По итогу же, этот разговор стоил мне… тридцать пять миллиардов резаных бумажек с портретами мёртвых американских президентов, нарисованных на них. Но! За эти никчёмные бумажки, я получил в своё распоряжение совершенно реальные, настоящие, физические активы. Такие, которые, в ином случае, без содействия и прямого указания со стороны государства, никогда бы мне не продали, даже, если бы я триллион таких бумажек «нарисовал» и предложил. Напомню: по-настоящему важные и ценные вещи ТОЛЬКО за деньги не покупаются.

И ещё неделю назад, до того, как я проявил свою силу, не только умудрившись выжить под пулями снайпера, но и примерно, показательно наказав стрелявших в меня снайперов, ещё и на хамство целого президента главного чеболя страны ответить достойно смог, уронив стоимость его компании сразу на две с лишним сотни миллиардов, со мной бы никто ТАК конструктивно разговаривать не стал. Меня просто «доили» бы дальше, как начали доить с электростанциями, институтом и японской йеной, практически ничего не давая взамен.

Всё-таки, не зря говорят: деньги без Силы — это чужие деньги. Их, либо отнимут, либо украдут, либо сам отдашь, чтобы прекратили бить…

Кстати, о йене. Когда я уже собирался распрощаться со своими новыми знакомыми и двинуться на выход, мне позвонил старший той команды, которую Юн нанял для меня в Японии. Той самой, которая должна была разыскать там хоть что-нибудь достаточно ценное, на что можно было бы потратить те дикие миллиарды, которые я, по требованию американцев, загнал к ним в контур, и они у меня там повисли мёртвым грузом.

Они-таки, нашли! В Японии… но не у японцев. А у тайваньцев.

Оказалось, что там, как раз, в это время, буквально «онлайн» с нами, проходили переговоры «Sony Semiconductor Solutions» (подразделение Sony Group, Япония) и TSMC (Taiwan Semiconductor Manufacturing Company, Тайвань) по поводу создания совместного Японско-Тайваньского предприятия с рабочим названием «Advanced Vision Semiconductor Manufacturing Corporation» с целью разработки и выпуска сенсоров изображения следующего поколения, с интегрированным прямо в них ИИ-модулем обработки этого изображения. То есть: прямой выход на машинное зрение, роботов и «физический ИИ».

Круть крутейшая! Даже звучит красиво. А, если учесть, что японская «Sony» уже сейчас является неоспоримым мировым лидером в светочувствительных матрицах, и всём, что с ними связано, а тайваньская TSMC — лидер в физическом, контрактном производстве самых современных и высокотехнологичных чипов на планете, то перспективы у этой коллаборации вырисовываются весьма занимательные.

Услышав названия задействованных игроков (а я не стал таиться и отходить со своим телефоном — разговаривал прямо там же, за «общим» столом), и вице-министр Ку, и профильный гендиректор Чхве мгновенно «сделали стойку». И я их понимаю: прямиком по их профилю фирмочки.

А уж, когда была озвучена информация об их планируемом объединении, и ещё круче: о том, что мои люди сумели выйти на тайваньцев, предложить им деньги, а те… выразили заинтересованность — оба чиновника чуть ли хвостами уже от нескрываемого возбуждения не виляли.

Что ж, я не жадный: я положил телефон на центр стола и перевёл его в режим «громкой связи», попросив своего представителя на той стороне проделать то же самое. В результате, простой частный звонок тут же превратился, сначала в международные двухсторонние, а потом и трёхсторонние переговоры, когда к ним, на той стороне, присоединился срочно вызванный представитель японцев.

И, как не обидно мне это было признавать, я оказался отодвинут на второй план, буквально в фон. Правда, в такой фон, без которого, эти переговоры вообще не имели бы смысла, и не состоялись бы.

А так: беседа длилась не менее двух часов. Проходила она на английском — как компромиссном, нейтральном языке, позволявшем не быть ущемлённой ни одной из участвующих сторон, хотя, что наши чиновники знали, что японский, что китайский, что ребята на той стороне, прекрасно говорили на корейском. Но, политика, вежливость, этикет и дипломатия. Поэтому: на английском, который мог понимать и я.

