— Это Мусасимару что ли бог-солнце? — опешил Голицын.

— Нет, но сейчас он использует Мусасимару как своего аватара.

«Замолчите все!» — не сдержался я.

Махиро не выжить. Ни один смертный не выстоит против аватара бога, даже если это слабенький бог. А если не слабенький? Что если это один из множества могущественных богов, который просто нашёл себе тихий уголок и решил взять отпуск от интриг и постоянного противостояния? Санаторий себе организовал, с трёхразовым питанием душами наивных ацтеков?

Обновлённый Мусасимару продолжал наращивать темп. Махиро держалась, стиснув зубы, но она сдавала. Рвались мышцы и связки, горели энергоканалы. Её белое кимоно покрылось кровью от множества порезов — хотя до сих пор не было ни одного.

Она отступала к обрыву, и в этом был бы смысл, если бы до воды было пять метров. Нырнула бы в свою стихию, и… Хотя нет, чудес не бывает. Против сильнейшего мага света она в воде бы выстояла. Но от бога не спрячешься, не укроешься, не закопаешься и в воду не нырнёшь.

Он наступал молча, сосредоточенно работая мечом. Он даже не выставлял щит, а с клинка то и дело срывались протуберанцы огня, тонкие полоски Тьмы и электрические разряды. Универсал…

А ещё он разгорался всё сильнее, сиял так, что в этом мареве света невозможно было различить глазами отдельные движения. Наверняка со стороны, на экранах телезрителей, он уже превратился в один сияющий шар света, из которого только изредка показывалось остриё клинка.

Да и Махиро уже светилась вовсю, подпитываемая через меня Лексой. И если зрители хотели получить зрелищный бой — они его получили.

Только вот он скоро закончится. И закончится не в нашу пользу. Не в пользу всего человечества. Бог-солнце получит свой Тихоокеанский рубеж, новое усиление душами, и даже я не факт что смогу с ним справиться.

И сейчас не факт, что могу.

Тёмный бог, в собственном мире, на диете из душ. И я, далеко не в лучшей своей форме, прямо скажем. Прости, Махиро, но я не смогу тебе помочь. Ты не выдержишь, сгоришь, даже твоя душа сгорит.

Ты простая девушка, хоть и очень сильная, а вышла на татами против ёкодзуны…

Что там Мусасимару говорил? Он был очень рад моему пари. Но это значит, что я с самого начала был его целью! Не его лично — а бога-солнца! Я ещё думал, что если бы кто-то прочитал моё послание на стеле — я бы об этом знал, на меня бы вышли… Ну вот, вышли.

И я уже однажды сунулся в ловушку тёмного бога. Погиб сам, а свой легион обрёк на участь куда хуже смерти. И сейчас за мной тоже есть люди, инферны, драконы. Если я не вывезу, что будет с ними? Что ждёт их в этом мире?

Я мысленно прикрыл глаза, перестав следить за поединком — и увидел перед собой Махиро. Такой, как тогда, в бою с вормиксом. Когда она каждую минуту была готова умереть.

Как там она говорила? Самурай каждую секунду готов к смерти.

Ничего не изменилось, она всё также готова… Но чем она провинилась?

Это, в конце концов, мой мир!

Я здесь живу, и я не позволю всякой падали отнимать у меня близких!

Не в мою смену!!!

«Принимаю Кодекс в сердце своё… принимаю Кодекс в душу свою…» — начал я, открыв глаза, и неожиданно понял, что Махиро повторяет вслед за мной.

И Кодекс откликнулся. Не знаю, что сработало — моя личная просьба, или то, что Махиро разрушила алтарь, питавшийся душами. Или то, что нам сейчас противостоял тёмный бог?

Мусасимару-аватар тоже что-то почувствовал. Он на секунду замер, разорвав контакт.

