— Да-а… — протянул Пуаро. — Теперь мне все ясно.

Минуту-две Пуаро молчал.

— Фамилия Хуаниты — Валетта, — настойчиво продолжал он, — и умерла она в Пизе от аппендицита. Это так?

— Совершенно верно, — согласилась Катрина.

— И тем не менее, — задумчиво продолжал Пуаро, — меня удивляет один факт: родители Хуаниты назвали ее Бианкой.

Катрина пожала плечами.

— Какое это имеет значение: Хуанита или Бианка. Я думаю, что ее настоящее имя было Бианка, но Хуанита звучит более романтично, поэтому она и называла себя этим именем.

— Ага, — сказал Пуаро, — значит, вы так думаете? — Он помолчал немного и добавил: — А у меня по этому поводу есть другое объяснение.

— Какое же? — полюбопытствовала Катрина.

Пуаро наклонился к ней и внимательно посмотрел на нее.

— Тэд Уильямсон сказал мне, — заметил Пуаро, — что у девушки, с которой он познакомился, были «золотистые волосы, развевающиеся на ветру, как крылья».

Он придвинулся к ней поближе, потрогал локоны ее волос.

— Так вот они, золотые крылья и золотые рога! — сказал Пуаро. — Это ведь как посмотреть: либо ангел, либо дьявол. Вы можете быть и тем и другим. Сейчас они скорее всего золотые рога раненой лани.

— Раненой лани, — прошептала Катрина, и ее голос прозвучал без всякой надежды.

— Меня все время беспокоило описание девушки, которое мне дал Тэд Уильямсон, — сказал Пуаро. — Теперь я вижу, что это были вы, «лань с золотыми рогами и бронзовыми копытцами», продирающаяся через лес. Рассказать вам, мадемуазель, — улыбнулся Пуаро, — как все произошло? Я думаю, что случилось так, что однажды вы остались без служанки, так как ваша прежняя служанка, Хуанита, почувствовала себя плохо, неожиданно уехала домой, а новой вы еще не наняли. Приехав в Граслон, вы почувствовали себя нездоровой. И, когда все ушли на пикник, вы остались одна в доме. Звонок в дверь, вы открываете дверь и… Хотите, мадемуазель, я скажу вам, кого вы увидели? Вы увидели юношу, невинного, как ребенок, и прекрасного, как Бог. И вы придумали себе имя девушки. Не Хуанита, нет. Неизвестная Нита. И отправились с ним гулять в Аркадию.

Последовала длинная пауза. Ее нарушила Катрина.

— По крайней мере, частично, — прошептала она, — я сказала правду. Это венчает конец всей истории. Нита скоро умрет.

— Нет! — Пуаро ударил кулаком по столу. Из флегматичного и спокойного он превратился в решительного и делового мужчину.

— Совершенно необязательно умирать, — заявил он. — Вы еще сможете побороться за свою жизнь.

— А зачем мне такая жизнь, — удрученно сказала Катрина и обвела взглядом комнату.

— Ну конечно, танцевать на сцене вы больше не сможете, — сказал Пуаро, — но, послушайте, жить ведь можно и по-другому. И потом, мадемуазель Катрина, скажите честно, разве ваш отец князь или граф?

— Мой отец, — рассмеялась Катрина, — водитель грузовика.

— Отлично! — воскликнул Пуаро. — А вы будете женой механика в деревенском гараже. У вас будут прекрасные, как боги, дети, и они будут танцевать так же красиво, как когда-то на сцене танцевали вы.

У Катрины перехватило дыхание.

— Но ваша идея фантастична! — воскликнула она. В ее голосе появилась надежда.

— И тем не менее, — сказал Пуаро с чувством выполненного долга. — Иногда фантастика становится реальностью.

Эриманфский кабан[15]

I

Расследование четвертого дела из серии «Подвиги Геракла» привело Пуаро в Швейцарию. Побывать в Швейцарии и не посетить интересные места, не съездить в горы — этого Пуаро допустить не мог.

Он провел два приятных дня в Чамониксе, остановился на три дня в Монтро и поехал в небольшой городок в горах — Алдерматт, об удивительной красоте которого восторженно отзывались его друзья.

Алдерматт, однако, ему не понравился. Этот городок находился на краю долины, за которой виднелись только заснеженные вершины гор. Пуаро вдруг почувствовал, что ему стало трудно дышать: очевидно, сказывался разреженный воздух в горах.

