«Выглядит он как простой, приземленный мужик, надо вести себя с ним попроще», — подумал Гордон и попытался изобразить дружелюбную улыбку, которой владел не очень искусно.

— Привет, Йесс. Меня зовут Гордон Тейлор, я следователь из Отдела "Q", работаю с Карлом Мёрком.

Мужчина едва заметно вздрогнул.

— Я прекрасно знаю, что выгляжу сейчас как краше в гроб кладут, но это лишь потому, что я пашу день и ночь. Я пытаюсь найти тот самый костяк ублюдков, которых и ты, и Карл Мёрк должны бояться до чертиков. Это безжалостное ядро, которое в любой момент может взорваться от ярости и ликвидировать любого, кому они больше не доверяют или в ком больше не нуждаются.

Возможно, прозвучало это слишком пафосно и высокопарно, но, по крайней мере, Гордону удалось поймать его прямой взгляд.

— Кристиан Мандруп свято верил, что ему море по колено. Он ведь не был безвольной шестеркой, совсем наоборот — он был их верным, преданным псом и наворотил кучу дерьма, сломав кучу жизней. Но Мандрупу море не было по колено. Он даже на ногах стоять не смог, когда они затянули петлю на его шее и заставили умирать долгой, медленной и по-настоящему уродливой смертью.

Гордон сделал многозначительную театральную паузу. Что, черт возьми, не так с этим подследственным? Он даже глазом не моргнул при этом известии. Неужели он уже всё знал? Что ж, тогда придется сменить тактику и врубить жесткого копа.

— Здесь, внутри этой тюрьмы, ты вообще ни хрена не в безопасности, ты это понимаешь, Йесс? Оглянись вокруг! Сколько твоих сокамерников откажутся зарезать тебя прямо на месте за сущие копейки, если при этом на счет их семей упадет целое состояние? На Карла Мёрка здесь дважды совершали покушения другие заключенные, и еще дважды — в изоляторе в Слагельсе. Ты слышал о том, что тюрьму там обстреляли из противотанкового гранатомета?

Снова гробовое молчание.

— Думаю, ты прекрасно слышал, об этом гудит вся Дания. И вот, спустя два дня, четыре заключенных уже лежат в гробах из-за этого налета. Так что пощады от людей, заказавших штурм, ждать не стоит, ты ведь это понимаешь?

На этот раз Йесс посмотрел на него так, словно действительно захотел услышать продолжение. Слишком частое сглатывание и нервное моргание, как правило, говорили сами за себя.

— Если честно, по нашу сторону закона никто толком не знает, чем именно ты занимался, Йесс. Тебе пока просто предъявили официальное обвинение. Но лично мне кажется, что ты вообще можешь быть невиновен. Ты просто молчишь, потому что дико напуган и, возможно, слишком много знаешь о грехах других людей.

Гордон подался вперед и попытался ободряюще положить свои ладони поверх его рук. Лассену этот жест явно пришелся не по душе, и он резко отдернул руки назад.

— А теперь я расскажу тебе, как выбраться из этой заварухи с минимальными потерями, Йесс. Нам просто нужно скостить тебе срок, понимаешь? За само молчание тебя, конечно, никто не осудит. Но тебя могут закрыть за то, что ты отказываешься говорить, кто именно приказал тебе пригнать служебный автомобиль на парковку за тюрьмой Вестре в тот самый день, когда насмерть сбили Адама Банга. И за то, что ты утаиваешь, кто именно забил Ханнеса Тейса молотком и обставил всё так, чтобы главным виновным казался ты. Всё это выльется тебе в огромный срок — до тех пор, пока ты не поможешь нам прижать настоящих боссов.

Гордон откинулся на спинку стула и полез рукой под ремень брюк. Бумажная фотокопия немного помялась, когда он вытащил её и развернул прямо перед лицом Йесса Лассена, но лицо Гюстафа Мюлдера читалось на ней вполне отчетливо.

Лицо Йесса никак не изменилось, но его зрачки мгновенно сузились, словно от резкой вспышки света.

— Это он забил Ханнеса Тейса до смерти? Он сидел за рулем машины, которая протаранила Адама Банга? Ты узнаешь его? — ледяным тоном спросил Гордон.

