— Кисти… онемели… не могу, — пробормотала она. А потом замерла. И продолжила так тихо, что я едва её расслышала. — Но я могу иначе их достать… Только не удивляйся, ладно?

Я кивнула, хотя она этого и не увидела. А в следующий миг что-то зашевелилось под штаниной форменных брюк первокурсницы, и наружу выскользнул длинный изящный золотистый… хвост. Хвост! И щёлкнул раздвоенными кончиками.

В нашей маленькой сумрачной камере повисла напряжённая тишина.

Кажется, на миг из моих лёгких выбило весь воздух, а стены начали давить.

Впрочем, шок первых секунд быстро начал отпускать.

Я не сводила взгляда с хвоста, переваривая открытие.

Он был очень похож на те, что я уже видела… Только короче и тоньше, и цвета иного. Нежно золотистый… Но всё же, не узнать главную отличительную черту одной известной альфа-расы — было невозможно.

— Ты шиарийка, — прошептала я, вскидывая взгляд на смутившуюся Весту. Её щёки залил густой румянец. Она кусала губы и отводила глаза.

— Полукровка, — пробормотала она. — Только прошу…

— Я никому не скажу, — тут же пообещала я, гадая, какие могут быть причины у этой миниатюрной девочки скрывать своё родство с такой могущественной расой. Конечно, я не знаю, как они относятся к таким, как она… но что-то мне подсказывало — что если признается, ей ничего не грозит. Только возьмут под крылышко.

Вроде она и маршалов не боялась. Стеснялась только…

Так почему тогда…

Ладно… это не мне решать.

Если Веста не хочет открывать правду — должно быть, есть причины.

Позже я с ней поговорю, но сейчас важнее другое.

— То, что мне нужно — лежит в кармане, — шепнула я.

И золотистый хвостик, качнувшись, ловко нырнул в карман моего белого форменного пиджака и выудил наружу ампулу, которую я так вовремя прихватила из лаборатории. Конечно, могло получиться и без неё, но так надёжнее.

Хвост поднёс её к моим губам, я откупорила крышку зубами, выплюнула её в сторону и выпила содержимое одним махом. Отсчитала про себя две минуты. Именно столько нужно тонику, чтобы он начал усваиваться.

Теперь осталось самое сложное…

Точнее — это было бы сложно, не будь рядом Весты.

— Мне нужно уснуть, — сказала я девушке. — Если всё выйдет, я приведу помощь.

Она не задавала вопросов, только кивнула.

Спрятала хвост обратно в штанину и села рядом со мной. Хоть мы и не могли сейчас раскинуть пси за пределы камеры, внутри неё использовать его никто запретить нам не мог.

Поэтому я легла на пол. А первокурсница склонилась надо мной.

Погружение в сон через воздействие на пси — это практически первое, чему учат псиоников. Действие совсем простое, если не требуется пробиваться через щиты. А свои я опустила, облегчая Весте воздействие.

Сейчас её юное лицо было близко, тёмные бровки сошлись у переносицы, и я впервые внимательно вгляделась в светло-карие глаза девушки. И заметила в них будто крохотные золотинки… Подумать только. Шиарийка… Пусть и полукровка. А как её узнаешь? Ростом ниже меня, совсем маленькая. Слабая. Псионик хороший, но не сверхсильный.

Хотя и про меня так думают.

Может, и я про Весту многого не знаю?

Но тут моего разума будто остророжно коснулись мягкой кошачьей лапой, и мысли оборвались. Пси-воздействие Весты плавно толкнуло меня из реальности в сон.

…

…

…

Я распахнула глаза.

Получилось!

Пространство вокруг стремительно прорисовывалось… Сначала проявились огромные окна с видом на космос, затем стены, обшитые бронированными пластинами. Потом подсветка из тянущихся по потолку наноламп, которая присуща космическим кораблям дальнего следования.

Я лежала уже не на холодном полу, а на широкой кровати, в которой до этого была уже дважды. Вот только в отличие от пошлых раз, маршалов в помещении не было.

Я торопливо встала на ноги… и тут же поняла, что на мне всё ещё та алая игривая сорочка с оборками, что и в первый раз. Вот только настроение было совсем не игривое.

