С ним разговаривать стали, но кто? Толстосумы из Одесской Торговой Палаты! Те конечно начали задирать до небес оптовые цены на продовольствие. Бедный Бенедикто Рамирес, торговался отчаянно, но пока еще ни один контракт подписан не был.
— Понимаете шеф, у меня сложилось впечатление, что прибыль их сейчас интересует меньше, чем возможность безнаказанно издеваться над нами, — именно так Рамирес и объяснял Фрэнку суть возникших проблем.
В общем, если ничего не сделать, скоро возникнет голод. Этими словами подполковник и закончил объяснения о создавшемся положении высокому гостю.
— Фрэнк! Я пришел к выводу, что мы ранее мало ценили Вас. Но это поправимо. Во-первых, позвольте поздравить Вас с повышением в звании. Вы теперь полковник!
— Благодарю Вас сэр!
— Это не все, мы ценим также усилия приложенные Вашими подчиненными. У меня есть необходимые полномочия для поощрения достойных. Вам остается только составить необходимый список, а мне одобрить его.
— Спасибо Вам сэр!
— Кончайте Вы этот официоз Фрэнк! Давайте говорить "без чинов". Мы ведь с Вами на войне!
— Хорошо Чарльз!
— В общем, вечером, я собираю совещание. Тех, кто обязан на нем присутствовать, я приглашу сам. Там я поставлю перед вами конкретные задачи и сообщу о дальнейших ваших перспективах.
СТАРЫЙ ДОБРЫЙ ПОДХОД.
Баронет Майкл Ингманн, считал себя истинным джентльменом. Именно так и никак иначе! И он им был. Не той пародией на аристократа, которую показывают быдлу в "мыльных операх", а настоящим. И пусть его титул был куплен предком всего лишь три века назад, положения дел это не меняло, потому, что кроме небольших денег, предок кинул продавцу титулов еще и то, чем мог похвастаться не всякий — заслуги. А они имелись и были значительны. И пусть дальние поколения рождались в грязи и нищете, зато надев простой солдатский мундир, они честно несли по всему миру "бремя белого человека"! Простые солдатские медальки, хранимые как память о прошедшей вдалеке от родной земли службе, весили в глазах достойных людей, больше чем все золото мира.
Его предки умели не только усмирять дикарей. Если было нужно, они без возражений шли на картечь и пулеметные очереди равного по силе противника, шли в первой волне десанта, стойко держались на захваченных плацдармах. И наступило время, когда один из предков, принес с войны не только скромные солдатские медали, но и орден, вместе с офицерскими погонами.
Но не единой храбростью силен человек. Мозги тоже многого стоят. Следующее потомство не подвело своих предков. Правда, их новая стезя была уже иной. Той, о которой не принято распространяться, зато охотно врут в бульварных романах. Йен Флемминг в свое время здорово над этим посмеялся. Ингманны и на этом поприще не подвели свою страну. Пусть высоких чинов им не досталось, зато в архивах они остались навечно. Секретных конечно архивах. Высшим их достижением, считалась работа в России. Именно оттуда один из Ингманнов и вывез коллекцию старинных монет, которыми и заплатил за королевский патент. А еще были награды, врученные в узком кругу посвященных. Именно они, а не монеты, дали вожделенный титул и герб.
Первый баронет Ингман, отличался своеобразным чувством юмора. В качестве родового символа, он взял изображение свиньи, лежащей в грязной луже и окруженной пустыми бутылками. А еще украшал герб девиз, написанный не только на латыни, но и на языке побежденного врага: "Свиньи грязи не боятся!" Так он и увековечил свою прежнюю работу.
Как отнеслась к такому гербу настоящая аристократия? Хорошо отнеслась, с пониманием. Ведь может же джентльмен быть слегка экстравагантным!
Менялись поколения. Менялись названия правительственных контор. А Ингманны не менялись. Идти через страх, позор и грязь к грядущей славе, стало их семейной традицией.