Кстати, задумался во время этих переговоров, что к моим немецкому, русскому и английскому, пожалуй, очень неплохо было бы теперь ещё и японский с китайским и вьетнамским добавить: положение обязывает. Здесь они значительно полезнее немецкого и старо-персидского. Учитывать стоит географию места жительства, и то, что Европа стремительно деградирует, становясь всё менее и менее интересной для азиатского бизнеса.

В общем, суть переговоров сводилась к чему: у «Sony» есть технологии светочувствительных матриц, у тайваньцев есть технологии чипов, а у нас… есть гигантский свободный кеш, и строительные мощности вместе с опытом строительства в самых разных уголках мира: от Саудовской Аравии до Санкт-Петербурга, которые за эти деньги можно легко привлечь, заметно сократив сроки возведения физических заводов и исследовательских корпусов формирующейся компании.

А ещё, у нас есть технологии строительства АЭС — осторожненько и, как бы, невзначай подал голос второй вице-министр Ли, напомнив, что представитель Министерства климата, энергетики и окружающей среды в этой комнате тоже был не для мебели, и ему есть что выложить на стол переговоров. В том числе, уже готовый и прошедший все стадии лицензирования проект i-SMR.

А первый вице-министр Ку напомнил, что в Корее есть уникальные технологии производства чипов памяти для ИИ-ускорителей, которые, пожалуй, так и просились, чтобы их добавить в будущий продукт совместной трёхсторонней разработки… Понятно, что представителя «SK» — группы владельца «SK Hynix» в этой комнате не было, но был сам Ку — второй человек в министерстве науки и информационно-коммуникационных технологий, который имеет и выходы, и рычаги воздействия на этот чеболь…

Короче, поговорили конструктивно. Ни до чего конкретного и обязывающего, понятное дело, не договорились — но, с первого раза и по телефону такие дела и не решаются. Но, как минимум, контакт был налажен и намеренья сторон озвучены. Дальше пойдёт проработка, согласование, торг, уступки, компромиссы, и только потом соглашение и обязывающий контракт, подписание которого — целый ритуал.

Но, как минимум, «протокол о намереньях» можно считать зафиксированным.

А я уже точно понял: йены мои надолго не зависнут. Как бы ещё новых добавлять не пришлось. Но: «деньги к деньгам», как говорится, «деньги к деньгам»…

Больше пяти часов в одном, пусть и просторном, комфортабельном, неплохо обставленном кабинете — это для меня слишком! Тело затекло, ныло и буквально требовало движения. Да ещё и в голове, от слишком долгого сосредоточения и «напрягания мозгов» ощущалась противная тяжесть. Чувствовалось отупление и вязкая, неприятная, тягучая усталость, словно я не с приятными людьми всё это время беседовал, а, чуть ли, не на заводе смену отпахал.

Да, конечно, некоторое чувство удовлетворения от результатов имелось, и небольшой душевный подъём тоже, но… оказывается, тратить деньги — это тоже работа! И, довольно напряжённая работа!

Хотя? Может быть, я, просто, их как-то не так, как надо трачу? Неправильно?

Может, попробовать более «классические» и «лёгкие» варианты, вроде: элитный алкоголь, доступный секс, наркотики, крутые тачки, яхты, виллы, путешествия… Хотя, блин, с путешествиями сразу облом: и выехать не дадут, а, если проскочу, то там же, в пути и грохнут. Это ведь, они только в центре мегаполиса стесняются тяжёлую боевую технику применять, а где-нибудь в открытом море: милейшее дело с истребителя пару-тройку ракет воздух-вода «потерять в моём районе»… Так что, и с яхтами облом.

Крутые тачки… для того, кто, кое-как и на обычной-то ездит? Я, что — похож на того, кто на тот свет торопится? Чем мощнее мотор и выше скорость, тем больше шанс попасть в более страшную аварию. А покупать их просто, чтобы они стояли в гараже… кхм, не, ну, можно, конечно — коллекционирование, это тоже хобби… но тачки — всё равно, не моя тема. Я лучше уж оружие буду собирать. Холодное, метательное, огнестрельное… всё интереснее. Потом… когда-нибудь. Когда частное стрельбище себе куплю.