Он бросил взгляд на конвоира. Тот коротко кивнул Карлу и деликатно отвернулся.

— Я обязательно приеду, мам, — пообещал он и крепко прижал её к себе. — Ты ведь разговаривала с Моной, верно?

Она кивнула:

— Она хорошая девочка, Карл, и очень по тебе скучает.

Значит, она всё-таки знала о происходящем гораздо больше, чем пыталась показать.

— Передавай привет отцу и скажи, что я приеду, хорошо?

— Да. Ты ведь невиновен, правда?

И всё-таки этот вопрос прозвучал.

— Ну разумеется. Нашла о чём беспокоиться.

— Если бы ты ответил иначе, я бы забрала это печенье обратно и отвезла племяннице, у которой остановлюсь сегодня на ночь. А так пусть его забирают надзиратели — надеюсь, они будут присматривать за тобой с особым усердием.

Эта встреча всё ещё крутилась у него в голове, когда он вышел на ежедневную прогулку во внутренний дворик. К этому моменту на улицу начал сыпать мелкий снег. Насколько серьёзно болен отец? «Израсходовал все силы», — сказала она, но что конкретно за этим стояло?

Он кивнул Мальте и Полю Манону, которые уже стояли по разным углам площадки, недружелюбно поглядывая друг на друга.

Щуплый Манон направился к нему. Прогулка была главным событием дня для каждого из них, ведь всё остальное время протекало под гнётом безликих белых стен, а часы перед телевизором тянулись под убийственный, монотонный стук напольных часов. Тик-так, шло время. И секунды утекали в абсолютную пустоту. Тик-так, время уходит, и его уже не вернуть.

Манон улыбнулся и плотнее запахнул куртку.

— Есть новости с воли, — негромко произнёс он. — И тебе тоже стоит послушать, Мальте. — Он кивнул в сторону здоровяка, который, засунув руки в карманы ветровки, сделал несколько шагов им навстречу.

— Ты как, Мальте? — спросил Карл.

Тот хмуро покачал головой:

— Сестра говорит, что младшему брату совсем худо. Они не знают, получится ли у них найти кого-то, кто перевезёт его в клинику в Германию. Там какие-то проблемы со страховкой.

Карл нахмурился:

— Разве это не вопрос денег?

— Возможно. Мама с сестрой пытаются что-то сделать. Но даже если всё получится, он может просто умереть по дороге туда.

Его плечи мелко подрагивали. Это не было плачем — скорее напоминало судорожные отголоски слёз, которые у него просто иссякли. Было очевидно, что Мальте глубоко сокрушается всей своей по-детски наивной душой.

— Мы можем попросить моего человека помочь с этим, — осторожно предложил Поль Манон. — Это та самая женщина, которая оплатила лечение твоего брата. У неё огромные ресурсы, я в этом уверен. Мне связаться с ней?

Мальте удивлённо поднял на него глаза. Казалось, он никак не мог переварить мысль, что кто-то вроде Манона искренне желает ему добра.

— Разумеется, мне понадобятся точные адреса твоего брата и этой немецкой клиники.

Мальте кивнул. Затем он сделал пару шагов к Манону и крепко обхватил его своими тяжелыми ручищами — это было единственное, чем он мог отблагодарить его в данный момент.

— Спасибо, — глухо выдавил он, не разжимая объятий.

— Что тут происходит? Всё в порядке? — спросил один из надзирателей, который как раз вывел на прогулку бледного парня из Обенро из десятой камеры и застал двух мужчин в плотных объятиях.

Мальте тут же разомкнул руки.

— Спасибо, — повторил он ещё раз.

Поль Манон дождался, пока надзиратель отойдёт обратно к тюремному коридору, после чего заговорил приглушённым голосом:

— Снаружи есть человек, который полностью контролирует обстановку вокруг тюрьмы, Карл. Мерете говорит, что ты знаешь его по прошлым делам.

— Отлично, это успокаивает. Кто он?

— Его зовут Кеннет. Профессиональный военный, сейчас работает в службе безопасности Мереты Люнггор, так что парень более чем компетентен.

Карл тепло улыбнулся.

— Миа и Кеннет… Я помню их так чётко, будто это было вчера, — тихо пробормотал он себе под нос. — Да, он надёжный человек, это прекрасная новость.

