Встречать нас выбежала хрупкая девица в белом халатике, и нам самим пришлось грузить Такую на каталку. Ладно хоть без лишних вопросов, во всяком случае, пока что. Но как только нашему братану начали оказывать первую помощь, мы поспешили скрыться. Копы нагрянут и сюда, когда узнают, что в больницу приехал человек с огнестрельным ранением в грудь.

— Что будем делать? — спросил Кобаяши, когда мы выскочили наружу, наплевав на предложения медиков обработать наши ожоги.

— Заляжем на дно, — задумчиво произнёс я, глядя на брошенный «Мерседес».

Фукуоки и Икеды поблизости не было, и я решил, что лучше их не ждать.

— Поехали, я тебя отвезу, — предложил я.

Кобаяши молча кивнул и полез на переднее сиденье. Я так же молча добросил его до Кита-Сэндзю, не произнеся и пары слов за всю поездку. Высадил я его чуть поодаль от дома, на случай, если его соседи окажутся чересчур бдительными, посидел немного в заведённой машине, перекурил, размышляя, что делать дальше. А потом воткнул передачу и поехал за город, но уже в другую сторону. К резиденции Ямады-сана.

В километре от точки назначения «Тойота Корона» сдохла окончательно. Сначала приборная панель начала показывать погоду на Марсе, потом на одном из светофором начали плавать обороты. В итоге она заглохла прямо на ходу и не завелась, даже когда я воткнул передачу.

Разбираться с этим самоходным ведром мне было некогда, так что остаток пути я шёл пешком.

Вид у меня был хуже, чем у самого оборванного бомжа, да и самочувствие примерно соответствовало виду, но я упрямо шёл к воротам особняка, не вполне понимая, как действовать, когда окажусь на месте. Было ясно только одно, верхушка клана Ямада-гуми сегодня перестала существовать в принципе, и между кумитё и рядовыми якудза теперь никого больше нет.

Возможно, те, с кем мы сейчас перестреливались в храме, уже находятся здесь и уже обо всём доложили, само собой, вывернув всё в свою пользу, но имелся мизерный шанс, что я попаду к Ямаде-сану раньше них. В конце концов, им тоже нужно было доставить своих раненых в больницу.

К воротам особняка я подошёл, ни от кого не скрываясь. Я не видел никакого смысла прятаться в тенях, перелезать через забор и красться в темноте через весь сад. Быстрее и проще будет решить всё через охрану. К тому же, я шёл поговорить, а не убивать.

— Стой, где стоишь! — окликнул меня секьюрити в чёрном пиджаке с серебряным значком Ямада-гуми.

Стоило мне лишь подойти к воротам и встать под светом фонаря. Я бы лучше присел или полежал, но можно и постоять, так что я беспрекословно выполнил его требование.

Охранник подошёл ко мне настороженно, пристально меня разглядывая. Лицо его казалось знакомым, я его здесь точно уже видел, а вот он меня, кажется, не узнал, иначе не держал бы руку так, чтобы можно было легко выхватить оружие из-под пиджака.

— Меня зовут Кимура Кадзуки, я из Одзава-кай, — сказал я. — Срочные новости для Ямады-сана.

Он посмотрел недоверчиво, но всё-таки буркнул что-то в рацию.

Парковка перед воротами была пуста. Кажется, люди Такахаси и Кодзимы сюда ещё не приехали, значит, шансы у меня есть. Мизерные, потому что моё слово против их слова вряд ли будет котироваться, но хоть какие-то. Вещественных доказательств не было никаких, и это сильно осложняло дело.

— Жди здесь, — бросил мне охранник, и я пожал плечами в ответ.

Как будто у меня был хоть какой-то выбор.

Я вдруг вспомнил про древнюю традицию отрубать голову гонцу, принесшему плохую весть. А тут даже больше, я не просто принёс известие о гибели Такахаси и Кодзимы, я приложил к этому руку, убил названых сыновей Ямады-сана. Возможно, он будет мстить за них, даже несмотря на то, что оба оказались предателями. Но я так сильно устал, что хотел поскорее с этим закончить. Плевать на возможную реакцию кумитё.

Достал из кармана измятую пачку сигарет, сунул в зубы одну. Зажигалка кончилась, чертовски невовремя.

— Брат! Есть у тебя закурить? — спросил я у охранника.

