На лице Пита промелькнула целая гамма чувств. В карих глазах вспыхнуло воодушевление, которое тут же сменилось явным раздражением.

— Я могу взять половину дел, а Кол — другую. Тогда мы не будем мешать друг другу, — предложил Пит.

— Это дело Кола, — безапелляционно сказала Шерри. — Хочешь участвовать — работаешь у него на подхвате.

Под глазом Пита дернулась мышца.

— Да. Без проблем.

Его раздраженный взгляд метнулся ко мне.

— Я просмотрел твои записи. У меня уже есть несколько идей, как усилить расследование.

Уже пытается меня подкопать. Типичный Пит.

— Я отправлю тебе пять дел на проверку, — сказал я, проигнорировав его предложение. — Внеси свои заметки в систему.

Я не собирался говорить ему, что эти пять дел мы с братьями уже изучили. Я не был самовлюбленным придурком. Свежий взгляд никогда не помешает, и Пит действительно мог заметить то, что упустили мы. Но полностью доверять ему я не собирался. Только не в таком важном деле.

В глазах Пита вспыхнул огонь.

— Убедись, что отправишь мне все материалы по каждому делу.

— Само собой, — резко ответил я.

Когда Пит удалился, Шерри вздохнула.

— Сделай мне одолжение и постарайся не убить его до закрытия дела.

— Ничего не обещаю, — проворчал я, поворачиваясь к компьютеру, чтобы отправить этому мудаку все материалы по пяти возможным жертвам.

Я размял шею и сосредоточился на оставшихся восьми делах. Выделил дело пропавшего туриста с рюкзаком и отправил файл на телефон. Мне нужно было выбраться из этого душного офиса и вернуться в свое настоящее рабочее пространство. Лучше всего мне всегда работалось в лесу, в тишине.

Убедившись, что файлы загрузились на телефон — с техникой я не дружил, — я взял его и ключи. Когда направился к выходу, телефон звякнул.

Нова: Кажется, ты привил мне фетиш на ступни, Босс.

Под сообщением была фотография ног Новы в высокой траве. Между стеблями виднелись ногти, все еще выкрашенные в солнечно-желтый цвет.

Как пальцы на ногах вообще могут быть милыми? Может, во время ремонта квартиры я ударился головой и забыл об этом.

Вся Нова. Создавала собственные правила. И правильно. Она потеряла год жизни. Теперь ей следовало жить именно так, как хотелось.

Я рассмеялся, убрал телефон в карман и направился к главному выходу. Стоило шагнуть наружу, как я глубоко вдохнул свежий воздух. В закрытом офисе меня раздражало все: спертый воздух без открытых окон, искусственное освещение. Я ненавидел каждую деталь. Справляться с работой удавалось лишь потому, что большую часть времени я проводил на улице.

Так было не всегда. Когда-то я думал, что стану адвокатом. Или уйду в финансы. Возможно, возглавлю отцовскую компанию по импорту и экспорту. Но все изменилось, когда мы узнали, кем на самом деле был наш отец.

Он оказался чудовищем, охотившимся на женщин, в точности похожих на нашу мать. Женщину, исчезнувшую много лет назад. Он выслеживал и убивал их, хоронил в саду на нашей земле и сохранял мелкие трофеи. Они позволяли ему снова и снова переживать каждое убийство.

Все изменилось, когда Декс и Мав нашли удостоверения и пряди волос, а потом их обнаружил Эдмонд Арчер. Он едва не убил Маверика и остановился лишь потому, что Орион прикончил его. А мне пришлось смириться с тем, что я не был рядом, когда братья нуждались во мне больше всего.

Я слишком погряз в собственном дерьме. Считал себя слишком крутым, чтобы остаться дома и присмотреть за младшими братьями, как следовало. Мне непременно нужно было повести девушку на фильм, который она отчаянно хотела посмотреть. Эгоистичный ублюдок.

