Хотя я с гораздо большим удовольствием занялся бы Реной, а не слежкой за престарелым боссом якудза, из которого песок на ходу сыпется. Близость женского тела бодрила и горячила кровь, я не мог думать ни о чём другом. Моя рука скользнула ей под кофточку, не встретив никакого сопротивления. Первый бастион пал.

— Ты с самого начала так и планировал, да? — промурлыкала Рена.

— Нет, я привык импровизировать, — тихо шепнул я.

По улице медленно подъезжал чёрный «Ниссан Президент», угловатый, блестящий, удивительно похожий на советские членовозы производства ЗИЛ. Якудза Санакагава-гуми выстроились вдоль улицы и замерли в глубоком поклоне, лимузин остановился напротив крыльца «Звезды Востока».

Мы с Реной неотрывно наблюдали за процессией, один из боевиков, обеспечивающих охрану, встретился с нами взглядом, но тут же отвернулся, приняв за обычных клиентов лав-отеля. Я как раз забрался Рене в трусики, когда к чёрному лимузину подбежал один из бойцов, довольно пожилой и уважаемый, судя по виду, и открыл заднюю пассажирскую дверь.

Из «Ниссана» грузно выбрался пожилой мужчина в тёмно-синем костюме-двойке, толстый, брыластый, краснолицый. Бойцы замерли, почти не дыша, прохожие косились, обходя это место по широкой дуге. Вот, кажется, и он, Сакакибара Дзюнпей-сан. С такой помпой могли встречать только его.

Рена, тающая в моих руках, шумно дышала, прижавшись ко мне гораздо ближе, чем сама того ожидала. Я наблюдал за тем, как вражеский босс, холодно глядя на подчинённых, проходит ко входу в клуб. Похоже, он был уже здесь, в Токио, раз уж явился настолько быстро.

От Сакакибара-сана так и веяло опасностью. Пусть даже я находился на третьем этаже, далеко от него и его подчинённых, я всё равно это чувствовал. Как будто смотришь на тигра, находясь за тонким стеклом. Ты вроде бы в полной безопасности, но вид всё равно внушает трепет.

И нам требовалось убить этого человека. Громко, показательно. Оставив послание всем, кто смеет переходить дорогу Ямада-гуми.

— Мне нужно позвонить, — хрипло произнёс я, с крайней неохотой выпуская Рену из объятий.

— М-м-м… Кадзуки… — запротестовала девушка, не желая меня отпускать.

Она наконец развернулась ко мне, опустилась на колени, и я понял, что со звонком придётся подождать. Из такого захвата невозможно высвободиться.

Санакагава-гуми тем временем полным составом зашли в «Звезду Востока», снаружи остались только несколько охранников, у дверей, у машины. Мне, впрочем, было совсем не до них.

С балкона перешли обратно в номер, воспользовались всем предложенным ассортиментом люкса, теряя счёт времени. Уже потом я выглянул в окно, близилось утро, а «Ниссан Президент» так и стоял напротив клуба.

В офис «Одзава Консалтинг» я позвонил прямо из нашего люкса. На то он и люкс, что снимали его деловые люди, которым требовалось постоянно быть на связи, так что из номера можно было позвонить не только на ресепшн для продления аренды, но и на любой городской телефон.

Далеко не сразу, но трубку всё же подняли.

— «Одзава Консалтинг», — ответил сонный голос босса.

— Это Кимура. Старик приехал, — сказал я. — Тусит в клубе.

— Понял. Ничего не предпринимай, вообще не отсвечивай, тебе ясно? — оживился Ода.

— Так точно, — ответил я.

— Сам ты сейчас где? — спросил босс.

— Апартаменты Томиока, люкс триста восемь, — ответил я.

— Ну ты и наглец! Жди, позвоню, — сказал Ода-сан и повесил трубку.

Именно так я и собирался поступить. Если он думал, что я сейчас побегу в «Звезду Востока» с гранатомётом наперевес, устраивая геноцид Санакагава-гуми, то он сильно ошибся. Я предпочту более приятную компанию.

— Всё нормально? — промурлыкала Рена, потягиваясь на кровати, как кошка.

— Да, — сказал я, вновь выходя на балкон, но уже не для того, чтобы наблюдать.

