Вдруг обезьяна исчезла! Вернее, попыталась… Дымное марево окутало её, сделав полупрозрачной. Внезапно метнувшись в сторону, она ударила исподтишка. Однако Тай Бин не потерял её из виду: присев в низкой стойке, он пропустил лапу противника над собой и ударил в бок врага посохом, словно копьём…

Копьё и есть! Металлическое навершие внезапно «расплавилось», вытянулось на добрую ладонь и заострилось. Вожак отшатнулся, но металл его всё же догнал, вонзившись в плоть. Жаль, неглубоко!

Раздался дикий рёв, а ускользнувший от верной смерти духовный зверь снова плюнул огнём. Жидкое пламя лавиной накрыло Тай Бина, но тот не растерялся. Раскрутив посох, он отразил поток призрачными лезвиями духовной техники и тут же атаковал сам. Выбросив руку вперёд, он бросил копьё.

Остриё полетело в грудь обезьяны, но та резко отскочила на добрый десяток шагов. Приземлившись, вожак начал раздувать щёки, возле его морды зарождалось пламя. Но Тай Бин больше не защищался: ухватив улетающее копьё за краешек древка, он тут же прыгнул. Вверх и вперёд!

Огненный плевок прошёл под ним, а навершие посоха вновь изменило форму: остриё стало режущей кромкой. Мастер упал на врага, словно ястреб, рубанув по груди. Попал, нанося глубокий разрез! Не убил, но это стало последней каплей… Осознав, что не может одолеть человека, утробно зарычав, вожак сорвался в сторону леса. А вслед за ним — вся его стая.

Битва мигом закончилась. Тяжело дыша, я приходил в себя. Осколок котелка выпал из руки. Корчась от боли, глянул на предплечье чуть выше запястья: обожжённая до черноты кожа — отпечаток маленьких пальцев и когтей. Дёргало так, что мышцы сокращались. Кисть не согнуть. Уже по привычке начал «дышать», наполняя тело Ци. Так и правда лучше…

Огляделся. Вокруг разруха, множество посечённых клинками рыжих трупиков. К трём погибшим в начале схватки слугам прибавилось ещё двое, а ранены, обожжены и покусаны практически все. Стоны, крики, причитания. Столько жертв за считанные минуты…

Но чем я могу помочь? Я ведь не лекарь… Да и мне бы кто помог — боль в руке только нарастает. Перевёл взгляд на Быка: сидит с закрытыми глазами, весь в крови, на груди чёрное пятно. Обезьяны рядом с ним нет — не задавил, значит. Медитирует — Ци по телу гоняет, чтобы боль унять.

— Проверьте раненых, — приказал Тай Бин. — Самых тяжёлых тащите ко мне.

Приказ кинулись выполнять внешние ученики — эти оказались по большей части невредимы. А судя по тому, как ловко обмотками раны перевязывали, опыта им было не занимать. К ним присоединились несколько слуг из тех, кто меньше пострадал. Я же, ругая себя за бездействие, сел в позу лотоса и, беря пример с Быка, начал «дышать». Глубокий вдох — и волна Ци проходит по телу, заживляя раны и принося облегчение. И так раз за разом.

Краем глаза посматривал, как Тай Бин идёт по стоянке, высматривая что-то. Сделав круг, он остановился у обугленного трупа.

— Хань, падаль ты эдакая. Куда же ты смотрел? Как пропустил? — услышал я раздражённый голос мастера.

— Он не виноват! — вырвалось у меня. — Он был под чарами. Большая обезьяна его околдовала.

Я в этом почти не сомневался. Не спал парень — точно. Значит, чары. Другого объяснения не найти. Мастер Тай обернулся и согласно кивнул.

— Это ты поднял тревогу?

— Да, — ответил я, вставая с циновки.

Разговаривать со старшим, сидя — не годится, даже несмотря на обстоятельства.

— Видел, как это случилось? — пронзая меня взглядом, спросил мастер.

— Видел, — кивнул я. — Проснулся от нехорошего ощущения, глядь — а нас окружают. А он сидит и смотрит в лес, будто никого рядом нет.

Мастер внимательно меня осмотрел, глянул на обожжённую руку, а затем на валяющуюся рядом обезьяну. Заметил осколок чугунка в её глазнице.

— Ты её так? — спросил он.

— Ага…

— Молодец, — сняв с пояса мешочек, он достал из него баночку и протянул мне. — Держи. Густо смажь рану, а затем помоги остальным.