А когда я вернулся и увидел повсюду полицию, ФБР и медиков… то перестал дышать. Казалось, стены дома сдвигаются вокруг меня. Единственным местом, где я мог найти покой, стал лес.

Он так и остался моим убежищем. Теперь лес был моим домом во всех смыслах.

— Кол.

Когда я пересекал стоянку, глубокий голос вырвал меня из водоворота воспоминаний.

Я поднял голову и увидел знакомого мужчину в форме управления шерифа округа Джунипер. На Роджере Окли были заметны следы всего, что он пережил за последние четыре месяца. Его лучший друг оказался серийным убийцей. Начальник был связан с картелем, выращивавшим марихуану, и в итоге погиб.

Кроме того, на Роджера давила необходимость привести в порядок управление, полностью развалившееся после этих разоблачений. Он выглядел старше своих тридцати одного года. Под голубыми глазами залегли темные круги, а темно-русые волосы давно пора было подстричь.

— Привет, — поздоровался я. — Что ты здесь делаешь?

— Вообще-то искал тебя.

Дело Трэвиса Мура передали полиции штата и Лесной службе для совместного расследования. Управление шерифа оказывало поддержку. Из-за слишком многочисленных конфликтов интересов оно не могло руководить расследованием. К тому же сотрудникам требовалось время прийти в себя после всех потрясений.

— По делу Трэвиса? — спросил я.

По лицу Роджера скользнули тени — боль человека, которого предал кто-то близкий. Господи, я прекрасно знал это чувство. Роджер сглотнул.

— Нет. По поводу выборов.

Я поднял брови. Сейчас Роджер временно исполнял обязанности шерифа, но через пару месяцев должны были пройти официальные выборы.

— Тебе нужна моя поддержка? — спросил я, не понимая, с чего ему вообще понадобилось мое одобрение.

У нас с братьями была не лучшая репутация. Особенно с учетом того, кем оказался наш отец.

— Вообще-то я хотел узнать, не согласишься ли ты выдвинуть свою кандидатуру.

Я резко остановился. Ключи повисли на пальце.

— Прости, что?

Роджер усмехнулся.

— Я пришел спросить, не захочешь ли ты баллотироваться в шерифы.

— Ты с утра уже пил?

Он тихо рассмеялся.

— Нет, я не заходил в The Boot пропустить утреннюю рюмку. Я серьезно, Кол. Люди тебя уважают. Особенно после того, как ты не отступил и нашел Нову, когда остальные сдались.

Когда остальные сдались.

Эти слова прогремели в голове, словно пушечный выстрел в пустой комнате. Потому что весь остальной мир действительно сдался. В могиле с разлагающимся телом женщины подходящего возраста нашли ее браслет дружбы, и все решили, что погибшая — Нова.

Но во мне росло назойливое сомнение. Я помнил, какое удовольствие Трэвис получал, изощренно мучая людей. И потому задумался: а вдруг она еще жива?

Я изучал карты и день за днем расширял зону поисков вокруг его участка, пока не заметил признаки: вытоптанную тропу, следы ног, борозды от волочения.

А потом нашел ее.

Нову.

Едва живую. Лишь оболочку человека. Ту, кто больше не хотела бороться.

Но она продолжила.

Она возродилась из пепла.

Мы до сих пор не знали точно, зачем он вывел ее из камеры. Хотел сделать игру интереснее? Или собирался бросить умирать после того, как возьмет Брей ей на замену? Вопросов оставалось слишком много, и каждый следующий был мрачнее предыдущего.

Я прочистил горло, будто это могло избавить меня от воспоминаний. Не помогло. Они навсегда выжглись в моей памяти.

— Я не собираюсь участвовать в политических играх вокруг должности шерифа. И даже если бы собирался, ты знаешь: как минимум половина города либо ненавидит нас с братьями, либо боится.

Роджер поджал губы.

— Половина этого города — идиоты.

Уголки моих губ дрогнули.

— Скорее всего. Но без их голосов не победить.

Он провел рукой по волосам и потянул за кончики.