Я похолодела.

Диализ?!

Мне его нельзя!

Он подчистую выведет мимикрию! И мой настоящий запах вернётся в тот же миг!

И тогда — маршалы узна́ют меня за долю мгновения!

Шестерёнки в голове закрутились с бешеной скоростью, просчитывая варианты. Получалось, что я обязана справиться с этой внезапной лабораторной без единой ошибки, чтобы не было повода отправлять меня на процедуру очищения крови.

К счастью, выполнение подобных задач — было моей сильной стороной. И нет повода думать, что я облажаюсь! Что за тоник они там хотят приготовить?!

Я так воодушевилась — мысленно “села на своего коня” — что на миг забыла, что всё ещё стою у всех на виду. У доски перед адептами. А с двух сторон от меня — возвышаются суровые шиарийцы, словно они мои телохранители…

“Или мужья…”, — мелькнула нервная, почти истерическая мысль. И это заставило меня очнуться и отвесить себе мысленную отрезвляющую пощёчину: что за БРЕД, Майя, соберись, сею секунду!

Я хотела тихонько, бочком сделать пару шагов назад и, не привлекая внимания, вдоль бокового прохода вернуться на своё место за столом. Но вдруг поняла, что вокруг одной моей щиколотки обвился шиарийский хвост!

Поздно поняла...

Взвизгнула и полетела на пол.

Но упасть мне не дали.

Второй хвост молниеносно обвил мою талию — и через миг я снова стояла двумя ногами на полу. Сердце колотилось. Щёки пылали от стыда и чего-то ещё.

— Осторожнее, виана-адептка, — Сайрос смотрит мне в глаза в упор. Миг… два… И я отвожу взгляд. А серебристый хвост соскальзывает с моей талии. Щиколотка тоже свободна… Хм, может, мне показалось?! И я просто споткнулась?

— С-спасибо, вианы, — еле слышно шепчу я.

Я не смотрю на Оберона, но знаю, что он сейчас буквально ощупывает меня взглядом. Рефлекторно посильнее прикрываю пси, и всё равно при новых звуках голоса черноволосого шиарийца вздрагиваю: — Не спешите, Майя. Вы ведь глава студенческого научного общества. И насколько мне известно, лучшая на курсе. Программу освоили с опережением более чем на год. Впечатляет. Кстати, профессор Дрейк не успел вам сказать, но за сегодняшний ответ у вас по его предмету дополнительные сто восемьдесят баллов.

СКОЛЬКО?!

— Вполне заслуженно, — продолжил Оберон, — и будет справедливо, если вы будете работать здесь. У кафедры. За преподавательским столом. На глазах ваших коллег-однокурсников. Покажете пример.

— А мы вам поможем, — улыбнулся Сайрос, демонстрируя чуть удлинённые белоснежные клыки.

Хотя это скорее был оскал. И он не предвещал мне ничего хорошего!

Майя

Лабораторная работа проходила в гнетущей тишине.

Лишь тихо гудел производственный нано-принтер, печатающий запрашиваемые молекулярные соединения. Позвякивали склянки и пробирки, когда адепты смешивали реагенты, и порой до ушей долетал полу-шёпот сдерживаемых ругательств — в основном с задних парт, которые по традиции занимали самые отстающие.

Я работала за кафедрой — перед всеми, и мне было хорошо видно, что малышка Веста аж губу закусила от усердия, помешивая реагент (на вскидку — правильный, только почему он розовый?). А вот Ида явно уже наделала ошибок и даже не заметила. Ну не должен после центрифугирования выпадать такой грозный бурый осадок — явно же накосячила!

Зоя пыталась нервно заглянуть в записи. Её работу не примут, потому что более неуклюжего списывания я в жизни не видела. Роланд и вовсе дальше первого этапа не продвинулся… Его, похоже, больше волновала я — он то и дело сверлил меня мрачным взглядом. Должно быть, переживал, как я справлюсь.

Но волноваться было не о чем!

Я была на сто процентов уверена — никакой диализ мне не понадобится. Ведь фармацевтика была моей сильной стороной. Поэтому вскоре после начала лабораторной я уже расслабилась и сейчас даже получала удовольствие от процесса создания стимулирующего тоника.