Мазь оказалась лучшего качества, чем подаренная мне братом Бо. Боль в руке унялась мгновенно. Разве что немного щипало, но подвижность кисти вернулась. А значит, пора выполнять распоряжение Бина. Следуя указанию, я отправился помогать. Первым на пути оказался Бык. Рубаха разодрана в клочья, грудь чернеет, плечи истерзаны, ладони тоже обожжены. Сидит, уставившись в одну точку, но серьёзных ран вроде нет.

— Дай-ка сюда, — сказал я, присаживаясь рядом.

Первым делом смазал ему руки, затем грудь и плечи. Две трети баночки разом ушло. Хорошее средство. На лице здоровяка наконец-то проступило что-то, кроме боли.

— Спасибо, Син, — благодарно кивнул здоровяк.

— Не меня благодари, а мастера Тая, — покачал я головой. — Его мазь.

Не дожидаясь ответа, встал и пошёл дальше. Чудесный, пахнущий травами бальзам кончился на третьем человеке — больше помочь мне было нечем. Вернувшись к своей циновке, я сел и глубоко втянул наполненный духовной энергией воздух, превращая его в живительную Ци.

Вот оно, чудо! В сочетании с мазью это работало ещё лучше. Проникший в тело бальзам обретал новые свойства. Обугленная кожа на глазах сходила чешуйками, а под ней проступала чистая, едва покрасневшая.

Глянул на Быка, так и не сменившего позу, — то же самое. Оставалось лишь удивляться, как это хорошо у практиков обставлено. Обожгись я так прежде, рана в лучшем случае месяц сходила. Понятно, что мазь не простая и стоит, наверное, как мой годовой заработок, но Тай Бин отдал её не задумываясь. Значит, не велика ценность.

По телу пробежала приятная дрожь. Несмотря на все злоключения, быть частью этого мира стало для меня ещё желаннее. Вот только смогу ли? Как от слуги хотя бы до внешнего ученика добраться? И не прикончит ли меня прежде собственная техника?

Старейшина Лань, Рафу — оба говорили, что времени у меня мало. И как его наверстать? Где баллы заслуг на пилюли заработать? Рудник — первая мысль. Не зря же Бык туда по доброй воле топает. Однако то, что ему хорошо, мне может быть смерть… Я потряс головой, выгоняя бесполезные мысли. Чего зря голову ломать? Как дойдём — на месте глянем.

Пока медитировал, излечивая рану, мёртвых уносили в стороны. Обезьян — в одну, людей — в другую. Занимались этим слуги. Кто меньше всех пострадал, копал могилы. Меня никто не трогал. А когда один из учеников возмутился было, мастер Тай зло одёрнул его.

Что он сказал, я не расслышал, но желание ко мне лезть у парня тут же пропало. Зато по лагерю поползли шёпотки, а в мою сторону стали коситься. А спустя несколько минут ко мне подсел Бык, выглядевший теперь бодрячком.

— Говорят, это ты тревогу поднял? — спросил он.

— Было дело, — кивнул я.

— А ещё говорят, не будь тебя, все бы полегли.

— Тут не скажу.

— Так мастер Тай сказал, — хмыкнул амбал. — Говорит, Небо тебя к нам послало. Вожаки у огненных обезьян редко появляются, но если уж объявились — беда. Очень они сильны в иллюзиях. Спящих легко могли вырезать…

— Значит, повезло, — согласился я.

— Ты гляди какой скромный, — заулыбался Бык и тут же нахмурился. — Одно непонятно.

— Что?

— Как ты сквозь иллюзии смотришь?

— А может, и не было никаких иллюзий? — усомнился я. — Может, одного только Ханя очаровали…

— Не одного, — покачал головой здоровяк. — Все они в иллюзиях крались. Ты не один проснулся, но никто ничего не заметил. Мастер сказал, даже ему наваждение пришлось снимать. А ты его вовсе не почувствовал. Как это оно?

Мужик посмотрел на меня так, будто я ему сейчас свою тайну выложить должен. Ну уж нет.

— Понятия не имею… — соврал я.

То, что зрение моё стало лучше, я, конечно же, знал. Но о том, что сквозь иллюзии видеть могу, не догадывался. Снова техника Рассекающего Ветра подарок подкинула? Приятный, надо сказать. Но знание это я, пожалуй, оставлю при себе.

— Чудной ты, Син, — улыбнулся Бык. — Но по-хорошему чудной. И правда, Небо тебя послало.

Больше он меня донимать не стал. Поохав, улёгся на свою циновку и, закрыв глаза, тут же засопел. Вот уж у кого стальная воля. Мне казалось, что после такого уснуть не выйдет. Ошибался.