А сильно ли они при этом разбогатели? Не сильно. И даже не разбогатели. Ничего, кроме жалования, к их рукам не прилипало. Бывало, они распоряжались огромными для них суммами, но присвоить себе хоть грошик, они считали бесчестным. Ведь не равняться же им на своих презираемых "подопечных"! Вот уж кто был настоящими свинотами! Уж для тех, дорваться до обильной кормушки, было мечтой всей жизни. Видимо на большее фантазии не хватало. Ингманны только посмеивались: что происходит дальше с откормленной свиньей, они прекрасно знали.
Нынешний баронет, мало чем отличался от своих достойных предков. И занимался он тем же, чем и они: копался в грязи и имел дело с грязными свиньями. Ведь та работа, курировать которую ему поручил лорд Валлентайн, чистенькой не была. Впрочем, дерьмо к честному джентльмену не прилипнет, а значит, брезгливо морщиться не стоит.
Работа Майкла Ингманна началась сразу после того, как лорд Валлентайн поставил конкретные задачи ответственным исполнителям на проведенном недавно совещании. Для Майкла и его помощников, объектом работы стали сформированные Фрэнком Жюпеном россиянские силы самообороны. Правда, теперь они назывались иначе: Russian Liberation Army (R L A). Полковник Жюпен конечно недоумевал: почему Валлентайн вдруг дал такое название. Но Майкл и его подчиненные, тщательно изучившие перед прилетом сюда все, что связано с русскими, прекрасно все поняли. Русские отличаются прекрасной памятью и понять, КТО теперь находится на их земле, им труда не составит. Удивительно, но россиянские недоумки, так и не поняли, что хозяева их крупно подставляют. Смену названия, они восприняли, как знак высокого доверия. И не поняли они, почему шеврон с одиозной для русских надписью, выполнен так, что удалить его с формы в срочном порядке невозможно.
Ну что же глупцы, вы еще прозреете, когда угодите в лапы к русским! Уж нынешние не так милосердны и отходчивы, каким был их древний и до сих пор авторитетный диктатор.
Так что мотивы для вашей преданности нам, мы уже создали. А дальше: "Добро пожаловать в суровую реальность, придурки!"
Но возня с простым "пушечным мясом" — это удел инструкторов. Его интерес состоит в том, чтобы отобрать среди этого "мяса" тех, которые нужны будут для предстоящей работенки. И это должны быть людишки особого склада.
Это обычный пожар можно потужить грязью. Пожар войны, брошенная в него грязь только усилит. И чем зловонней она, тем жарче полыхнет.
Вот такую зловонную людскую грязь, они и выискивали.
ОТРЯД "INFECTION".
Уоррант-офицер 2-го класса Стивен Дуглас, относился к капитану Ингману с тем уважением, с которым старые служаки обычно относятся к толковым командирам. И что с того, что Ингманн никогда не был диверсантом? Главное, что это не штабной сиделец, которого непонятно за что повышают в чинах. Он имел дело с Ингманом еще тогда, когда молодой кадет проходил стажировку в группе тогда еще капрала Дугласа.
Что он мог про него сказать? Настоящая "солдатская кость", да еще с дубленой шкурой. Такого режь ножом — кровь даже не брызнет. Потом, приходилось выполнять задания, спланированные Ингманном. Всякое было. Были и проколы, но никогда баронет не сваливал вину на подчиненных. Все брал на себя. Может быть в обычной пехоте это и загубило бы его карьеру, но в их войсках, такое поведение ценилось всеми, в том числе и командованием. А неудача неудаче рознь. Некоторые из них были чреваты политическими скандалами, ибо приходилось заниматься не совсем благовидными делами. Такими, которыми не станешь хвастать. Кляузники у них не задерживались надолго. Кого-то выживали, кто-то сам уходил, а кое-кто и "не вернулся с задания".
Парни, которые у них служили, дерьмом никогда не были. Зато сейчас… вот именно эти!
Когда впервые он глянул на этих "солдат" выстроенных на плацу, захотелось просто плюнуть в рожу каждого из них. Похожие желания испытывали и капралы, даже невозмутимый всегда Смит. А импульсивный Нестор Дукакис, тихо проворчал: