— То вторая сторона не получит нужный ключ безопасности и не активирует соединение, — дед подался вперёд. — Внук, дорогой мой, я тебя насквозь вижу. Ты не о порталах хотел поговорить!

— Вообще-то и о них тоже… И нет никакого скрытого ключа, ну там, типа административного доступа? — я прикинул в голове, что ещё можно придумать. — Специальный код, типа, я не знаю, «1234»? Нет?

— Ты за кого нас держишь? — дед расхохотался. — Нет, конечно! Всё это на двадцать пять раз проверят конторы каждой из стран-участниц! И программный код, и электронные схемы! Никаких закладок, админских паролей и секретных пин-кодов! Полностью распределённая система с десятком уровней защиты! Да даже радиочастоты для обмена данными на приём и на передачу разные!

— То есть даже ты не сможешь пройти куда захочешь? — уточнил я.

— Даже я не смогу, — уже серьёзно подтвердил дед. — И за секрет технологии не беспокойся, я все записи сохранил надёжным образом. Если со мной что-то случится — технология не пропадёт.

— Хорошо, я понял, — успокоился я. — Тем не менее, я сегодня говорил с Голицыным. Его волнует безопасность нашей усадьбы вообще и твоей в частности.

— Только сейчас заволновался? А то, что его дети здесь без всякой защиты находились?

— Его дети находились под моей защитой, а к тому времени, как у кого-то появились серьёзные причины им навредить, уже и сами подкачались. Сейчас вполне могут за себя постоять. Но… после замыкания Периметра мы отправимся в гости к родителям Ариэль. Это может продлиться несколько дней, а может и дольше. Я, конечно, надеюсь вернуться до Нового Года, но обещать не могу. А праздник — идеальный момент для нападения. Врагов у нас добавилось, особенно после смерти Мусасимару.

— Кто-то станет за него мстить? — у деда брови поползли на лоб. — Как в новостях рассказывают, там вроде вся Япония ликует?

— В новостях не всё рассказывают, — вздохнул я. — Это долгая история…

И я рассказал ему про Падшего, про богов и Охотников, про Орден и про Кодекс, про Легион, про прошлую жизнь и братьев, которые где-то там. Про устройство вселенных и про то, что наша Земля — часть межвселенского шлюза.

Слушал он очень внимательно, изредка задавая уточняющие вопросы.

— Значит, сколько там тебе лет? — спросил он, когда я закончил.

Только голос предательски дрогнул. Ох, не срок моей прежней жизни деда заботит!

— Сколько бы ни было, — покачал я головой, — я их вспомнил не так давно, уже подростком, а детство у меня было самым обычным, и я его отлично помню, именно как детство. Так что вы моя семья, самая настоящая, так всегда было и всегда будет.

Я встал и обошёл стол, от души обняв деда за плечи.

— Спасибо, — дед похлопал по моим рукам ладонями. — Пусти, чуть кости ведь не переломал!

Рассмеявшись, я сел обратно в кресло перед столом, а дед полез в стол, за платком, промокнуть влажно блестевшие глаза.

— Я договорился с императором, он поставит рядом с нами военную базу, комплекс ПВО, — я перешёл к делу. — Ракеты, противоракеты. Официально — прикрыть Коломну на случай прорыва тварей из эпицентра. Но первоочередная задача — прикрыть нашу усадьбу и производства с воздуха.

— С воздуха это хорошо, — кивнул дед. — Хотя вы с Его Величеством, конечно, перебарщиваете. Эта усадьба куда прочнее, чем кажется. Ты же можешь, я помню, как ты тогда подземные этажи сканировал. Посмотри сам.

Хм… А ведь и правда. Я же никогда не применял свои способности дома. Зачем? Это же дом.

И я посмотрел. Использовал и астральное зрение, и теневое. И да, дед сумел меня удивить.

Всегда думал, что усадьба построена из кирпича. Но под штукатуркой оказался не кирпич, а полигональная кладка из крупных каменных блоков, из разломного, мать его, камня! Да ещё и каждый блок был усилен методами артефактной защиты!

Ядерный взрыв стены, конечно, не выдержат. Но вот если палить по ним из танков — то только штукатурка отвалится.

Конечно, слабые места — окна. Но часть стен в случае чего может сдвинуться, закрывая оконные проёмы! От ночного вора не поможет, но как крайняя мера — очень даже.

