Номер и имя, записанные на бланке проката видеокассеты, я положил в карман пиджака. Это немного, но это больше, чем я изначально рассчитывал, выезжая в Кабуки-тё.

На этом я решил пока закончить разведку, потому что дальнейшие действия приведут к конфликту, а то и кровопролитию, а для него ещё рано. Да и расспросы начнут привлекать внимание. Мы и так уже наверняка привлекли чьё-то внимание.

Так что мы покинули видеосалон и пошли к станции Сэйбу-Синдзюку. Нужно было вернуться в Адати и выяснить, куда подевался Ода-сан. Его исчезновение меня тревожило, хотя, скорее всего, босс просто уехал по делам и беспокоиться не о чем. Такуя-кун, во всяком случае, не беспокоился, видимо, такое уже бывало.

Я сидел в вагоне и вертел в руках бумажку с номером, слушая размеренный стук колёс. Немного клонило в сон, но ехать нам было не так далеко, чтобы можно было спокойно спать в поезде. Я думал о том, как выбить осакских из Кабуки-тё. Перспектива самому стать королём злачного квартала захватывала все мои мысли, я не мог думать ни о чём другом.

Вкрадчивый женский голос объявил, что мы прибыли на нужную станцию, и мы встали в очередь на выход из вагона.

На станции я снова попытался позвонить в офис из телефона-автомата, и снова услышал только длинные гудки.

— Не нравится мне это, — произнёс я, взглянув на Такую-куна.

Тот лишь пожал плечами, сунув руки в карманы брюк.

— Случилось чего? — спросил Фурукава.

Нового внушения я ему не делал, решил, что с него хватит и одной оплеухи. Перебарщивать тоже нельзя, пусть даже мы и выпили с ним сакэ и принесли клятвы, верностью и преданностью он пока не блистал. Наша с ним связь пока слишком хрупкая.

— Босс трубку не берёт, — сказал я. — Идём, значит, до офиса.

Там его не было с самого утра, и он, похоже, так и не объявился до сих пор, но я думал подождать немного в офисе. Может быть, перекусить, попить чаю. Передохнуть и в целом обдумать происходящее.

По пути заглянули в комбини за едой, взяли несколько наборов бэнто, чтобы не заморачиваться с приготовлением или запариванием лапши, я взял пачку чая, пополнить офисные запасы, изрядно оскудевшие. Улыбчивая полненькая девушка на кассе сложила всё в красивый пакетик с логотипом магазина, ловко отсчитала сдачу и даже поклонилась на прощание. Вот чего у японцев не отнять, так это сервиса.

Поднялись в офис, болтая о всякой чепухе вроде футбольного чемпионата или гангстерских фильмов, пообедали. Немного странно было обедать разогретым рисом из комбини после того, как мы посещали ресторан в Кабуки-тё, но возражений ни у кого не было. Не всегда же сорить деньгами по ресторанам.

Я расположился за столом босса, парни уселись на диванчик за кофейным столиком. Взгляд мой зацепился за документы на столе. Накладные на отгрузку товара, с того самого склада в Фунабаси, в доках. Заполнена вчерашним числом, отгружены якобы запчасти для компьютеров.

Склад не использовался с того момента, как мы выкрали оттуда наркоту Кодзимы, был закрыт и опечатан, и накладная с этим адресом меня несколько удивила.

— Аники, а склад в Фунабаси опять открыли? — спросил я, пережёвывая недоваренный рис.

— Что? — не ожидал вопроса Такуя-кун. — А, да. Копы же отстали.

— Может, туда босс поехал? — предположил я. — Поговорить же с ним надо.

— Да кто ж его знает, он передо мной не отчитывается, — пожал плечами Такуя.

— Съездим, значит, глянем, — сказал я.

— На такси, что ли? — хмыкнул аники.

— На «Короне», — ответил я. — Это в Кабуки-тё на ней ехать — позорище. А так-то почему нет…

«Тойота» Хироми-куна продолжала служить нам изо всех своих престарелых сил. Хотя лишний раз мы старались её не использовать. В салоне всё ещё воняло кровью. Ну и вид у неё был такой, что четвёрка якудза, вывалившаяся из её салона, вызовет только смех, всё равно, что приехать на стрелку на «Запорожце». Минимум понтов, а в нашем деле без них никак.

— Ну поехали, — пожал плечами аники. — Делать пока нехрен.

— Сатоши-кун, ты с нами? — спросил я.

