Устроив мальца как следует, Северян вернулся к ведьмаку. Тот уже наливал зелье в пузырёк, то и дело любуясь им и разглядывая на свет.

- Хорошо получилось! - прищелкнул языком. - Даровитый у тебя помощник. Щедро его боги наградили...

- А он той награды и не заметил! - возразил Северян.

На что получил согласное:

- Понимаю твою тревогу. Сам удивлен. Однако что толку голову ломать? Надо думать, что делать дальше. Не веди его в терем, Северян - пропадет ведь. Лучше мне оставь. Давно преемника ищу.

Но Северян мотнул головой:

- Не обессудь, ведьмак. Неволить его не стану. А вот поговорить могу… Может, выслушает.

Однако этого делать не пришлось.

Едва Васька слез с печи, ещё сонный и взъерошенный, так сразу и объявил:

- С тобой пойду, лесной князь.

А Северян даже не стал прятать улыбку. И, хлопнув мальца по плечу, велел собираться.

***

Прав был Кощун - дура она! Причем махровая…

Василиса топала за шагавшим по тропе медведем и напряжённо размышляла, а какого, собственно, хрена? Вернулась бы обратно в терем, нашла бы Одарку, через нее бы вышла на Настасью, а потом... Тут стройный план давал сбой.

По скупым объяснениям князя Василиса сделала вывод, что для обучения Додон мог отправить ее к черту на кулички. А ей такого не надо.

И вообще, когда она проснулась на печи, укрытая все той же накидкой, то, в общем… ну, расчувствовалась немного, что ли. Вот и ляпнула.

А сколько было бравурных заявлений о побеге… Но, если глянуть с другой стороны, то запасной вариант всегда есть. Северян по первому щелчку доставит ее в лапы княжьей семейке. Нет уж! Василиса решила, что пока ей лучше на воле. Авось найдет шанс сбежать обратно в свой мир.

За такими размышлениями она не заметила, что деревья стали реже. А потом совсем пропали.

- Твою ж маковку, - присвистнула тихонько.

Впереди раскинулось лысое, без единой травинки, плато, а за ним зубчатой грядой высились скалы. Не очень большие, но… Ух, какие интересные! Василиса приняла самый заинтересованный вид. А все потому, что князь вновь стал человеком. Разумеется, совершенно голым. И таким красивым…

- Тут сила Деваны заканчивается, - прогудел Северян. - За скалами Калинов мост, после него, еще дальше, Смородиновая.

- Это от нее в воздухе столько дыма?

- Истинно так.

И вдруг как зарычит!

- Гр-р-р…

Василиса испуганно оглянулась. Опять волки? То есть, полулюди? Ну, отступники или как их там? Но на каменистую тропку выскочил рыжий сгусток пламени. Василиса радостно ойкнула:

- Ладимир!

Князь раздражённо фыркнул, а кот упал грудью оземь и всклочил уже человеком.

- Здрав будь, лесной князь, - поклонился Северяну. - И ты здравствуй, отрок.

Василиса улыбнулась. Она была рада видеть этого обходительного красавца. Который, между прочим, попытался незаметно прикрыть достоинство, чтобы ее не смущать. Так мило!

- Здравствуй, Ладимир, - отозвалась Василиса.

А князь отрывисто бросил:

- Пригляди за мальчонкой.

В каком смысле?! Василиса хотела возмутиться, но Северян развернулся к ней, и слова застряли в горле. Ох, проклятье… Лучше созерцания княжьей задницы может быть только княжий, к-хм, лик.

- Здесь останешься, - объявил не терпящим возражения тоном. - К речке пойду один.

- Но…

- Цыц! Али хочешь пеплом обратиться?

Пеплом - нет, а вот посмотреть - очень даже! Василиса жалобно взглянула на Ладимира, оборотень качнул головой.

- Твой господин прав. Зелье из-под руки самого Кощуна - и то с трудом бережет от жара. Благословенный Деваной вытерпеть сможет, ты нет.

- Вообще-то мне велено находиться при господине, - упрямо буркнула Василиса.

За что получила костедробительный хлопок по плечу:

- Ишь, как запел! Не вешай нос, Васятка. Удаль свою молодецкую в другой раз покажешь.

И, вытащив из котомки пузырёк, Северян по-варварски дернул зубами пробку и стал натираться. Василиса снова перевела взгляд на скалы. Но очень скоро услышала повелительное:

- Спину мне натри.

