сотня воинов всего, а один десяток дрогнул, то всех своих и казнишь? А как ты это сделаешь? И с кем воевать потом будешь? Да воинам проще командира убить, чем жить по таким порядкам!
— А что репрессий у вас не было?
— Были Константин Ильич! Вот только не в таких масштабах. Да сами судите, римляне, казнили каждого десятого из тех, кто струсил! И им этого хватало! Один раз проведут децимацию и несколько веков живут без проблем! У Сталина, если собрать штрафников и расстрелянных за панику и трусость, все вместе и полтора процента не наберется. Так что этого мизера репрессий вполне хватает, чтобы навести порядок. Казнить десять за одного, нет нужды. Это уж выдумка чистой воды Ваших собратьев по ремеслу Марина Леонидовна!
— Да Вы не горячитесь, продолжайте Иван Руссиянович!
— Когда я прибыл в ставку Бату, то застал в ней полную неразбериху. Никто не мог сказать, где конкретно и какие находятся войска. Их просто разбросали по десятку направлений. И при этом ожидали побед. Но и собрать войска в единый кулак, быстро было невозможно. Ибо они были заняты. Долго рассказывать, но если коротко, то несколько лет ушло на то, чтобы поочередно громя воюющие с нами народы, освободить занятые войной отряды и собрать их в один кулак. Это почти получилось, но остались три непобежденных народа: Кипчаки, мордва и башкиры. Мириться с кипчаками было невозможно. Они считали, что в силах повернуть войну вспять. А вот с башкирами и мордвой это удалось. Но тут уже заслуга самого Бату. Именно он сумел прекратить ненужные нам войны. Начав собирать свои силы в кулак, я заодно навел в войске порядок. Беда была в том, что войск было мало, а царевичей много. Не все из них годились быть командирами, но ставить их рядовыми воинами, было невозможно. Слишком много у них было влиятельной родни, которая могла на это обидеться. Пришлось их делать темниками, а чтобы от этого не страдало дело, дать им в помощь опытных командиров. Причем таких, которым воины будут беспрекословно повиноваться. В общем, одним труды, другим почет.
Я хотел покончить с кипчаками в течении одного года. Такое было возможно. Но в войну втянулись камские булгары, и войско пришлось делить. Половина войска, под руководством Мунке, ушла на Дон, а с оставшейся половиной мы занялись разгромом камских булгар. Война с булгарами была тяжелой. И заняла она три года у нас. Под конец войны, произошло то, что и послужило причиной нашей войны с Русскими землями. Во время боев у города Золотарев, на помощь булгарам пришли русские войска. Началось Золотаревское сражение, которое мы выиграли, взяв заодно и сам город. А ведь это было нелегко! Сам город имел четыре ряда стен! Да и войск противника хватало. Против нас собрались войска булгаров, буртасов, мокша, русские, кыпчаки и аскизы. С нашей стороны в основном тюркские и угорские воины с юга Западной Сибири. А после сражения, выяснилось, что если мы отсюда уйдем, то русские князья, наложат свою лапу на эти земли. У них ведь было так много князей, что на всех уделов не хватало. Лазутчики даже рассказали нам шутку, которая ходила в Русских землях: "В Суздальской Земле — по два князя на селе". Эти князья с удовольствием захватили бы земли разгромленных булгар. Бату, пытался договориться с руссами. Он соглашался с тем, что русские князья займут своими войсками эти земли, но требовал в ответ, чтобы они подчинялись не своим старшим князьям, а ему. Старшие князья, что Рязанский, что Владимирский, поначалу с этим согласились. Им хватало и своих земель, а сплавить буйных и жадных родственников, с их дружинами, под чужую руку, им было выгодно. Но именно с родственниками и не удалось договориться. Те боялись, что потеряв покровительство своих повелителей, они станут беззащитны перед нашей силой. Вот они и заставили старших князей, ввязаться в войну с нами. И для начала унизили и убили наших послов. Война стала неизбежной.