— По всему периметру установлены скрытые микрокамеры, так что он видит любые перемещения за тыльной стороной тюрьмы. А ещё у меня для тебя привет от Харди. Он извиняется, что не проявлял активности в последние пару дней, но ему сделали предложение, от которого он просто не смог отказаться. После долгих размышлений он решил поблагодарить тебя за все те годы, что прожил в твоём доме в Аллерёде, потому что он переезжает — и вещи собирают прямо сейчас.

«Ну надо же, чёрт возьми!» — подумал Карл, живо представив себе Харди, неуклюже переминающегося в своём массивном экзоскелете-вертикализаторе. Интересно, пойдёт ли этот переезд на пользу ему самому и Мортену?

— Передай ему, что я искренне рад за него. Я очень надеюсь, что у меня появится возможность навестить его на новом месте, хотя прямо сейчас эта перспектива кажется весьма туманной.

Манон понимающе кивнул.

— Но самая главная новость, пожалуй, ждёт тебя сейчас. Человек, который угрожал тебе в тюрьме Вестре и который обрабатывал Мальте и того бугая на втором этаже, наконец-то опознан. Он адвокат, его зовут Кристиан Мандруп. Его выдал прежде всего парфюм — мужчинам всё-таки стоит быть поаккуратнее со своим тщеславием.

— И кто же его прижал?

— Это была коллективная работа, не без твоей помощи, конечно. Но в первую очередь отличились твой коллега Асад и следователь по имени Терье Плоуг.

Старый добрый Асад — разумеется, он не мог остаться в стороне. Как и вечно исполнительный, дотошный Плоуг.

— Ему уже предъявили официальное обвинение? — спросил он.

Манон лишь пожал плечами:

— До этого ещё дойдёт. Пока что он гуляет на свободе.

Карл присел на корточки, обхватив колени руками. Поможет ли эта зацепка полностью снять с него подозрения или, напротив, лишь заставит его врагов действовать жёстче — вот в чём был главный вопрос. Прямо сейчас он отдал бы всё на свете ради пары часов на свободе, чтобы вместе со своими коллегами выработать чёткую стратегию дальнейшего расследования.

Среда, 6 января 2021 года

УЭЙН ПЕТЕРС / КРИСТИАН МАНДРУП

ВООБЩЕ-ТО ДЕНЬ НАЧИНАЛСЯ довольно мирно. Уэйн Петерс рассудил, что последнюю партию кокаина из Колумбии следует припрятать на складе до тех пор, пока он полностью не разберётся, в каком состоянии находится его организация. Уэйн придерживался мнения, что преступления приносят доход только тогда, когда всё идёт как по маслу. Если же возникали сбои, следовало резко свернуть активность, пока ситуация по всем фронтам не уляжется. Шумиха привлекает ненужное внимание — это было прописной истиной, так что утечки лучше устранять незамедлительно.

Чуть за полдень наконец пришло письмо от Кеса Пауэлса. Содержимое было коротким и чётким. Он сообщал, что Эдди Янсен мёртв, а его жена, которая абсолютно ничего не знает, находится под полным контролем. Ему удалось ликвидировать утечку в самый последний момент, что наглядно подтверждал прикреплённый к письму крайне компрометирующий файл, над которым работал Эдди Янсен. Тем не менее, Пауэлсу придётся временно свернуть свою деятельность на благо организации, пока он не найдёт подходящую замену дому в польдере, из которого работал до сих пор.

У Уэйна ушло двадцать минут на изучение тридцати вложенных страниц от Эдди Янсена. Если бы это содержимое увидело свет, оно могло бы полностью уничтожить всю сеть.

Особенно сильный скачок давления у Уэйна вызвали некоторые рассуждения Янсена на последней странице. Судя по всему, разрозненные впечатления за долгие годы службы в организации навели Янсена на мысль: а существует ли на самом деле сеть влиятельных людей на верхушке, или же там стоит один-единственный человек? Последнее, разумеется, делало бы организацию гораздо более уязвимой.

— Как, чёрт возьми, до него вообще это дошло? — выругался Уэйн. Он слегка наклонился в сторону и схватил бутылку «Кампари», к которой обычно прикладывался только тогда, когда ныло бедро. Два глотка, но легче не стало.