Махиро сделала ещё шаг назад, тоже выходя из зоны досягаемости удара меча, и вдруг её нога не ощутила опоры. Быстрый взгляд по сторонам — и вот она, причина. Обрыв. А внизу, в сотне метров — не спасительная вода, а острые скалы. Но если спрыгнуть в тени…

Додумать эту мысль я не успел, потому что противник ударил. Всем и сразу. Свет, Огонь, Тьма — в одном ударе было всё, и этот удар был такой силы, что снёс защиту Махиро, как соломенный домик.

Сгусток энергии ударил девушке в грудь. Наверное, после такого удара она должна была бы упасть со скалы с прожжённой насквозь грудной клеткой.

Но в этот момент я вытянул вперёд её левую руку и прикрыл нас своим щитом. Щитом Кодекса.

Ненавижу божественные техники!

Но Махиро, повторив за мной слова клятвы, сама снесла последний барьер, и моё сознание легко скользнуло на поле боя.

— Ты хотел сразиться со мной? — спросил я голосом моего аватара. — Что ж, мечты сбываются!

ㅤ

Beethoven’s Last Night, «A Final Dream»[8]

ㅤ

Тело Махиро метнулось было куда-то в сторону, и мне стоило немалых усилий удержать его.

«Что такое?» — пронеслась в голове её тревожная мысль.

«Спокойно, Махиро, это я, Артём», — одёрнул я девушку.

«Но это…»

«Скажи ещё, что невозможно, — усмехнулся я. — Ты обратилась к Кодексу, Кодекс откликнулся».

Слияние душ, она же — техника контроля аватара. Божественная, из арсенала тёмных богов. Последнее, что я хотел бы использовать. Но если выбирать между моими хотелками и самим существованием души Махиро… Выбор очевиден.

— Охо-о-отник! — протянул Мусасимару с явным предвкушением в голосе.

Хотя какой он теперь Мусасимару? Теперь, находясь в теле Махиро, я мог пользоваться всем своим арсеналом. И я поспешил переключиться на астральное зрение. Мир вокруг расцвёл тысячами невидимых обычным глазом цветов.

Вполне ожидаемо проекция души бога оказалась скрыта духовным доспехом, который, тем не менее, сиял, как холодное солнце Арктики — ослеплял, но не нёс тепла.

То, что это именно бог — у меня уже не вызывало сомнений. И бог, очевидно, тёмный — светлый не стал бы жрать души ради прокачки, питался бы верой.

Но свет? У меня в голове не укладывалась эта комбинация. Тёмный бог света? Оксюморон какой-то.

— Гадаешь, кто я? — спросил меж тем аватар.

Он стоял на удивление спокойно, будто мы тут так чисто, поболтать встретились. Щас перетрём и пойдём пивка бахнем.

— Не поверишь, но мне вот вообще насрать, — ответил я, используя передышку для регенерации организма и энергоканалов, насколько это возможно.

— Ты мешаешь мне, Охотник, — аватар не обратил внимания на мой выпад. — С червём, потом в Арапахо, теперь снова здесь. Ты как блоха. Мелкий и такой же раздражающий!

— Интересное сравнение, — хмыкнул я. — Что, блохи досаждают? Могу порекомендовать шампунь. Он, правда, для собак, но тебе, псу шелудивому…

— Да сдохни ты уже! — взорвался аватар и тут же напал снова.

Сотни световых дротиков устремились мне навстречу, но меня-нас на краю обрыва уже не было. Я ушёл тенями, скользнул в сторону, в обход, и попробовал напасть сбоку.

Не тут-то было, оказалось, что аватар, в отличие от самого Мусасимару, прекрасно ориентируется в тенях. Мы встретились на глубине, и обменялись серией быстрых ударов.

Выпад, парирование, отскок, рубящий удар, уклонение…

Что-то не то. Тело слушалось, но было каким-то деревянным. Как будто после долгого сна ещё не размялся. И центр тяжести… как можно фехтовать с таким центром тяжести?

Очередной мощный удар аватара я едва успел парировать, но он оказался обманным. Меч молнией метнулся в сторону и тут же обрушился новым ударом, который мне ничего не оставалось делать, как встретить голой рукой, успев напитать её силой.

«Но как…» — послышался в голове удивлённый голос Махиро.