Тот снова подошёл ко мне, с явной неохотой протянул трепещущий огонёк. Явно нарушал инструкцию и устав караульной службы.

— Что вообще случилось-то? — тихо спросил он, пока я жадно затягивался сигаретой.

— Вакагасира мёртв, — сказал я.

Нет никакого смысла это скрывать. Разве что некоторые подробности и нюансы его смерти можно опустить, но сам факт очень быстро станет известен всем.

Охранник замер и уставился на меня как на привидение. А затем вновь достал рацию.

— Инари-сан, это Осима, — пробормотал он, неотрывно глядя на меня. — Поторопитесь. Тут… Новости реально срочные…

А потом он отпустил тангенту.

— Это точно? Откуда вообще информация? — спросил он уже у меня.

— Видел своими глазами, — хмыкнул я.

Охранник вздохнул и провёл рукой по волосам, вид у него был крайне растерянный. Из ворот вышел ещё один якудза, и мы повернулись к нему.

— Ну, что там у вас? — недовольным тоном спросил он. — Тебя хулиганы побили и ты пришёл жаловаться, или что?

— Я пришёл рассказать кумитё, как погиб Такахаси-сан, — произнёс я, докуривая сигарету до самого фильтра и обжигая пальцы.

Надменный вид этого хлыща как ветром сдуло.

— Прошу за мной, — деловито сказал он.

Я кивнул и поплёлся следом.

Ночью я тут ещё не бывал. Сад казался тёмным и мрачным, охраны вокруг было минимум. Мы торопливо шли к усадьбе, вошли через центральный вход, но пошли не к кабинету Ямады, а куда-то в другое место. В мыслях промелькнуло смутное подозрение, но вскоре меня привели в неприметный, но дорого обставленный кабинет. У его хозяина точно был вкус, потому что далеко не каждый сумел бы оценить дороговизну спартанской, в общем-то, обстановки.

Пришлось подождать здесь вместе с охранником, и через несколько минут в кабинет вошёл заспанный сухопарый мужчина, чуть младше Ямады по возрасту. Несмотря на то, что была уже глубокая ночь, он оделся в строгий костюм, застёгнутый на все пуговицы.

Сопровождающий меня охранник согнулся в поклоне, и я сделал то же самое, пусть даже и не знал этого человека. Банальное уважение проявить всё равно стоило.

— Кимура-сан, — произнёс незнакомец.

Ни одной татуировки из-под его рукавов не выглядывало, пальцы все были на месте. Вероятнее всего, это сайкокомон, ближайший советник Ямады, занимающийся вопросами легального бизнеса и отмыва денег, а не криминалом.

Он меня знал, а вот я видел его впервые.

— Итак, Такахаси-сан мёртв? — хмыкнул он, усаживаясь за стол.

Охранник поклонился и вышел, повинуясь едва заметному жесту этого человека.

— Да, — сказал я. — Кодзима-сан тоже.

Сайкокомон вздохнул и устало провёл рукой по лицу.

— Как это случилось? — спросил он.

— Я бы хотел рассказать это лично кумитё, и только ему, — чуть поклонившись, сказал я.

Потому что во всех других вариантах это для меня очень плохо кончится.

— Вот как? — хмыкнул советник. — Ямада-сан… Старый человек. К таким известиям его лучше бы подготовить.

— Вы даже не спрашиваете про доказательства? — удивился я.

— Весь город на ушах стоит, о чём вы, Кимура-сан? Сам факт мне уже известен, мне позвонили из полиции. А вот подробности… Хотелось бы услышать из первых уст, — спокойно произнёс сайкокомон. — Вы ведь там были. От вас пахнет гарью и порохом.

Я невольно поморщился. Терпеть не мог, когда мне указывали на какой-либо запах, будь то порох или одеколон за полтысячи баксов.

— Такахаси и Кодзима попытались нас убить. Не вышло, — сказал я.

— «Нас»? — хмыкнул советник.

— Одзава-кай, — пояснил я. — Он назначил нам встречу.

— Ода мёртв? — спросил он.

— Нет… Не знаю, нет, — сказал я. — Скорее всего, в больнице. Нам пришлось разделиться.

— Ясно… — пробормотал сайкокомон.

Хотелось вновь закурить, но я не обнаружил пепельницы поблизости, да и зажигалка моя кончилась. А чтобы мне прикуривал финансовый советник самого кумитё… Не по чину.