Я на мгновение замялась, но Кол нарушил тишину.

— Да, Сверхновая. Иди завтракать с нами.

Я опустила взгляд на запястья.

— Только возьму толстовку и вернусь.

Я побежала к задней двери гаража, ведущей в мою квартиру. Открыв ее, стала подниматься через две ступеньки, хотя ноги были категорически против. Когда я достигла верха, экран телефона вспыхнул. Сообщение.

Ниже была ссылка на статью. То, что Брей пыталась подготовить меня, а не защитить, стало шагом в верном направлении. Но от заголовка у меня все равно подкосились ноги.

«Наследие ужаса: настоящая история Новы Монро», автор Риз Гэтлин.

Внезапно завтракать мне совершенно расхотелось.

С Новой что-то было не так. Я не понимал, случилось ли что-то за те пять минут, пока она ходила за толстовкой, или я упустил это раньше. Возможно, дело в пропавшей женщине. Такое точно могло выбить из колеи. Но что-то на задворках сознания упорно твердило: причина не в этом.

— Спасибо огромное за потрясающий завтрак, Скай, — сказала Нова с улыбкой, которая казалась искренней, но ею не была.

Скайлар покружилась на месте, а потом поклонилась.

— Всегда к вашим услугам, миледи.

Нова перевела взгляд на меня.

— Я только быстро приму душ и переоденусь. Ты точно не против подбросить меня к машине?

— Конечно, — ответил я, нахмурившись.

— Я уберу посуду, папочка! — Скайлар поспешила схватить тарелку со стола.

В последнее время помощь с едой и уборкой после нее стала ее любимым занятием.

— Тебе необязательно, — тихо сказала Нова. — Брей может меня подвезти.

Я нахмурился сильнее.

— Ты не хочешь, чтобы я тебя отвез?

— Ты весь такой хмурый.

Она подняла руку и большим пальцем провела по месту, где у меня уже собиралась складка между бровей.

— Мне не нравится, когда ты улыбаешься ненастоящей улыбкой.

Глаза Новы расширились, и она опустила руку. Мне тут же стало не хватать ее прикосновения, этой точки соприкосновения, тепла. Теперь нахмурилась уже Нова.

— Как ты всегда понимаешь?

Я пожал плечами, хотя знал правду. Потому что изучил Нову Монро. Все ее улыбки и хмурые взгляды. Все признаки, по которым можно было понять ее состояние, и все способы его скрыть. Каждую маску, которую она надевала, чтобы встретить новый день.

Но прекраснее всего Нова была тогда, когда оставалась собой. Ради этих мгновений я и жил.

Она вздохнула, достала телефон и показала мне статью того ублюдка Риза. Из меня хлынул поток ругательств, и Нова усмехнулась.

— По-моему, это уже тянет на штраф в банку за мат.

— Только если Скай услышала, — парировал я.

Я снова посмотрел на Нову.

— Мне так жаль.

Она уставилась на экран.

— Такое чувство, будто меня раздели догола перед всем миром.

За это мне захотелось убить репортера. Лишить выбора и права распоряжаться собой человека, у которого все это уже отняли самым чудовищным образом? Ниже падать было некуда.

— Я попрошу Декса заняться этим. Посмотрим, что он сможет сделать, — процедил я.

— Необязательно. Это не первая статья. И не последняя.

Я протянул руку, взял ее ладонь и сжал.

— Ты справишься.

Серые глаза блеснули серебром.

— Еще как справлюсь. И найду кого-нибудь, кто наложит на Риза Гэтлина проклятие, чтобы у него до конца жизни член не вставал.

Я резко рассмеялся. Меньше всего ожидал от себя смеха, когда так злился.

— Тоже способ справиться.

Нова постоянно меня удивляла. Тем, как переживала удары. Тем, как каждый чертов раз поднималась после нокаута. Все в ней околдовывало меня. Именно поэтому я и отпустил ее руку.

— Мне лучше пойти в душ, — произнесла Нова чуть охрипшим голосом.

— Да.

Мой голос звучал так, будто горло ободрали наждачкой. Пока она шла к своей квартире, я все еще чувствовал ее ладонь в своей. Кожу покалывало и жгло, словно она отказывалась забывать.