Мой разум с сумасшедшей скоростью перебирал варианты взаимодействия молекулярных структур. Руки летали над штативом. Кажется, нужная пробирка сама прыгала в руки. Я могла бы даже не титровать растворы. Капать смеси на глазок, но… воздержалась. Для меня это было вовсе не тяжкой повинностью. Скорее напоминало импровизацию на музыкальном инструменте, которым я владела виртуозно… Задача скорее состояла в том, чтобы это не бросалось людям в глаза.

Но сдержать восторг было так непросто.

Маршалы разрешили использовать любое оборудование аудитории, и я впервые в жизни дорвалась до нано-принтера!.. Я могла генерировать на нём любые соединения… вообще любые! Даже самые редкие и дорогие. И мой мозг исследователя попросту не смог остаться равнодушен к такой свободе. Меня распирало от энтузиазма! Казалось, ноги сейчас оторвутся от земли.

Здесь и сейчас я делала не стандартный тоник-стимулятор, а настоящий прорывной продукт! Впрочем… напомнила себе в очередной раз: не стоит так уж нестись вперёд...

Я застыла, глядя на жидкость в пробирке на просвет.

— Соединение альт-Ви-6? Интересный выбор, — раздался рядом низкий, чувственный, пробирающий до мурашек голос Оберона.

Вернувшись с обхода аудитории, маршалы снова обступили меня с двух сторон, будто суровые стражи. Серебряный хвост Сайроса как бы невзначай обвил мою голень и мягко сжал — слава космосу стойка была монолитной, и никто в классе этого не видел.

— Не уверена, что стоит использовать в формуле это соединение, — пробормотала я, опуская пробирку на подставку.

Я гордилась собой, ведь голос не дрогнул, хотя одно лишь присутствие рядом шиарийцев заставляло сбиваться с мысли и полыхать от смущения. Но мое любимое дело… было сейчас моей опорой.

— Почему же? Оно могло бы стабилизировать структуру, — заметил Сайрос, разглядывая написанное на проекционной столешнице уравнение для тоника. Я не посмотрела светловолосому шиарийцу в глаза — не решалась. А вдруг он все ещё злится по непонятной мне причине…

“По непонятной, серьезно, Майя?” — усмехнулся мой внутренний голос.

Я волевым усилием заставила его замолчать.

— Альт-Ви-6 уменьшит период полураспада. А значит, сократит время действия тоника. На… минут на восемьдесят, — я все-таки бросила беглый взгляд на Сайроса. И непроизвольно слегка улыбнулась ему самыми уголками губ. А что такого? Приятный разговор с умными мужчинами. Такой разговор здесь со мной вообще никто не смог бы поддержать. Эх… Ну может кто-то и мог.

“Но только не Роланд”, — вновь безжалостно подсёк меня внутренний голос.

— Можно усилить третий слой через нано-молекулы Ви-Эль, тогда скорость по дуге выровняется, — вклинился Оберон, хвостом постучав по нужной строчке формулы.

— И сверху использовать катализатор Зет-Д, — уже почти добродушно мурлыкнул Сайрос. Настроение светловолосого маршала явно улучшалось… Его хвост по-прежнему мягко сжимал мою ногу. Я решила не обращать на это внимания. Он уже не пугал меня. И работать не мешал. Даже как будто бы наоборот…

— А не лучше ли тогда взять Зет-Д-2? — азартно предложила я. Мне определенно все сильнее нравился этот разговор. И я сама не заметила как взглянула на маршалов открыто.

— Смело, — улыбнулся Оберон. — Может сработать.

И я против воли зеркально улыбнулась в ответ.

— Но вот как быть с адреналиновой пикой, которая, несомненно, плохо скажется на… — я подняла взгляд, и тут меня осенило, — но если укрепить общую сетку через Р-4-Ди, то всё получится! Точно! — эта мысль мне так понравилась, что мне казалось будто я начинаю светиться изнутри. Я на автомате закинула через пси команду на принтер на нужную структуру.

А потом взглянула на мужчин с невольным уважением.

Я вдруг осознала, что шиарийские маршалы — это не только набор мускулов, хвостов и… хмн… умелых губ. Судя по их знаниям, они могли бы посоревноваться с местными преподавателями. Ведь сейчас мы общались на языке углублённого курса, и они совершенно точно понимали, о чём идёт речь. А когда я догадалась о решении для формулы — совсем не выглядели удивлёнными, а напротив — будто сами “вели” меня к нему.