Был огромный шанс, что Бойрон заминировал школу!

И едва маршалы вернутся… она взлетит на воздух. Вместе с ними!

А о том, что будет тогда со мной, я вовсе не думала. Мысль в эту сторону попросту отказывалась сворачивать. Как это — их не будет? Как это — совсем-совсем не станет? Я даже вообразить себе такого не могла. Как я вообще смогу жить и дышать, зная о том, что произошло?

Нет! Я не могу этого допустить.

Я должна им всё рассказать! Предотвратить худшее!

— Оберон! Сайрос! — позвала я, что есть сил.

Мой крик эхом разлетелся по пустой спальне.

— Оберон! Сайрос! Это я — Майя!

Здесь пси-силы не работали. Точнее — они, как и в камере — не могли выйти за пределы пространства, сотканного из иллюзии и воспоминаний и сохранённого на глубоких слоях пси. Но всё же это место каким-то образом соединило нас во сне. И уснув, я снова сюда попала. Значит, оно должно быть с нами связано. Или мне хотелось так думать… Хотелось верить, что если позову достаточно громко, маршалы услышат.

— Оберон! Сайрос! Ну пожалуйста! — я так громко кричала, что будь это настоящий мир — уже сорвала бы связки. — Оберон! Сайрос! Прошу! Я здесь! Вы нужны мне!

Но ничего не происходило.

Тогда я стала бить кулаками по стенам. Раскидала подушки, опрокинула фудпринтер. Схватила пластиковый стул и швырнула его в окно. Конечно, стекло не разбилось, только у столика очень натурально отломалась одна ножка.

Но маршалы всё равно не пришли.

Что, если и не придут?

Что, если пока не уснут — не услышат?

Что, если я не смогу их предупредить?

Чувствуя, как беспомощные всхлипы перехватывают горло, я осела на пол — посреди всего этого разгрома.

Закрыла лицо руками.

Слёзы потекли из глаз.

С чего я вообще решила, будто у меня получится? Если они не спят, то…

— Майя… — вдруг раздался справа обеспокоенный голос. А в следующий миг меня уже обнимали сильные руки Оберона.

Сайрос тоже был тут! Он подхватил меня с пола и перенёс на кровать. Мою талию оплели чёрный и серебристый хвосты.

— В-вы пришли, — с облегчением выдохнула я, не в силах сдержать слёзы. Эмоций было слишком много. Они выплёскивались через край.

— Что случилось, малышка? Кто тебя обидел? — с тревогой спросил Оберон, стирая слезу с моей щеки.

Вместо ответа я раскрыла свой пси, чтобы они сами увидели.

Оберон

Майя растворилась из наших рук, и я едва удержался от того, чтобы не прыгнуть на более глубокие слои пси — и попытаться удержать её. Хотя бы ещё ненадолго! Но это было бы слишком опасно — сейчас… когда счёт идёт на минуты.

Важнее составить план. Мы успели предупредить Майю — чего именно ей следует ждать. И как надо действовать в случае любой опасности, если такая возникнет.

Бойрон… Эта трусливая тварь!

Гнев застилал мне глаза алой пеленой. Кровь кипела, а в пси вероятностях я с сумасшедшей скоростью просчитывал в каком именно порядке будет больнее всего ломать ему кости. Одну за одной…

Брат был настроен не менее мрачно. Но мы оба взяли эмоции под контроль и синхронно вынырнули из проекции сна, куда нас позвала наша смелая умная мианесса. Если бы не она, план Байрона мог бы сработать. После вылазки мы вернулись бы в академию… Которая взлетела бы на воздух. Успели бы мы что-то сделать? Неизвестно… Даже если бы спаслись, жертв было бы слишком много. А след шаттла с Майей — потерян.

“Нельзя было оставлять её”, — мелькнула мысль у моего брата-близнеца.

“Больше не оставим”, — передал я ему и ощутил согласие на уровне эмоций и мыслей. Наши хвосты хлестнули по воздуху и агрессивно щёлкнули кончиками, готовые к бою. Мы стояли в круглом помещении рубки.

Я положил руки на проекцию живого ядра. Сайрос подсоединился к каналу корабельной команды. Он оповестил всех, что меняем курс. Я же задавал обратные координаты.