Я открыл окно, пододвинул к себе пепельницу и закурил, разглядывая машины якудза внизу. Рена-тян еле слышно выскользнула из кровати и прижалась ко мне сзади, обнажённая, горячая, усталая, но довольная. Я покосился на неё через плечо, флегматично продолжая курить в раскрытое окно. Рена коснулась моей ладони, и я сперва решил, что она пытается забрать у меня сигарету, чтобы выкинуть, но она потянулась губами, и я дал ей затянуться. Кажется, я плохо на неё влияю.

— Пока остаёмся здесь, — сказал я. — Может, продлим, видно будет.

— О, я не против, — засмеялась она.

Точно плохо влияю. Я ухмыльнулся и прикурил новую сигарету от предыдущей.

— Это он, да? На том лимузине, — тихо спросила Рена.

— Ага, — сказал я. — Налей мне выпить.

Она принесла мне наполовину полный бокал, и я медленно выпил.

— Ты какой-то задумчивый, — сказала Рена-тян.

Я приобнял её и поцеловал в лоб.

— Не грузись, — сказал я. — Не хочу втягивать тебя в эти дела. Хонда-сан мне башку разобьёт.

Рена прыснула в ладошку.

— Это вряд ли, — сказала она. — Он хоть и может иногда страшным быть, на самом деле очень добрый.

Добро с пудовыми кулаками, ага. Которыми он выбьет из меня всё дерьмо, если я вдруг втяну в свой бизнес его подопечных.

Но думал я сейчас вовсе не об обещании Хонды-сана, а о нашей цели. Задал же нам задачку старик Ямада. Мало того, что почти невыполнимую, так ещё и после ликвидации Сакакибара-сана на нас откроет охоту вся его организация, для них это будет делом чести. И мало того, что нам надо его ликвидировать, так ещё и сделать это показательно, красиво. Это тебе не шлёпнуть какого-нибудь Тачибану на подземной парковке, Тачибана по сравнению с ним что карась по сравнению с белой акулой.

И всё-таки при взгляде на длинный чёрный «Ниссан Президент» меня не покидала мысль заложить СВУ под арку левого заднего колеса. Что-нибудь помощнее, чтобы наверняка. Брони у этого членовоза точно не было, но я знал, насколько ненадёжным может быть этот способ. Зато красивым и эффектным, чего и добивался Ямада. Плюс, здесь так было не принято, а значит, противодействовать взрывчатке под машиной тут не умеют.

Никаких тебе двойных-тройных кортежей, случайного выбора автомобиля, ложных маршрутов. Это не Пабло Эскобар и не Фидель Кастро, даже не Аль Капоне. Уверен на все сто, что Сакакибара-сан как приехал на этом «Ниссане», так на нём и будет ездить дальше. Значит, полкило тротила могут решить эту проблему.

— О чём ты думаешь? — прильнув ко мне, спросила Рена-тян.

— Как собрать самодельное взрывное устройство из банки «Кока-Колы», горсти болтов и моторчика на радиоуправлении, — сказал я.

— Я серьёзно! — засмеялась девушка, шлёпнув меня ладошкой по голой спине.

— О тебе, конечно, — ухмыльнулся я, подхватил её на руки и понёс обратно в номер.

Тоже та ещё бомба. Быстро вспыхивала, точно шашка тротила, не стеснялась ни в выражениях, ни в проявлении эмоций. Спина у меня от её ногтей горела так, словно мне всю ночь набивали дракона во всю спину, со всей чешуёй и мелкими деталями.

Ещё через пару часов нам в номер позвонили с ресепшна, и я попросил продлить аренду и принести ещё вина и пиццу. Гулять так гулять. Нечасто выдаётся такая возможность, так что использовать её надо на всю катушку, пусть даже первым делом — самолёты. Сакакибара никуда не денется, во всяком случае, пока что. Всякий раз, когда я выходил перекурить, я проверял, на месте ли его машина, и «Ниссан» пока оставался припаркованным возле клуба.

Переполох, начатый нами в Кабуки-тё, совершенно точно не остался незамеченным, раз уж в «Звезде Востока» собралось столько якудза. Ситуация потребовала личного вмешательства их босса, раз уж он здесь, и скоро обязательно начнутся переговоры и выяснения отношений, в том числе и с ним лично. Вот там-то можно его и исполнить.

Когда уже совсем рассвело, раздался долгожданный звонок Ода-сана. Пришлось подскочить и схватить трубку после первого же гудка, чтобы Рена, смешно посапывающая с подушкой в обнимку, не проснулась.

— Алло-алло… — ответил я.

— Кимура-кун? Ждём тебя в офисе, прямо сейчас, — голосом, не терпящим возражений, произнёс Ода.