Я подхватила Макса за локоть, с одной стороны, Светка с другой — так мы и двигались, провожаемые взглядами редких прохожих.

— Чувствую себя южным правителем. Две такие красавицы и мои — смеясь, поделился ощущениями повеселевший мужчина, который вернулся к привычному образу. — Остановись мгновенье, ты прекрасно!

Первое, что бросилось в глаза это то, что одежда наша полностью соответствовала тому, в чём ходят местные девушки. Вчерашнее подозрение сегодня переросло в уверенность — Максимилиан действительно разбирается в моде, и ему можно доверить составление гардероба.Это благодаря ему мы сейчас смотрелись уместно и нарядно.

А вот следующее событие заставило широко улыбнуться и обратить внимание Светки. Проходя по широкой улице, заметили интересную ситуацию. Около телеги стояли мужчины в форме и о чём-то громко разговаривали, по-видимому, с хозяином транспортного средства напомнив мне дпсников остановивших нас на въезде в город. Миры меняются, а стражи остаются стражами.

— Представляете глаза наших дпсников, если бы они открыли багажник нашей машины, а там ты уже превратился в мужчину? — озвучила мысль, которая пришла и мне в голову Светка и похихикала — Что-то объяснить точно не смогли.

— Я не мог обратиться. Это стало возможно только при переходе миров — не поддержал наше веселье Макс.

Светка с показным сожалением посмотрела на него и вздохнула:

— Нельзя быть таким скучным!

Под недоумевающим взглядом мужчины мы рассмеялись.

Город казался почти пустым. Улицы были необычно тихими, лишь редкие прохожие быстрым шагом куда-то целенаправленно двигались. Обычный утренний гомон отсутствовал, и эта непривычная тишина немного тревожила. Но загадка разрешилась быстро. Как только мы вышли на площадь, нас буквально оглушил негромкий, но плотный гул голосов. Огромное пространство, сердце города, было заполнено людьми, которые перемещались, переговаривались, но взгляды всех были направлены к центру. Над толпой возвышались две башни, соперничающие высотой и значимостью: могучая колокольня храма и древняя, каменная башня, наверху которой располагались Часы. И именно вокруг этой башни стояло плотное оцепление из заметно напряжённых стражников. Не меньше десяти человек держали периметр, не позволяя никому подойти близко.

— Что там?

— Не знаю.

— Дайте послушать!

— Говорят, убили кого-то!

— Да нет, часы украли.

— Да как же украли? Вот же они!

Всех собравшихся объединяло одно – праздное любопытство. Привычная, размеренная жизнь горожан делала любое необычное происшествие настоящим событием. Вот почему они и заполнили залитую солнцем площадь, обмениваясь догадками и слухами, в надежде разузнать все подробности этого внезапного «сыр-бора» у башни.

Максимилиан уверенно вёл нас вперёд, ловко прокладывая путь сквозь людское море, и мы довольно скоро оказались у самого оцепления. Здесь, у передних рядов, царила иная атмосфера: никакой толчеи или давки. Люди двигались размеренно, останавливались небольшими группками, обмениваясь новостями и слухами вполголоса. Было очевидно, что для многих это событие стало не только поводом для любопытства, но и редкой возможностью просто собраться и поговорить, пообщаться, увидеть знакомых.

— Мария, Света?

Я оглянулась и заметила спешащего к нам Алексея.

Алексей подошёл к нам с тёплой, располагающей улыбкой.

— Прошу считать эти слова не просто приветствием, но гимном восхищения перед тем чудом, что именуется «наша встреча». В вашем присутствии даже время, этот капризный тиран, замедляет свой бег, словно желая продлить мгновение, которое я отныне назову самым драгоценным в своей памяти — поприветствовал он нас.

И хотя к его витиеватой манере речи все довольно быстро привыкли, слух она всё равно ещё цепляла. Мы со Светкой вразнобой поздоровались. Максимилиан натужно кивнул.