Черт… Ей надо бы привыкнуть ухаживать за тылами оборотня. Но не при людях же!

Василиса покосилась на Ладимира. Оборотень деликатно отвернулся, делая вид, что занят поиском топлива для костра. И на том спасибо…

Василиса капнула зелье на ладонь и осторожно коснулась бугрящегося мышцами плеча. Внизу живота мгновенно откликнулось теплым спазмом. Ее телу нравилось трогать этого лесного гиганта, чувствовать перекаты тугих мышц под пальцами и видеть, как маслянистая плёнка обволакивает каждый миллиметр его совершенного тела.

Василиса куснула себя за щёку.

Соберись, тряпка! Этот красавчик думает только о Елене Прекрасной, а в твою сторону даже бровью не поведет!

Мысленная оплеуха немного помогла вернуть мозги на место. А Северян добавил:

- Что ты опять копаешься? - заворчал, поводя лопатками. - Быстрее давай!

- Как прикажешь, господин, - зашипела в ответ.

И в минуту закончила дело.

- Доли не прошло, - «поблагодарил» ее князь. - Ждите тут. Вернусь к вечеру.

И бегом помчался к скалам. А Василиса смотрела ему вслед. До тех пор, пока рослая фигура не скрылась между камнями.

- Все будет хорошо, - успокаивающе сказал Ладимир. - Князь справится.

Василиса вздрогнула и нахмурились:

- Мне все равно.

Врала, конечно. И Ладимир это чуял. Но ничего не сказал, а снова принялся чем-то шуршать. Василиса покосилась на оборотня и удивленно ахнула: на бедрах Ладимира красовалась повязка.

- Спасибо, - поблагодарила от всей души.

Ладимир улыбнулся:

- Не за что, Василиса Премудрая. А теперь давай отойдем под защиту деревьев.

- Зачем?

На что получила подозрительно-внимательный взгляд:

- Девана только над лесом властвует. А в поле иль меж скал ты легкая добыча для недругов.

- Но те… к-хм, страшилища, которые напали, они…

- Они одни из нас. Заплутавшие, злые, однако все равно ее дети. И звери тоже. Идем же. Ты, должно быть, голодна.

- Была голодна, - призналась тихо, - а теперь кусок в горло не лезет. И это странно.

- Почему?

- Потому что он лесной козел!

Ладимир негромко рассмеялся. И, откинув с лица спутанные рыжие волосы, принялся разводить костер.

- Твоя правда - упрям князь, - ответил, чиркая кресалом. - Но отходчив и незлобив.

- А вот тебя до сих пор простить не может! Извини...

- Рассказал?

- Да.

- Но ты не поверила…

И это был не вопрос. Василиса качнула головой. Ну не вязался образ красавца Ладимира с хладнокровным убийцей.

- …А зря. По моей вине Дуняша погибла.

- Однако ты жив. Значит, не так уж много было той вины.

Ладимир коротко взглянул на нее и вернулся к розжигу костра. Но на дне изумрудно-зеленых глаз мелькнуло что-то похожее на благодарность. И грусть.

- Девана так рассудила. Порой жизнь похуже смерти…

- Расскажи мне, Ладимир. Понимаю: Северян злится. Но… у меня тоже брат погиб. В горах.

И Василиса коротко рассказала о том, как все случилось. Оборотень внимательно слушал. А потом вздохнул:

- Хочешь говорить со мной, потому что с тем, кто твоего брата убил, не смогла?

На мгновение Василиса опешила. Это было… близко. Она действительно не решилась на нормальный разговор. Только кричала и сыпала угрозами. А потом игнорировала. И все-таки…

- Нет, Ладимир. Я хочу знать твою правду.

Оборотень вновь усмехнулся:

- Что ж… Изволь. Полюбила она меня, а я лишь игры хотел. Еще бы! Дуняша была хороша собой, однако мой зверь не чуял в ней единственную.

- Потому что ты кот, а она медведица? Ой…

Василиса прижала пальцы к губам. Уж слишком красноречив был взгляд Ладимира.

- Наши женщины не могут оборачиваться в зверей, Василиса, - ответил медленно. - Запомни это и не вздумай при Северяне этакую глупость ляпнуть.

- П-поняла… Спасибо.

- А еще не всегда от нас родится дитя, способное к обороту. Предки Северяна трижды по три колена ( прим. автора - поколения ) носили в себе дар, прежде чем Девана позволила зверю явиться.