— Вся посуда уже в машине, — сказала Скайлар и с прыжком приземлилась передо мной. — Я очень хорошо все сполоснула.

Я посмотрел на свою девочку. Сегодня на ней были розовые камуфляжные штаны и толстовка с надписью: «Сегодня я милашка. Возможно, позже устрою небольшой хаос». Это точно подарил Мав.

Подхватив Скай на руки, я крепко ее обнял.

— Ты ведь знаешь, что ты самая потрясающая помощница на свете?

— Ну конечно, папочка.

Я усмехнулся.

— Рад, что ты уверена в собственной потрясающести.

Она посмотрела на меня сверху вниз. Ее каре-зеленые глаза были почти такими же, как мои.

— Можно задать тебе вопрос?

Я тут же напрягся. За эти годы неловких вопросов хватало. Самые запоминающиеся:

«Почему у меня нет пениса?»

«Откуда берутся дети?»

«Что значит „мудак“?»

Последнее было виной Мава.

Я посадил Скайлар на наше место для разговоров на кухонной стойке. Так она оказывалась ближе к уровню моих глаз, а нам не приходилось садиться на диван и превращать беседу во что-то официальное.

— Выкладывай, Маленькая Принцесса.

Я очень надеялся, что для разговора о сексе еще слишком рано. Объяснять, откуда берутся дети, и так было непросто. На тумбочке у меня лежала книга о половом созревании у девочек, чтобы подготовиться к разговору, но восемь лет казались слишком ранним возрастом для вопросов о месячных.

Скайлар посмотрела на меня.

— Что случилось с руками Новы?

Я напрягся уже по другой причине. Неудивительно, что Скай заметила. Дети были слишком наблюдательными и замечали отличия, потому что хотели их понять. Но я совершенно не представлял, как объяснить такое восьмилетнему ребенку.

— Ей не нравятся эти следы, — тихо сказала Скай. — Она все время тянет рукава и проверяет, чтобы их не было видно.

Внутри все скрутило, потому что Скайлар была права.

— Иногда тяжело жить с тем, что отличает нас от других.

Скай кивнула.

— Оуэн не любил свои очки, потому что мало кто из детей их носит. А теперь обожает, потому что дядя Декс подобрал ему идеальную пару.

Я невольно улыбнулся.

— Иногда нужно время, чтобы это понять. Но то, что отличает нас от других, одновременно делает нас сильнее. Хотя порой мы не видим, что именно эти различия делают нас красивыми.

Она надолго замолчала, словно обдумывала мои слова. В этот момент Скай казалась намного старше, и от этого внутри болезненно сжалось.

— Оуэн сказал, что она надолго исчезла. Это как… как было с моей мамой?

Все мышцы внутри свело так сильно, что я удивился, как не затрещали кости. Скайлар почти никогда больше не спрашивала о матери. Вопросы возникали, когда она пошла в школу, перед Днем матери или во время заданий о семье. Но за последний год я не мог вспомнить ни одного случая, когда она упоминала Кендру.

Я всегда старался говорить честно, но при этом защищать ее. Однако попытки смягчить боль от того, что мать ушла, напоминали прогулку по минному полю.

— После слов Оуэна у тебя появились вопросы о маме? — мягко спросил я.

Скайлар пожала плечами, а я знал, что это означает «да».

Я взял ладошки дочери в свои. Такие крошечные.

— Ты самый замечательный ребенок на свете. Не знаю, чем я заслужил такое счастье — что ты моя дочь.

— Пап-а-а-а.

— Это правда, — сказал я.

Скай прикусила губу, и в ее взгляде мелькнула неуверенность.

— Тогда почему я ей не была нужна?

Господи, в тот момент мне хотелось убить Кендру. Даже понимая, что для всех было лучше, когда она просто ушла. Причиненная ею боль разъедала меня изнутри. Особенно потому, что я боялся: отчасти это моя вина.

— Она не была готова стать мамой, — сказал я Скайлар. — Но знала, что я буду любить тебя. Что мне понравится быть твоим папой. Поэтому она подарила мне лучший подарок в жизни. Тебя.

Скай немного подумала.