В тронном зале всё оставалось прежним. Единственное отличие — странное «внимание» от лежавшего возле дракона клинка. По-другому не объяснить. Казалось, он на меня смотрит, изучает, тянется. Я же старательно обходил его стороной. Зелёные руны на лезвии потухли, может, он и не несёт в себе опасности, но мне хватило прошлого раза, больше не надо…

На третий день всё изменилось. Стоило мне зайти в залу, как из воздуха рядом со мной появился призрачный силуэт. Небесная Лун-Инь. Она стояла в нескольких шагах, и её серебристые глаза смотрели на меня с лёгкой усмешкой.

— Ты всё же выжил, смертный, — сказала она.

Или же её голос снова прозвучал в моей голове? Неважно.

— Спасибо, что спасли мне жизнь, госпожа, — низко поклонился я.

— Ты помог мне, я ответила тем же, — снисходительно кивнула правительница.

— Помог? — не понял я. — Чем?

— Выдернул клинок мерзкого Фу-Юаня! — лицо Небесной озарила ярость. — Ублюдок не смог меня убить и оставил здесь гнить… И ведь ему почти удалось выпить мою бессмертную душу!

Глаза распахнулись в изумлении. Осознание пришло мгновенно: дракон и есть Небесная Лун-Инь! Значит, она не мертва…

— Это мог быть кто угодно, — снова поклонился я, трепеща внутри, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— За две тысячи лет ты первый, кто попытался… — покачала головой правительница. — А ещё пара столетий — и клинок окончательно выпил мою жизнь.

Спорить я не стал. С такими сущностями не спорят. Люди для них — что муравьи. Однако, глядя на спящего дракона, можно полагать, что бессмертная не в расцвете сил.

Лун-Инь проследила за моим взглядом и, будто прочитав мысли, ответила:

— Ты прав, смертный, — голос её звучал печально. — Сейчас я далека от пика своего могущества. Пройдёт немало времени, прежде чем мои раны затянутся…

— А разве ещё не затянулись? — изумился я.

Оставленная клинком прореха ещё вчера полностью заросла. Теперь то место белело идеальными чешуйками.

— Снаружи, — кивнула она. — Но внутри всё изъедено скверной. Так же, как было с тобой. Возможно, пройдут десятилетия, прежде чем я смогу вздохнуть полной грудью…

— Мне жаль, прекрасная Лун-Инь, — искренне посочувствовал я.

— Знаешь, как меня зовут? — удивилась она. — Неужто люди всё ещё меня помнят?

— Прочёл на статуе в саду… — осторожно ответил я.

— Прочёл? — вскинула брови Небесная. — Грамотный, значит…

Она замолчала, кажется, забыв обо мне. Я ждал, не зная, как поступить, опасаясь нарушить повисшую тишину. Хотел уже потихоньку удалиться, как вдруг небожительница обратила ко мне взор.

— Ты можешь оказать мне ещё одну услугу, человек, — это был не вопрос, а приказ.

Она испытующе смотрела на меня, ожидая ответа. Нехорошее предчувствие зародилось в груди. Слишком тяжёлым был её взгляд. Но ведь так просто не откажешь.

— Что я могу сделать для госпожи? — произнёс я неуверенно, склонив голову.

Она приблизилась, призрачный силуэт мерцал, разгоняя тьму. Ноги мои вросли в пол, на плечи навалилась тяжесть, а в голове поселился туман.

— Родственная мне морозная Ци разлита вокруг. Однако сейчас я почти не могу её поглощать. Даже общаясь с тобой, я трачу больше, чем могу восполнить, — Лун-Инь нависла надо мной, мерцая бледно-голубым светом. — Но если собрать её и передать мне…

Её серебристый взор, казалось, заглянул мне в душу. Воля Небесной начала довлеть надо мной. Ещё немного — и я с радостью упаду на алтарь её желаний.

— Боюсь, я не знаю, как это сделать… — встрепенувшись, я скинул наваждение и сделал осторожный шаг назад.

Даже будучи полумёртвой, она едва не подчинила мой разум. Призрачные глаза расширились в удивлении. Неужто она думала, что я упаду к её ногам, выпрашивая позволение помочь? Похоже на то. Однако её изумление длилось недолго — улыбка тронула её губы.

— Об этом можешь не беспокоиться. Я тебя научу.