Йесс Лассен на секунду отвел взгляд в сторону, но когда снова посмотрел Гордону в глаза, его лицо опять превратилось в каменную маску.

Тогда Гордон снова потянулся к рукам мужчины:

— Посмотри мне глубоко в глаза. Я совершенно искренне считаю, что обвинения против тебя сфабрикованы и несправедливы.

Йесс Лассен опустил взгляд в пол. Было видно, что в его голове сейчас идет бешеная мыслительная работа.

Гордон повернулся к Терье Плоугу:

— Да, теперь я гораздо лучше понимаю, что ты имел в виду, Терье. Наш Йесс — орешек крепкий. Но почему он предпочитает рисковать собственной шкурой за решеткой вместо того, чтобы помочь нам? Я отвечу тебе. Потому что он свято уверен: как только он откроет рот, никакой реальной защиты от нас он не дождется. Я прав, Йесс? Но я даю тебе слово, что мы полностью обеспечим твою безопасность, если ты ответишь на наши вопросы. И это колоссально поможет тебе на суде.

Йесс медленно поднял голову и посмотрел прямо в глаза Гордону.

— Я не делал того, в чем меня обвиняют, — коротко и глухо отрезал он.

Терье от неожиданности едва не подскочил на стуле, подавшись вперед:

— Спасибо, что заговорил, Йесс. Теперь наша забота — поскорее вытащить тебя отсюда. Я займусь оформлением документов завтра же, идет?

Йесс Лассен едва заметно кивнул и снова погрузился в свое привычное угрюмое молчание.

Пятница, 8 января 2021 года

РОЗА

Роза чувствовала себя невероятно комфортно в компании команды Мерете. С одной стороны, здесь было полно привлекательных мужчин, а с другой — сама динамика, бурлившая в комнате, оказалась настолько заразительной, что девушка напрочь забыла о своей усталости.

Она сидела и слушала, как вовсю костерят судьбу четверо техников и экспертов по базам данных, пытавшихся разобраться с содержимым спутникового телефона. Аппарат Iridium 9575 Extreme, судя по всему, был далеко не новейшей моделью, но определенно заслуживал огромного уважения со стороны специалистов. Эта система обеспечивала лучшее покрытие в мире благодаря связи с 66 спутниками и таила в себе колоссальные технические возможности.

Однако уже через несколько секунд парни поняли: несмотря на встроенный GPS, оперативно отследить, откуда совершались звонки, не получится — владельцы телефона просто не активировали это приложение.

Зато спустя пару минут выяснилось, что мобильник не был арендован. Эксперты установили первоначального оператора связи, и этот номер оказался американским. В теории можно было заставить компанию предоставить кучу сопутствующей информации: какие именно спутники использовались в тот период, в какое время, и, самое главное, кто именно приобрел этот аппарат. Но подобные официальные запросы требовали кучи времени, с чем четыре эксперта Мерете никак не хотели мириться.

— Послушайте, — обратился один из них к присутствующим. — Телефон был настроен так, чтобы сохранять историю вызовов исключительно на сим-карте. Но даже из этих данных мы сможем выудить логи старых разговоров, если только их не удаляли целенаправленно. Мы очень надеемся, что в последние часы перед штурмом у преступников банально не хватило времени подчистить историю звонков между ними и теми, кто нанял их на это дело. Так что мы работаем в этом направлении.

С другой стороны, на корпусе остались четкие отпечатки пальцев, и Гордон позаботился о том, чтобы мы получили качественные макроснимки. Поэтому у нас вопрос к вам: есть ли смысл прогнать их по базе данных Дании? Несмотря на наше общее предположение, что оба нападавших были голландцами.

Практически все сошлись во мнении, что идея отличная — в конце концов, какой от этого вред?

Парни повернулись к Розе:

— Роза, может, ты займешься этим? Ты ведь как-никак до сих пор официально числишься в полиции, — попросил один из них.

Роза согласно кивнула. Для Терье Плоуга запустить эту проверку должно быть парой пустяков.

— А что насчет того сбежавшего наемника из Слагельсе? Как думаешь, Мерете, нам стоит о нем беспокоиться? — спросил один из мужчин.