И что немаловажно — дом был старый. Не просто старый, а очень старый. Стены уходили глубоко в тени, растворяясь в них. Обычные ацтекские тенеходцы точно не пройдут, к гадалке можно не ходить.

— Ну а чему ты удивляешься? — усмехнулся довольный дед. — Мы же артефакторы! Род не боевой, до твоего появления как таковых боевиков у нас и не было. А защищаться как-то надо. Вот наши предки таким образом и порешили. Дом поросёнка должен быть крепостью!

— Это я одобряю! — я показал большой палец. — Но давай доработаем эту крепость. Дальние подступы, защита от тенеходцев, от открытия порталов. ПВО прикроет с воздуха. Портал в гостиной для экстренной эвакуации. И всё это должно быть одним комплексом. Если Падший решит напасть, он, конечно, сам не явится, хотя и такую вероятность нельзя полностью исключать. Но ему доступны ресурсы целой империи!

— Нда… это не от соседей поганым веником отмахиваться, — согласился дед. — У нас есть три дня. Давай посмотрим, что можно сделать. И в первую очередь…

Мы просидели над схемами допоздна, но когда, уже заполночь, я вышел из кабинета, чуйка впервые за долгое время, наконец, угомонилась. Я всё делаю правильно.

ㅤ

Наутро я первым делом потащил Аню в казарму. Ариэль, уточнив, нужна ли она, отправилась в госпиталь, навестить раненых, и мы с Аней пошли вдвоём.

— Что такого интересного ты хочешь мне показать? — удивилась она.

— Почему ты думаешь, что я хочу что-то показать? — вопросом на вопрос ответил я. — Может, что-то сделать?

— Ну-у-у… даже не знаю! Поставить печать? Заняться любовью в бассейне? Сделать отдельный портальный зал?

— Хм… — я даже сбился с шага, переваривая. — Вообще-то мне нравятся все варианты. Обязательно пройдёмся по каждому пункту! Но сейчас у нас другая задача.

— Не томи! — Аня даже забежала вперёд, чтобы заглянуть мне в глаза. — Я же помру от любопытства!

— Ты должна будешь принять роды!

Аня как шла спиной вперёд, так и плюхнулась от неожиданности на задницу.

— У-у-у кого? — пролепетала она, потирая место ушиба.

— У всей казармы! — ответил я, стараясь сохранить серьёзное выражение морды лица.

— Как у всей! Когда они успели? — Анютка аж подскочила. — Да ты меня разыгрываешь! Единственная беременная там — Нага, и то она в Кремле! Никто из инферняшек…

— А при чём здесь инферняшки? — я подал моей красотке руку, помогая встать. — Я же сказал! У казармы!

Аня посмотрела на меня изучающим взлядом, даже руку ко лбу приложила. Но потом глазки прищурились, а губы изогнулись в улыбке.

— Что, избушка яичко снесёт? — спросила она. — И что дальше?

— Я надеюсь, у нас получится договориться, и она правда снесёт яичко. И тебе надо будет его высидеть.

— Да ты решил надо мной сегодня поиздеваться что ли, Чернов? — вспылила она. — Какие яйца, кого высиживать? Ты за кого меня принимаешь? Я тебе что, наседка? Ты сейчас что, меня курицей назвал?

Уже не сдерживаясь, я хохотал в голосину, и каждая сказанная Аннушкой фраза лишь подливала масло в огонь!

— Ты покойник, Охотник, — глаза принцессы опасно сверкнули. — Немедленно извинись!

— И не подумаю, — я увернулся от заряженного магией снежка. — Про курицу ты сама выдумала, а остальное — так и есть. Метафорически. Голем — это, по сути, магический конструкт с зачатками разума. Он не живая душа в обычном смысле. И тем не менее он способен размножаться. Почкованием. Но визуально это выглядит как яйцо, да. Большое такое, со здоровенный булыжник. Сидеть на нём жопкой и греть, разумеется, не надо. Но к внедрению надо будет подготовить.

— Внедрению? — до Ани начало доходить, что она напрасно раздухарилась. — Куда?

— В усадьбу, Ань. Я тебе всё объясню, но твоя первоочередная задача — договориться с големом, чтобы он в принципе согласился снести яйцо. А лучше два. Нам ещё портальный зал делать.