Я выразительно посмотрел на Мава.

— Ты знаешь, почему я работаю допоздна.

— Да я просто подкалываю, — быстро ответил он. — Есть что-нибудь новое?

Он не мог быть так же погружен в это дело, как я. Никто не мог. Ведь именно я ее нашел. Держал за руку, пока она теряла сознание. Вдувал воздух в ее легкие, когда она перестала дышать. Никто не мог ощущать тяжесть этого дела так же сильно, как я.

Но братья пытались помочь. Так, как делали всегда. Способами, которые обходили законные процедуры, но были необходимы, чтобы искать исчезнувших и забытых.

Так мы искупали преступления, которых не совершали. Пытались хоть немного уравновесить чудовищные поступки нашего отца.

Мы никогда не обсуждали почему. Но это не значило, что не понимали. Каждый из нас по-своему смирялся со своей травмой и справлялся как умел. Но одно мы всегда делали вместе: искали пропавших. Пытались дать ответы им и их близким — то, чего жертвы нашего отца не получили, пока не стало слишком поздно.

— Я изучаю новое нераскрытое дело.

Я прислонил брус к голой гипсокартонной стене.

— Пропала туристка. Двадцать шесть лет. Внешне похожа на Нову.

Стоило произнести это вслух, и ярость снова вспыхнула во мне. Я видел перед собой Нову такой, какой она была сейчас. Она понемногу набирала вес и выглядела здоровее. Ее темные, почти черные волосы теперь блестели на солнце. В серебристо-серых глазах снова появился огонек, напоминавший, какой она боец.

— Черт, — пробормотал Мав.

— Копилка за ругань, — предупредил я.

Он закатил глаза.

— Скай меня не слышит. И не хочу тебя расстраивать, но слово «черт» она наверняка уже слышала.

Я посмотрел на брата исподлобья.

— То, что она его слышала, не значит, что должна выучить наизусть.

— Да-да.

Мав отмахнулся.

— Пропавшая туристка. Ты загрузил данные в наше приложение?

Приложение создал наш брат — компьютерный гений Декс. Там мы хранили материалы дел и все поступавшие по ним сведения. И приложение, и тайную организацию мы называли «Сеть Песочных Часов».

— Еще нет. Сначала надо убедиться, что она подходит.

Маверик кивнул.

— А пока ты… что? Решил стать Бобом-строителем?

Я снова одарил его мрачным взглядом.

— Мне нравится строить.

Он приподнял бровь.

— Ну, домик для Маленькой Принцессы у тебя вышел отличный. Но это уже совсем другой уровень.

Я обвел взглядом помещение над гаражом. Я разобрал все до каркаса и теперь отстраивал заново, добавив большие окна и световой люк. Все, чтобы здесь было просторно и ничто не напоминало замкнутое пространство.

— Мне нужен был какой-нибудь проект. Это помогает думать, — сказал я, защищаясь.

И это было правдой. Просто я не хотел слишком глубоко копаться в других причинах.

— И для чего ты будешь это использовать? Скай сюда переедет?

От одного напоминания, что однажды моя девочка и правда съедет, желудок болезненно сжался.

— Не говори такую хрень.

Мав громко рассмеялся.

— Чувак, не могу дождаться ее первого свидания. Ты же будешь следить за этим парнем.

Я нахмурился.

— Никаких свиданий как минимум до двадцати пяти.

Он рассмеялся еще сильнее.

— Удачи с этим. Твоя девочка очаровательная и чертовски смешная. Не успеешь оглянуться, как ее завалят приглашениями на свидания.

К горлу подкатила тошнота.

— Возьми свои слова обратно.

Мав лишь покачал головой.

— Готовься заранее.

Я рванул к нему, пытаясь зажать голову локтем, но Маверик увернулся. Зато от моего кулака, угодившего ему по почке, уйти не успел.

— Твою мать! Больно, придурок.

Мав ответил боковым ударом по ребрам.

Я схватил его за футболку и потянул вверх, пытаясь натянуть ему на голову и лишить обзора.

— Не говори о свиданиях моей дочери.

Маверик фыркнул от смеха, когда футболка закрыла ему глаза. Он завертелся, пытаясь освободиться от ткани.