— Ага, — уплетая рис, ответил Фурукава.

Ну, хотя бы с целью определились. Покончили с обедом, убрали за собой. Я снова пожалел об отсутствии мобильников или хотя бы пейджеров. Жизнь стала бы в разы проще, тем более, что пейджеры и подписка не так уж дорого стоят. Тысяч пятьдесят иен за один пейджер, что-то около того, плюс абонентская плата в районе пятёрки. А пользы от них гораздо больше. Лучше них только мобильные телефоны, но это уже за пределами наших возможностей.

Спустились, сели в тачку, припаркованную тут же, у офиса. Я сел за руль, Такуя слева, Фурукава сзади.

— Это чё, от пули дырка? — спросил он, тыкая пальцем в спинку водительского кресла.

— Нет, это ты пальцем проткнул, — проворчал я, запуская мотор.

Полторашка под капотом загромыхала клапанами. Руки никак не доходят отогнать её в сервис, но это и тачка-то не моя, а Хироми-куна, который пока прохлаждался на больничной койке. Немного давит жаба чинить это ведро за него, хоть я пока и катаюсь на нём сам.

Мы встроились в поток машин и аккуратно поехали в сторону Фунабаси, по шоссе, идущему вдоль реки. По радио тихонько играл джей-рок, гудел ступичный подшипник, мы мчались к докам.

И пусть в прошлый раз я ехал по этому шоссе ночью, при свете дня дорога ничем не отличалась. Даже ремонтируемый участок лишь немного продвинулся дальше.

Через некоторое время мы подъехали к складам. У ворот стоял припаркованный «Мерседес», и я с облегчением выдохнул, увидев знакомые номера.

— А вот и он, — протянул Такуя.

Я припарковался рядом, и мы все вышли из машины.

— Надеюсь, тут ничего секретного нет, — пробормотал я.

Иначе как-то неловко получится. Учитывая, что Ода-сан возится здесь с самого утра, на этот склад привезли что-то очень важное. Не хотелось бы помешать его планам.

Ворота на склад были закрыты. Я подошёл к калитке, дёрнул за ржавую ручку. Калитка громко скрипнула, внутрь склада полился дневной свет, и в тот же миг громыхнул выстрел. Взвизгнула рикошетом пуля, я тут же выскочил обратно наружу.

— Ода-сан! — крикнул я.

— Кимура, это ты, что ли⁈ Твою мать! — заругался босс.

Мы ввалились на склад друг за дружкой. Ода стоял с пистолетом в руке и хмуро глядел на нас.

— Чего припёрлись? — заворчал он.

Отвечать, естественно, пришлось мне.

— Не смогли дозвониться, в офисе тоже не нашли, поехали сюда, — сказал я.

Ода-сан убрал пистолет и сунул в зубы сигарету с самым недовольным видом. Мы же пока привыкали к полумраку складского помещения, в котором на стеллажах и палетах громоздились друг на друга коробки и ящики.

— Хрен с вами, раз уж приехали… — проворчал босс. — Будете, значит, помогать. Искали-то меня зачем?

Я кратко пересказал ему всё, что нам удалось узнать сегодня в Кабуки-тё, начиная с самого начала. И то, что гости из Осаки наезжают на тех, кто платит Ямада-гуми, и то, чем они владеют, короче говоря, всю информацию, казавшуюся мне полезной и важной.

— Понятно… — протянул Ода. — Будем думать, значит. Но потом. Сейчас — за работу.

Мы принялись помогать ему здесь, на складе. Похоже, Ода затеял что-то вроде ревизии, совмещённой с генеральной уборкой, и теперь мы таскали, считали и перекладывали. Босс хмурился и ругался себе под нос, что-то, кажется, не сходилось с его ожиданиями.

— Должны были магнитофоны остаться, а хер там… — цедил он сквозь зубы.

Он торчал тут с самого утра, проверяя, что осталось на складе после того, как с него сняли полицейские печати. Думал покончить со всем за пару часов, а в итоге прилип на весь день, как это часто бывает, так что наша помощь оказалась весьма кстати.

С нами дело пошло гораздо быстрее, и я параллельно расспрашивал Оду о том, как он смотрит на то, чтобы начать резню в Кабуки-тё. Намёками и полунамёками, разумеется, если спросить это прямым текстом, я буду послан в тот же момент. Интересовался, когда в Токио вообще бывали масштабные войны формата «все против всех», как на это смотрела полиция, и так далее.