— Не уверен, что мне хватит способностей… — новый шаг спиной, к выходу. — Я ведь даже не ученик, а слуга. Бесталанный…

— Бесталанный? — она рассмеялась — весело и заливисто. — Бесталанный не смог бы играючи отвести моё внушение. И уж точно не смог бы управлять Ци на уровне мастера. Такой талант, как у тебя, мальчик, — большая редкость.

— Мне говорили иначе. Я даже не прошёл отбор в секте.

— Значит, плох был отбор… Да, сосуд у тебя плохонький, — согласилась Лун-Инь. — Но это дело поправимое. Алхимия, духовные камни и особые практики… Ты сможешь его перековать — медленно, но верно. Дальше будет проще.

Быть не может! Сперва во мне вспыхнуло торжество, а после пришло сомнение. Она ведь может сказать что угодно, лишь бы завлечь в свои сети… Однако, глянув на её призрачный силуэт, я отбросил эту мысль. Лесть и обман никак не вязались с образом Небесной.

Впрочем, и радоваться тут нечему. Пусть я отсюда выберусь… Сколько будут стоить эти пилюли, камни и процедуры? Бык десять лет к этому шёл и на полпути застрял. А ведь его изнутри на части никто не резал…

— Не бойся, смертный, — поймала она мой взгляд. — Я не причиню тебе вреда.

— Вы только что пытались подчинить мою волю, госпожа… — сказал я, готовый бежать.

— И не скрываю этого, — послышалось в ответ. — Так было бы проще нам обоим. Тебе ведь тоже некуда деваться? Выхода из этого подземелья нет. Помоги мне, и я доставлю тебя на поверхность.

Она права. Веры в то, что проход найдётся, у меня уже почти не осталось. Разве только река — прыжок в неизвестность. Выходит, другого пути нет? Я поднял взгляд. Призрак Лун-Инь молча мерцал в темноте, предлагая сделать выбор.

— Хорошо, я попробую… — сказал я, наблюдая расцветающую на лице Небесной улыбку.

— Внутри горы разлито не мало родственной мне морозной Ци, — рассказывала правительница. — Сотни лет она копилась, защищая меня от скверны. Холод — её отражение. Нам нужно собрать эту энергию и направить в моё израненное тело.

— И как это сделать, госпожа? — спросил я.

— Тебе придётся построить особую формацию, — ответила Небесная.

Мне? Формацию? Да я даже слово это знал только понаслышке. Кажется, так называли постоянные заклятья, вроде невидимых пут, что держали меня в склепе рода Дзян. Но как это устроено — понятия не имел.

— Сделаю всё возможное, госпожа, — пробормотал я, нахмурившись, — но должен вам напомнить, что я не заклинатель…

— А это мы как раз и исправим, — произнесла она, улыбаясь.

Её призрачный силуэт потёк, расплываясь, а бесплотная рука коснулась моего лба. Понадобились все силы, чтобы не отшатнуться. Яркая вспышка — и в голове начали возникать образы. Замелькали, словно стайка потревоженных птах. Запомнить их было невозможно, толком углядеть не вышло. Одно я заметил точно: это были какие-то письмена и начертания.

Длилось это несколько мгновений, а голова стала тяжёлой, будто налилась камнем. Проморгавшись, я уставился на Лун-Инь. Никаких новых знаний я в себе не ощущал, хотя, казалось бы, должен.

— Вам точно удалось задуманное, госпожа? — спросил я, кривясь от боли.

— Можешь не сомневаться, мальчик, — силуэт её начал бледнеть. — Дай книге прижиться. А пока нам понадобится особый инструмент. Отыщи мою сокровищницу.

— Сокровищница? Книга? — переспросил я, но ответа не получил.

— Протяни свою ладонь, — потребовала вместо этого Лун-Инь слабеющим голосом. — Найди кисть мудреца Шу Хао и принеси её сюда.

Последнее, что она успела сделать, — коснулась моей руки, оставив на ней светящийся символ, тут же ушедший под кожу. Однако я успел его рассмотреть — морозный завиток, похожий на изогнутое облако. Ледяное дыхание.

Я остался один.

Долго стоял, пытаясь понять, что осело у меня в голове стараниями Небесной. Что за книга? Тяжесть и боль уходили, но яснее не становилось. Кто знает, сколько ей ещё приживаться. Решив с этим не спешить, отправился на поиски сокровищницы. Намётки, куда идти, у меня уже были.

Знак, похожий на тот, что впечатался мне в ладонь, я видел на одном из павильонов, скрытых за массивными каменными створками. Пробраться внутрь тогда не вышло. Да я и не старался, рассудив, что делать мне там нечего.