— Ладно, ладно. Господи. Понял, это твоя больная тема.

Она и еще множество других. И у каждой было слишком много причин.

Мав одернул футболку и выпрямился.

— Я вообще-то заехал узнать, слышал ли ты, что Нова устроилась на работу.

Я мгновенно напрягся. Все внутри пришло в боевую готовность.

Нове предстоял долгий путь к восстановлению. Две недели в больнице. Три — в реабилитационном центре, где она проходила физиотерапию и восстанавливала бытовые навыки. Теперь лечилась амбулаторно.

— Прошло всего четыре месяца.

Маверик пожал плечами.

— Декс сказал, она отчаянно хочет вернуть хоть какое-то ощущение нормальной жизни.

Я понимал это желание — снова обрести привычный распорядок. Но мне казалось, что она слишком торопится.

— Уайлдер взял ее в The Boot, — продолжил Мав.

От этих слов по венам словно потек лед.

Наш старший брат владел городским баром с кухней. В основном там было спокойно, но поздними вечерами иногда возникали неприятности. Мысль о Нове посреди всего этого мне совсем не нравилась.

— Когда? — прорычал я.

Губы Мава дрогнули.

— Сегодня ее первый день.

Я уже шел к выходу.

— Присмотри за Скай.

— Ты куда? — крикнул Мав, когда я схватил ключи и направился к двери.

Я не ответил, и он прокричал мне вслед:

— Передавай Сверхновой привет!

Я лишь показал ему средний палец.

— Не позволяй моей дочери прыгать с сеновала или ездить по пастбищу без седла и уздечки. Понял?

— Я? Да никогда в жизни.

Еще как позволил бы.

Но я был готов рискнуть, потому что в тот день между мной и Новой возникла особая связь. И теперь я не мог вынести мысли, что ей может угрожать опасность. Что с ней может быть что-то не так.

Мне нужно было убедиться самому, даже если это делало меня безрассудным.

Потому что любые личные отношения с жертвой по делу нарушали все существующие правила.

Я снова почувствовала на себе чей-то взгляд.

Я проигнорировала это ощущение, хотя оно действовало на нервы, словно скрежет ногтей по школьной доске. Я сосредоточилась на ветре, который врывался в открытое окно, пока Брей сворачивала на Маунтин-Вью-Уэй — улицу, ведущую прямо в центр Старлайт-Гроув.

Главную улицу назвали как нельзя точнее. Стоило нам свернуть, и вдали показалась гора Люпин. Ее зубчатую вершину уже припорошило снегом, а окружающие леса делали ее еще величественнее.

Но в ее красоте было что-то особенное. В ее исполинских размерах. Она напоминала, что в мире существуют силы куда могущественнее меня.

Мне нравилось понимать, что именно они правят миром. Они не были добрыми или злыми. Они просто были жизнью. А жизнь продолжалась. Как и мое дыхание.

Я снова почувствовала на себе взгляд — ногти опять заскребли по доске.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Брей.

Ощущение исчезло, когда она снова перевела взгляд на дорогу.

— Хорошо.

Ответ сорвался с языка автоматически, и я даже не попыталась понять, что чувствую на самом деле. Удобная ложь. А может, и нет. По сравнению с тем, через что я прошла, мне и правда было хорошо.

Брей некоторое время молчала. Такое молчание заставляло осознать, какая пропасть разверзлась между мной и лучшей подругой. Раньше она знала меня лучше всех. Теперь казалось, что меня не знает никто. Даже я сама.

— А глаза? — продолжила Брей.

Сейчас я надежно прятала их за солнцезащитными очками, но все равно могла рассматривать город. В центре находилось около двадцати магазинов и ресторанов. Старлайт-Гроув был старым шахтерским городком, который после иссякших золотых жил переключился на скотоводство. Но дух Дикого Запада здесь сохранился.

Старинные кирпичные здания соседствовали с домами, похожими на старые фермы. При этом в оформлении каждого чувствовалась забота. Повсюду стояли горшки и корзины с цветами. Уже появились осенние украшения с листьями и тыквами. На каждом углу висели объявления о городских мероприятиях.