«Больше здесь оставаться нельзя, — подумал Пуаро и в этот момент увидел фуникулер. — Отлично! Я воспользуюсь этим средством передвижения и поднимусь выше в горы».

Он узнал, что первую остановку фуникулер делает в Лесавинесе, вторую — в Коурочете, а третью, последнюю — в Рочерс-Нейджес, где на высоте три тысячи метров над уровнем моря находилась небольшая горная гостиница «Скалистый утес».

Пуаро не собирался подниматься так высоко. Ему казалось, что для остроты ощущений ему будет достаточно подняться до Лесавинеса.

Однако, как это было уже не раз, жизнь рассудила иначе. В дело вмешался Его Величество Случай. Как только фуникулер тронулся с места, появился кондуктор и попросил всех предъявить билеты. Взяв билет у Пуаро, кондуктор осмотрел его со всех сторон, сделал в нем просечку большим компостером и с поклоном возвратил. Пуаро увидел, что вместе с билетом ему передали какой-то свернутый клочок бумаги.

Сначала Пуаро очень удивился. Затем, не торопясь и не привлекая ничьего внимания, развернул полученный листочек. Это оказалась записка, написанная карандашом торопливым почерком:

Эти знаменитые усы невозможно спутать с какими-либо другими! Я приветствую Вас, дорогой друг! Если у Вас есть желание, помогите нам. Несомненно, Вы слыхали о деле Саллея. Его ограбил и убил Марраскаунд, опасный преступник, который, по сведениям, полученным из надежного источника, назначил встречу с некоторыми членами своей банды в гостинице «Скалистый утес». Будьте осторожны, друг мой! Свяжитесь с инспектором Дроуэтом, который уже находится там. Он способный сотрудник, но ему не сравниться с великим Эркюлем Пуаро. Очень важно, чтобы Марраскауд, этот «дикий кабан», был взят живым. Он опасный человек, один из самых опасных преступников в настоящее время. Я не стал подходить к Вам в Алдерматте, так как не исключено, что за мной следят, а Вам будет легче действовать, будучи простым туристом. Счастливой охоты!

Ваш старый друг Лементейл.

Читая записку, Пуаро машинально теребил усы. Да, спутать усы великого Эркюля Пуаро с другими невозможно. Но что все это значит? Он читал об убийстве известного парижского букиниста Саллея в газетах. Это было хладнокровное, жестокое, кровавое преступление. Личность убийцы была установлена сразу. Им оказался Марраскауд, главарь известной банды налетчиков, которого и раньше подозревали в совершении убийств, но до этого случая ему удавалось выходить сухим из воды. На этот раз на месте преступления было столько улик, что вина Марраскауда была доказана полностью. Во время ареста ему удалось скрыться, по некоторым сведениям, даже уехать из Франции, и полиции всех европейских стран искали его.

Итак, предстоит встреча Марраскауда с его сообщниками в гостинице «Скалистый утес».

Пуаро покачал головой. Он ничего не понимал. Все происходящее не поддавалось логике. Гостиница «Скалистый утес» находилась высоко в горах, и единственным средством доставки людей туда и обратно был фуникулер, подвесная канатная дорога, проходившая над долиной. Один конец этой дороги был закреплен на выступе утеса возле гостиницы «Скалистый утес».

Гостиница открывалась в июне, но там мало кто жил в июле и даже в августе. В этом месте не было ни дорог, ни тропинок, так что тот, кто, спасаясь от преследования, приезжал туда, попадал в ловушку.

Казалось невероятным, чтобы банда преступников могла выбрать такое неудачное место для встречи.

И все же если Лементейл говорит, что сведения получены из надежного источника, ему верить можно. Пуаро знал швейцарского комиссара полиции и уважал методы его работы.

Какие-то неизвестные причины заставили Марраскауда назначить встречу в этом далеком от цивилизованного мира месте.

Пуаро вздохнул. Ему не очень нравилась перспектива проводить отдых, охотясь за опасным и жестоким убийцей. Если уж ему приходится работать, то он, Пуаро, предпочитает умственную работу, сидя в удобном кресле, а не физическую — гоняясь по горам за диким кабаном…

вернуться

15

Геракл совершает свой четвертый подвиг, поймав эриманфского кабана, обладавшего чудовищной силой, который жил на горе Эриманф и опустошал окрестности города Псофиса. Он не давал пощады и людям, убивая их своими огромными клыками. Геракл поймал его, загнав в глубокий снег, и отнес связанным в Микены.