Запах сандалового мыла, смешанный с лёгким ароматом старых книг, окутал нас, когда Алексей приблизился. Выглядел мужчина безупречно: костюм сидел идеально, волосы аккуратно уложены, взгляд открытый и дружелюбный. Вот только шейный платок, небрежно повязанный на шее, предательски сполз набок, нарушая выверенную гармонию образа. Именно это привлекло моё внимание. Не успев подумать, повинуясь внезапному порыву, я потянулась и поправила эту деталь, вернув строгость и идеальность в общую картину. Кончики пальцев на мгновение коснулись кожи шеи, ощущая её гладкость и лёгкую прохладу.

Все замерли.

Жест был машинальным, просто не терплю небрежность и, только увидев весёлое изумление в глазах Алексея, я поняла, что сделала, и попыталась объяснить свои действия, чувствуя, как щёки заливаются краской.

— Сбоку был… Прости, — пробормотала я, отводя глаза.

— Да я рад! Спасибо, — искренне улыбнулся Алексей. — Видимо, сбился, когда работал.

Максимилиан заметно потемнел лицом, челюсти его напряглись, выдавая скрытое раздражение. В воздухе повисло ощутимое напряжение.

— Что ты тут делаешь? — с подозрением процедил Максимилиан, буравя Алексея взглядом.

— Работаю. Ночью кое-что случилось — сказал мужчина, явно не желая вдаваться в детали, н машинально поднял голову к башне с часами — Меня вызвали как специалиста по старинным механизмам из архива, — голос Алексея звучал мягко и ровно, но я заметила, как его плечи слегка напряглись.

Логичность его объяснений была безупречна, слова текли ручьём, но именно эта безукоризненность звенела фальшью. Слишком удобно, слишком идеально ложилось в общую картину. Или это просто нервы, выливающиеся в паранойю?

Алексей, казалось, совершенно не подозревал о моих внутренних метаниях. Он с открытой улыбкой развёл руки в лёгком приветственном жесте, демонстрируя искреннюю радость нас видеть.

— Девочки, — его взгляд скользнул по нам с сестрицей, — как вам удаётся выглядеть так хорошо?

Светка склонила голову набок, на её губах появилась хитрая усмешка:

— Рецепт простой: на ночь стаканчик формалина и всё.

Алексей слегка приподнял бровь, недоумённо:

— Что?

Я не сдержала короткого смешка.

— Повторяю, — Светка выдержала паузу, затем выдала с совершенно серьёзным видом: — Выпиваешь на ночь стаканчик тёплого формалина — и вечная молодость обеспечена! — после этих слов её прорвало, и она запрокинула голову, заливаясь хохотом.

Алексей после небольшой паузы поддержал веселье, а вот Максимилиан нахмурился ещё сильнее. В глазах, направленных на мою сестру, промелькнула чистая, неприкрытая ревность. Ему явно не нравилось внимание мужчины к Светке. С видимым раздражением он решил прервать их, чтобы переключить внимание:

— А что случилось-то?

— Минувшей ночью был совершен акт вторжения на часовую башню, и её механизм оказался серьезно поврежден, — с легкой нахмуренностью проговорил Алексей. — Внутри — форменный хаос… Не берусь судить сразу, было ли это делом рук неконтролируемой паники или же холодного расчета, направленного на то, чтобы сделать нашу работу максимально сложной. Это ещё предстоит выяснить досконально.

— Как и понять, что именно стало добычей незваного гостя, — он взглянул на нас, и в его глазах мелькнул огонёк азарта. — Не желаете ли составить мне компанию и осмотреть место происшествия? Признаюсь, использование служебного положения в личных целях — против моих принципов, но в вашем случае я охотно сделаю исключение.

Максимилиан принял решение за всех, коротко кивнув в ответ, не дав нам и рта раскрыть. Вероятно, не хотел привлекать лишнего внимания к нашим статусам.

Мы двинулись вперёд, миновав плотное кольцо зевак, которые провожали нас откровенно любопытными взглядами, и прошли мимо дознавателей. Те лишь бросили в нашу сторону довольно сдержанные, но недовольные взгляды, явно не одобряя подобное попрание протокола, но промолчали. Наш путь лежал к широкой, настежь распахнутой двери в стене башни.

Дверь вела на узкую, тёмную лестницу. Поднявшись по ней, оставляя позади шум нижнего зала, мы оказались примерно на уровне привычного четвёртого этажа. Воздух здесь был другим. Суше, прохладнее, пахнущий старым деревом и машинным маслом.